Дневник на итальянском (СИ)
— Истеричка!
Пока мои противоречивые чувства выигрывали бой, я собрался и выехал из двора. Проезжая мимо дороги, нигде этой безмозглой бешенной не было. Ничто другое, как комок несчастья на мою голову. Потеряется сейчас ещё здесь, не зная города, а отгребать мне. Адрес школы она знать может, но автобус бы так быстро поймала вряд ли. К тому же, остановка находится черти где. Я добавил скорости, вдавив до упора педаль газа и, закурив новую сигарету, поехал в школьный корпус, надеясь каким-то чудом застать ее там.
Чего и стоило ожидать, как только я вломился в кабинет директора, как сестрёнка уже восседала на кресле напротив Элейн Бейкер. Наша директриса, женщина чуть старше отца, детей любила, практически всех. Приветливо разговаривая с новой ученицей, которая ей, видимо, приглянулась, миссис Элейн и не заметила, как я в который раз, ворвался в её кабинет без стука.
— Джеймс! — улыбнулась она, наконец, заметив меня. Чего не скажешь о сестрёнке. Она-то, упорно избегала моего взгляда, не удосужившись поднять голову. — А мы с Эрикой уже познакомились. Такая девочка славная, может хоть сестра тебя образумит! — от её слов так и хотелось скривиться, но я только закатил глаза. Не хватало ещё, чтобы весь Эмертон Холл знал о наших родственных отношениях.
— Сестрёнка у меня что надо. Всегда о такой мечтал, только родители делать отказывались. Вот же счастье семнадцатилетнее прикатило! Посланье божье! — с сарказмом, не выбирая выражений, улыбнулся я во все тридцать два. Укоризненно качая головой, миссис Элейн виновато посмотрела на Эрику, выдавив из себя улыбку.
— Джеймс, не ёрничай! — встала из-за стола женщина, обходя комнату и становясь между сидящей Бэмби и мной. — Лучше покажи Эрики школу. Пускай девочке не в новинку первый учебный день будет.
Видимо, мои глаза уже устали сами собой закатываться, а недовольство выходить наружу. Встав с кресла, Эрика улыбнулась своей милой ангельской улыбочкой директрисе, взяв рюкзак с пола.
— Спасибо, что уделили мне время. — пролепетала сестрёнка, отвечая на рукопожатие Элейн Бейкер. В каждом ее действии я чувствовал, как во мне разыгрывается раздражение. Не припомню уже, чтобы наша Гамора Бейкер, светлой души человек, так располагалась к новеньким.
— Обращайся по любому поводу. Моя дверь для тебя всегда открыта! — заключила директриса, когда мы уже выходили. И кошелёк тоже. Она забыла это добавить. — А, Эрика! Если хочешь, можешь записаться на факультатив искусств. Твоя мама по телефону говорила, ты увлекаешься дизайном.
А это было что-то новенькое. Вроде бы не существенная вещь, но благодаря Гаморе Бейкер, узнал лучше сводную. Вот значит, что она так усердно вырисовывает в своём блокноте, который я не раз видел у неё, проходя мимо открытой комнаты.
Видимо, сестрёнка решила записаться на предложенный факультет, потому что ещё минут пятнадцать проторчала в кабинете директора. Сидя на подоконнике, я набирал ответ Аси, которая уже весь телефон оборвала звонками и смс с самого утра. Дверь кабинета открылась, и Бэмби, бросив на меня не слишком любезный взгляд, прошла дальше по коридору. Как я понял, это было приглашение. Или я неправильно понял, и сводная посла ла меня на все четыре стороны…Соскочив с подоконника, пришлось отправить телефон в карман, и следовать за госпожой «я сама».
— Ты в первый же день решила исследовать местный общественный транспорт? — догоняя Эрику, съехидничал я.
— Я ехала на такси.
— На заднем сидении?
— Я уже говорила, что спереди не езжу. — равнодушно выдала она, продолжая идти. — Можем сразу отправиться каждый по своим делам, школу я и сама с удовольствием посмотрю. Завтра.
Заманчивое предложение, но моё внутреннее «я» так просто сдаваться не хотело. Сделать назло, вывести из себя — это уже вошло в привычку, хоть она и находилась всего два дня со мной под одной крышей.
— Ну, это как-то не по-человечески будет. Сестру, и бросить саму в таком положении. Что ж я, чурбан какой-то?
