Предлесье (СИ)

— Рустам! Рустам! Приём! — Закричал в рацию Вадим, оказавшись в газели. — Езжай в сторону заправки! Нас прижали!
— Понял! Щас! Держитесь! — Ответил ему водитель.
Алес закрыл дверь перед носом у существ, и через секунду ему в лицо полетело стеклянное крошево. Одна тварь влетела в окно и попыталась схватить лицо человека челюстями.
Поляк в последний миг успел отдёрнуть голову.
Вадим и Стёпа изрешетили тварь. Ей на смену прибежали другие. Они рвались внутрь, разбивали окна.
Люди держались в центре салона, прижавшись, друг к другу спинами, убивая одно существо за другим.
На полу становилось невозможно стоять. Его засыпали гильзы, и залила кровь. Ноги скользили.
Долго так продолжаться не могло. Запас патронов таял на глазах, твари зажимали и брали числом, трёх автоматных стволов на всех не хватало. К счастью, долго это всё и не продолжалось.
Заревел и загудел автобус, снёс кучку существ и с визгом затормозил.
Группа немедленно вылезла из укрытия и побежала к открытым дверям «Вояжа».
— Быстрее! — Кричал троице Борис Климентьевич, стреляя из СКС.
Стёпа и на этот раз был быстрее всех. Он так спешил, что, чуть не сшиб старика.
Автобус сорвался с места, ещё до того как последний человек залез внутрь.
Не замедляя хода и снося всё на своём пути, он выехал на улицу Победы и с боем вырвался из города.
  
Глава 9: Люди
 
Они опять унесли ноги от опасности. На этот раз им повезло, обошлось без потерь и раненых. Судьба, какой бы жестокой она не была в такие времена, вновь их пощадила. Ну, или это сделал банальный случай. Кому как угодно. У кого какой взгляд на мир, пускай так и рассматривает этот пример удачи. Но насколько жильцам «Вояжа» хватит благ от судьбы, удачных случаев? Смерть невозможно переигрывать бесконечно. Рано, или поздно она возьмёт своё, у неё не бывает не забранных долгов.
Вадим снял ботинки и размял пальцы. По телу уставшего мужчины стекали капли пота. Одежда прилипала к коже. Нутро кидало то в жар, то в холод. Плечо саднило, а руки тряслись из-за стрельбы.
— Помочь раздеться? — Спросила сидящая рядом Арина.
Ответом ей был кивок. Васильев устал. Боже как же он устал. Поганое чувство разбитости не покидало его организма не первые сутки. Дорога постепенно и постоянно высасывала из него соки. Каждое испытание было этаким комаром. Каждый из них помаленьку убавлял в Вадиме жизненные силы. Еда, отдых, любящая жена не могли их вернуть. Нужно было что-то другое.
Тяжёлый комбинезон упал на пол, бряцая металлическими частями. Супруги вместе отмыли его. Вода в тазе после стирки стала ало-коричневой. От шершавой поверхности костюма пришлось отдирать куски мяса, смывать кровь, грязь. Пахучего мыла не жалели, тёрли им всё что могли, чтобы не оставить и тончайшей нотки, тех запахов, которыми провоняла ткань.
Стёпа к месту стирки и свой комбез, попросил отчистить.
Вадим вздохнул не довольно, но согласился. Ему хотелось отвлечься, забыть про мысли о накипевшем.
Через пятнадцать минут два костюма весели на вешалке. Третий лично отмыл Алес, и теперь зашивал рукав. Оказывается его задел коготь монстра. Рука почти не пострадала, обошлась лишь парой царапин, а вот рукав порвало прилично.
Уставшим разведчикам полагалась еда, вчерашний рис. Арина усадила их за стол и поставила перед каждым по тарелке горячей пищи, согретой Марком.
— А чего у вас там сучилось? — Спросил тот, садясь рядышком. — В засаду тварей попали?
Алес подавился.
— Нет. Не мы. — Ответил Вадим. — На заправке люди были. На них твари и напали.
— Так вы встретили людей? — Удивилась Арина, подходя к столу с кружками чая на пластиковом подносе. — И как прошла встреча с первыми, выжившими за столько дней. — Девушка села справа от мужа.
— Эм… — Выдал ответ Вадим и опустил голову.
— Что? — Спросила Арина, глядя на Васильева и остальных.
Алес не ответил, тоже голову опустил.
— Мы у них ту еду забрали. — Ответил Стёпа, указывая на грязный рюкзак ложкой.
— В смысле забрали? — Не прекращала допрос Арина. — Вадим, а ну отвечай. — Она толкнула муженька в плечо.
 
