Дитя скорби (СИ)
Спохватившись, я присела в глубоком реверансе, опасно покачнувшись на ватных ногах.
- Таур! - произнесла несмело.
И где только набралась такого? Не иначе вычитала в книгах о Людовике четырнадцатом.
- Встань! - услышала повелительный голос Витэана.
Я повиновалась и снова взглянула на короля. Он не отводил от меня взгляда. Выражение лица его за несколько секунд так сильно переменилось, наполнилось каким-то странным выражением: то ли удивлением, то ли неверием, то ли страхом, - что промелькнула мысль кинуться на колени со словами: «Не вели казнить!»
Глава 3
Медленно Витэан поднялся со своего трона, еще медленней сделал шаг, спускаясь с помоста, еще шаг - и вот уже два изумрудных глаза, полных света и, чего-то напоминающего надежду, буравили меня, стараясь прожечь насквозь. Предательская слабость вновь медленно стала расползаться по моему телу, заставляя дрожать колени. Я, предполагая весьма логичные вопросы о том, кто я, из последних сил старалась выудить из глубин сознания хоть что-то о себе, но четно. Абсолютно потерянная, ощущая себя совершенно ничтожным ничем без имени, наполненная удушливым отчаяньем, растерянно взирала я на величественного Витэана.
- Эсфиль, вели всем уйти, - тихо сказал король. - Останься только ты.
- Оставьте нас! - громогласно заявил каур.
Боковым зрением я заметила, как из тронного зала поспешно вышли и стражники, и советники, что появились здесь вместе с королем.
Витэан смотрел на меня пристально, почти не моргая, словно боялся, что я могу исчезнуть в любой миг.
- Как ты попала сюда? - спросил король.
И снова голос его был тих и показался мне странно знакомым, как и его глаза...
- Я не знаю, мой король! - честно ответила. - Помню только, что проснулась в лесу. Не могу назвать тебе даже имени своего и потому не в силах представиться тебе.
Казалось, что мне не впервой смотреть в изумрудную бездну глаз короля. Сердце забилось быстрее: я снова пыталась ухватить утекающие сквозь пальцы воспоминания. Стоп! Какие у меня могут быть воспоминания об эльфийском короле? Бред какой-то! Даже если я и вправду попала в какой-то другой мир, то это впервые. Так ведь?
Вдруг накрыло странное чувство, будто Витэан оказался прямо в моей голове, словно он желал прочесть мои мысли, чтоб подтвердить услышанные им слова.
- Я шла по лесу, когда отряд твоих воинов во главе с араненом нашел меня, - продолжила я.
- Араненом?! - король вдруг отшатнулся и моментально перевел взгляд на Эсфиля. - Ты сказал ей, что ты сын мой?
- Нет... Отец, - смущенно ответил аранен и опустил глаза.
- Откуда ты знаешь, что Эсфиль - принц Гремучих лесов и, следовательно, сын мой? -спросил Витэан, все еще глядя на молодого эльфа.
Да кабы я знала! Само как-то в голову пришло! Может по пути кто-то из стражников брякнул, я и подхватила, м? А может фамильное сходство уловила.
- Не знаю этого, мой король, как и многих других вещей. Я поняла это и оттого знаю, -ответила наскоро.
И снова слова мои сплетались удивительно ладно, как будто много лет мне приходилось вести дипломатические беседы. А я ведь обычно излагала свои мысли просто: сказала, как отрезала, и никаких витиеватостей. Сейчас же говорила так, будто в голове поселился кто-то еще и суфлирует мне, чтобы голову эту сохранить на плечах.
Снова Витэан перевел на меня свой пытливый взгляд. Я ощутила, как проникает он в мои мысли, как роется в извилинах, старается заглянуть в каждую потайную дверку памяти. Но король увидел только то, что действительно говорю правду, что видела многое и не могу ничего объяснить при всем своем желании, хоть и силюсь подобрать слова. Поняв это, таур покинул мой разум. Показалось, что свежий воздух прорвался в тронный зал, и я смогла вдохнуть. Слабость снова накатила на меня приливной волной. Витэан же смотрел теперь по-другому: радость, нежность и печаль были в его взгляде. Это смущало, но дарило надежду, что колеблясь между тюрьмой и казнью, он все же склонится к первому.