Не успел я начать тираду, как девчонка быстро затормозила и, обернувшись, одарила меня своим взглядом в стиле «давай держать дистанцию».
— Ты специально?
— Специально что? — веселился я.
— Действуешь мне на нервы. — спокойно начала она. — Если не можешь нормально общаться, не будем вообще. Тем более, думаю, моё предложение в первый день тебя заинтересовало. Просто проблема в том, что твоё эго не привыкло подчиняться чужим предложениям. Подружек, уверена, у тебя предостаточно, сестрой обзавестись желанием не горел. Просто не замечаем друг друга.
— Тебя сложно не заметить.
— Сочту за комплимент! — ядовито улыбнулась она и, резко переменившись в настроении, как будто что-то в ней переключилось, поравнялась рядом. — Окей. Рассказывай, где у вас тут местные вип-места Эмертон Холла.
Я хотел было удивиться или задать вопрос, но, не дожидаясь, она стала довольная расхаживать по длинным коридорам элитной частной школы, мотыляя рюкзаком. Я провёл её по первому этажу, — на удивление мы обошлись без придирок, — показал столовую, классы, спортзал и факультатив для двинутых на искусстве. Когда она спросила «На втором этаже тоже школа?», я чуть ли не прыснул со смеху. Согласен, на первом находилось всё необходимое, но неужели школа, в которой она училась в их городе-миллионнике, уступала габаритом нашей?
Пока мы проходили застеклённый класс химии сразу от лестницы, она завороженно рассматривала пробирки и инструменты, которые хранились не в лаборатории, а прямо на столах. Пожалуй, даже спортзал, лучший в нашем городе, её не впечатлил так, как зал для конференций, в котором обычно устраивали весенний бал и прочие придуманные праздники. Помещение занимало добрую половину этажа, поэтому не удивлюсь, если выпускной вечер утроят именно в нём.
Как ни странно, Бэмби ни разу не закатила глаза, ни послала меня куда подальше, и даже не врубила пластинку «держись от меня подальше». Эта сумасшедшая девчонка, с улыбкой счастливого ребёнка, шаталась вместе со мной по пустым этажам, мотыляя своим рюкзаком и с каждой минутой все больше удивляла меня своим поведением. Она заглядывала в кабинеты, позировала в фотостудии, и даже пыталась повторить портреты художников и писателей, которые размещались в холле. Пока я отшучивался, думал о своем или мысленно проклинал себя за то, что подвязался на ее личного экскурсовода, она вела себя так, словно в ней нескончаемый поток света и энергии. Если бы я не знал её с другой стороны, вполне мог бы принять за нормальную псевдо-сестрёнку, застрявшую глубоком в детстве. Или я просто не видел рядом с собой девушек, которые так неуклюже превращали обыденные вещи во что-то яркое и необычное. Она во всём видела то, чего я раньше, за одиннадцать лет учебы, никогда не замечал.
— А твоё имя тут есть? — коварно блеснув взглядом, стала она вчитываться в имена, которые на стене писали парочки, обводя в сердечко. Терпеть не мог эти ванильные бестолковые поступки. Сегодня вместе — завтра нет. Я прикинул, сколько девушек считало нас парой, и ухмыльнулся представленному в голове количеству сердечек на этой стене.
— Я похож на идиота? — вскинув брови, облокотился плечом я к стене.
— Нет. — улыбнулась она до самых ушей, и я предположил, что последует дальше. Не ошибся. — Ты и есть идиот!
— Ты предсказуема. — выдохнул я.
— Какая есть. — пожала плечами Эрика, возвращаясь к именам.
То, как она моментами улыбалась, умиляясь надписям, меня в какой-то момент развеселило. Спрятав улыбку в пол, я делал вид, как будто не замечаю того, с каким интересом она рассматривала эту чепуху. Я наблюдал за её любопытными, вчитывающимися глазами, широкой улыбкой и тем, как она закусывала нижнюю губу, постоянно поправляя спадающие на лицо волосы. В тот момент, я увидел в ней не ребенка, а красивую девушку. Наверное, будь кто-то рядом, я бы создал впечатление шпиона, упорно рассматривающего свой объект. Поэтому, трехнув головой, я отвёл от неё заинтересованный взгляд, проходя дальше. И выкинул нахрен эту мысль из головы.