— Ну а сама подумай, в каком смысле. Ворвались, забрали и ушли.
— Ограбили. — Перефразировала слова Вадима Арина. Вернее, дала им нужный окрас, смысл. — Так вот до чего мы опустились. — Она встал из-за стола.
— Арин… мы же этим не гордимся.
Она кивнула, зажмурив глаза от досады. Ничего не ответила и ушла, легла на кровать.
Вадим схватился за голову, опёр руки локтями о стол.
— Зачем сказал… Дурак. — Прошипел Васильев.
— А чего такого? — Начал Стёпа. — У нас выбора не было. Нам самим жрать надо. Почти десяток голодных глоток в автобусе. — Здраво, но черно рассудил парень.
— Мо-жет и так, однако, это всё равно недобже.
— Недобже ему. — Стёпа наигранно скривил недовольную рожу. — А чего же ты тогда в того мужика стволом тыкал, а?! Вышел бы к ним с белым флагом. Вы ведь поляки всегда так поступали, верно? Обменялся бы с ними и ушёл с миром. Но нет, ты ствол человеку в лицо тыкну. И только теперь благородного пана играешь.
— Молчи морден. Мало ты пожил, чтобы о таком говорить.
Стёпа осклабился. Ему понравилась реакция поляка. Значит, правильно бьёт, по нужным нервам.
— Какой умный нашёлся, а что же ты не умничал, когда от семьи в армейку убегал… Ай!
Алес схватил Стёпу за ухо как шкодливого мальчишку, и сжал, потянул посильнее. Чуть ухо не оторвал.
— Успокойся Алес. — Попросил Марк, пытаясь отодрать руку поляка от парня. — Идиот ведь обыкновенный. Не стоит он того. — Причитал Марк.
— От-куда, знаешь? — Медленно спросил Алес. — Отвечай, или оторву.
— Да я ведь… Ай… над тобой сплю. Ты постоянно по ночам всё бормочешь, про семью.
Алес отпустил. Стёпа резво отошёл от него к другому борту.
— Не смей больше, о семье… говорить. — Сказал ему поляк.
Парень кивнул, потирая ухо, и скрылся впереди автобуса.
Алес встал и пошагал в противоположную сторону, к мастерской старика.
Вадим растерял весь аппетит от такой трапезы и положил ложку на стол.
— Вадим… мне тебе кое-что, надо сказать, и… может… посоветоваться. — Громким шёпотом сказал Марк.
— Ну, говори, чего у тебя. — Приготовился слушать Васильев. Желания у него на это особого не было, но в этом сраном автобусе особого выбора тоже не было.
— В общим… Даже не знаю как и сказать… С Лёшей, что-то не так.
— В смысле не так? — Эта новость Вадима немного кольнула. Судьба мальчишки ему была не безразлична. Привык он к Лёше, и Арина частенько с ним проводила время.
Марк помялся, обдумал следующие слова, постучал пальцами по столу.
— Да не знаю… Характером, изменился. Раньше радостный всё бегал, доставал всех, на твоём мотоцикле рвался сидеть, а теперь… Как будто… эм… выцвел… Бесчувственный стал. С тех пор как мы с бункера уехали, я от него ни единого смешка не услышал. А вчера он мне на кухне помогал, ну и случайно порезался. Раньше бы он закричал от такого пореза, а на этот раз, смотрел на царапину, на кровь, и ничего, ни звука не издал. А глаза. Ты видел его глаза?
— А что с его глазами? — Вадим не признался Марку, что тоже заметил изменения в цвете зрачков.
— Они изменились. Зелёными стали. Да такими… яркими. Боже, что же это… Мне страшно Вадим. Не знаю, что и делать. Это ведь те твари наверняка с ним что-то сделали, не иначе.
— Ты с Ксеней об этом говорил? — Спросил Вадим.
— Да. Она послала меня на три буквы.
— Так. Тогда, вот что я могу тебе сказать по этому поводу. Я не знаю, что делать. Тут нужен учёный, а последнего мы выбросили в канаву совсем недавно.
— Но что-то… Ведь что-то надо делать?
— Будем смотреть. Ты да я, может потом Ксеня, последим за ним. Если изменения будут более… Ну ты понял… Тогда соберёмся всей «семейкой» и решим как быть.
Марк неспешно закивал, подёргивая головой.
А Вадим поднялся и пошёл к месту для курения. Он несколько лет подряд пытался бросить, однако вся происходящая херь, перечеркнула его старания. Организм просил, умолял, курева хотел.