- Ты вернулась, старый мой друг! Ты вернулась, хоть я и оставил надежду увидеть тебя вновь. - произнес он.
И голос его звучал твердо и сильно.
Другие слова короля Витэана потонули в серой пелене, что окутала меня. Земля ушла из-под ног, тронный зал быстро закружился, я стала заваливаться набок. Краем сознания зацепила момент, когда ловкие руки Эсфиля подхватили мое обмякшее тело, и все. Чернота. Мне казалось, что я падала в бездонную пропасть, у которой нет дна. Падала бесконечно, окруженная мраком и вакуумом.
И только голос таура повторял где-то вдалеке: «Ты вернулась!»
Глава 4
Первым, что я почувствовала, очнувшись, был странный запах, похожий на причудливую смесь нашатыря и валерьянки. Свинцовая тяжесть наполняла все тело, отчего шевелиться не хотелось. Не без усилий я приоткрыла глаза. Все вокруг показалось размытым и ослепительно белым. Вздохнув, зажмурилась. Так хорошо и спокойно было лежать на чем-то мягком.
Ну вот. Наконец я очнулась, и все правильно, логично, как надо. Слепящая белизна плюс запах лекарств - равно больница. И, как ни странно, меня это радует! Не было никаких эльфов, никакого леса и тронного зала с королем. Просто я заболела, мне это все привиделось в горячке.
- Очнулась наконец! - голос Витэана прозвучал словно гром среди ясного неба.
Я хотела вскочить на ноги, но не получилось. Смогла не слишком ловко подняться только со второй попытки и тут же пожалела о содеянном: меня закачало, затошнило, в голове загудело. Однако, зрение приобрело четкость. Я стояла в просторной, залитой теплым солнечным светом комнате рядом с огромной кроватью, на которой, собственно, и располагалась моя тушка еще секунду назад. Ее, цепляясь за четыре резных, деревянные столбика, искусно приделанные к каждому из углов, накрывал белоснежный балдахин из полупрозрачной летящей ткани, который мой воспаленный мозг, по-видимому, и принял за кафельную белизну больницы. По другую сторону кровати стоял Витэан. Несколько секунд он молчал, несомненно огорошенный моей странной реакцией, затем сделал несколько шагов вперед, оказавшись у изножья кровати.
- Айнон! - громко позвал король.
Через секунду в комнату вошел высокий, темноволосый, хорошо одетый эльф, к поясу которого были прилажены ножны с торчащим из них эфесом меча. Видимо, какой-то охранник. Или стражник. Как это тут правильно называется?
- Таур... - произнес он с легким поклоном.
- Выясни, где нелегкая носит лекаря. И передай ему, что, если через две минуты, он не явится сюда, то через пять я лично прослежу, чтобы его голова отделилась от тела! -очевидно, король гневался.
Эльф тут же отправился исполнять приказ, оставив меня наедине с Витэаном. “Не уходи!”
- хотелось крикнуть ему вслед. - “Не оставляй меня с этим гневливым напыщенным индюком голубых кровей!”
Но я благоразумно молчала.
Происходящее красноречиво демонстрировало, что я все еще в каком-то ином, непривычном мне мире, в который неведомым образом меня занесла нелегкая. И передо мной такой же реальный, как и я сама, стоит эльфийский король во всем своем ослепительном блеске и величии. И, наверное, пора бы уже принять тот неоспоримый факт, что мне это не снится и даже не мерещится. Вспомнилось, что Витэан прямо перед тем, как я отключилась, назвал меня «старый друг». Что, интересно, он имел в виду?
- Учитывая недавний обморок, тебе лучше прилечь, - изрек таур, буравя меня грозным взглядом.
- Благодарю, я постою! - ответила я.
Его присутствие наводило на меня ужас, вызывало мелкую дрожь в теле. Все время казалось, что стоит сделать одно неверное движение, и он прикажет меня казнить каким-нибудь изощренным способом. От Витэана будто бы веяло горделивым холодом, способным заморозить насмерть, превратив в ледяную скульптуру.
Король, наконец отведя от меня взгляд, о чем-то задумался.