Сенши Кагори (СИ)

— Как проходить теперь инициацию менее сильным, — мрачно вставил Кагори Рэйден. — К Горо уже обращались из клана Фудзивара. И поэтому нам надо выяснить, Риото, что произошло у вас. Как дети вышли в Тотум.
— Додзё постоянно охраняют, — заверил Тайри Риото. — Я выставил два лучших крыла. Мы даже пропустили выход. Надо с этим разобраться. Когда умирают взрослые — это очень тяжело. А когда дети — невыносимо.
(Крылья — отряды воинов. Тайра, в бытность тотемным кланом были Тэнгу, воронами. И их традиции идут с этого времени, в частности, в названиях. Как, например, Датэ и Фудзивара идут от Тануки. А вот Минамото сразу организовались как Образный клан, потому что появились позже и были синтоистами )
В гостиной на несколько мгновений повисла гнетущая тишина.
— А еще до меня дошли слухи, — ровно, словно и не было тех тяжелых слов, заговорил Риото. — Что Ёкота Чиоко обрела хозяина. Это правда?
— Ты это точно знаешь, Риото, — насмешливо заметила Мию-сан. — Ну, там не все так прямолинейно… Но да, обрела.
— Интересный парень, ваш Юкио, — хитро усмехнулся Тайра. — Из Тотума вытягивает. Бакэнэко укрощает. Надеюсь, Кагори, мне не надо будет готовить конверты?
(Согласно традициям, при сватовстве, родственники жениха преподносят семье невесты пять, семь или девять конвертов. В одном из них спрятана большая часть или вся сумма, необходимая для свадебного торжества).
— Господин Тайра, — степенно произнесла Кагори Юмико (старшая жена, то есть и отвечающая за все церемонии). — Наш внук… уже имеет несколько кандидаток.
На это Ёси Хэруко довольно улыбнулась.
— Несколько? — чуть удивился Риото, разливая сакэ. — А мне казалось, что нынешняя молодежь такие робкие…
— Знаешь, Риото, — Рэйден взял хишаку с сакэ. — Юкио, как мне кажется, не затерялся бы и среди нас в молодости. Да и еще раньше тоже.
— Ну, так и моя Кимико, знаете ли, тоже умеет видеть, — усмехнулся Тайра.
Он поднял хишаку, обвел взглядом гостей. Его лицо сделалось суровым, словно мужчина собрался побыть натурой для собственной статуи.
— Благодарю за смысл еще быть здесь, — негромко, но очень твердо произнес Тайра Риото.
* * *
15 сентября. Поместье Кагори. Поздний вечер
Выйдя на энгаву, Юсуповы с недоумением наблюдали какую-то суету возле додзё. Вот к дому прошли Сенго с сыном. Причем Андрей явно с трудом передвигался. Следом две молодые девушки тащили еще одну. Сенго что-то негромко, но явно эмоционально высказывала сыну.
Потом от додзё пронесли носилки, на которых лежала женщина, в красно-белой одежде мико. За ними следом протопал старик, который на руках нес еще одну женщину. Все они проследовали в сторону второго корпуса.
— Хэй, Джон! — Мария обратилась к англичанам, тоже выглянувшим на кипиш. — Do you know anything? (Вы что-нибудь знаете?)
Парень покосился на недавнюю знакомую. И молча покачал отрицательно головой.
— Они что, на выход ходили? — пробормотал Олег, который уже как-то видел картинку неудачного выхода.
И тогда было что-то примерно такое же.
— А, кстати, уровень-то вообще низкий, — заметила Алена, ежась. — Мари, спроси, они ощутили всплеск?
Мария смерила сестру хмурым взглядом. Но потом на ее лице появилась задумчивость.
— John, did you feel the splash? — спросила девушка.
— Yes, we did, — донесся ответ.
В этот момент в дом прошли еще две японки. Молодые. Те самые, сестры Датэ. Выглядели они так, словно вагоны разгружали и при этом были очень бледными. Ни на кого не смотря, девушки прошли мимо наблюдателей и вошли в дом.
— Сакура, Аюли, доошита но?! — донесся из дома приглушенный вопрос.
— Киказу ни, Кимико, — устало ответила кто-то из сестер.
И как враз все стало тихо. Собственно, гостей клана выгнали из комнат громкие возгласы, топот.
— Что у них тут такое происходит-то? — недоуменно произнес Олег.
* * *
Сенго стояла у открытой двери и смотрела на спящего сына. Иногда она посматривала и на Мэй… Парочка получилась… чуть не идеальная. Друг друга поддерживают. Из Мэй ни слова не удалось выдавить, просто сидела на лавке и смотрела на взрослых. А потом Юкио сам смог сказать, что они пытались убрать барьер. Он убирал, Мэй его праной накачивала. И еще ведь сестер Датэ к этому делу подключили. И, самое главное, убрали же барьер. Юкио, правда, настолько истощился, что уснул прямо там. Хорошо, что Сейджин вовремя спохватился.
 
Сенго хмурилась, когда снова вспоминала картину в додзё. Юкио, лежащий на полу. Мэй, скрючившаяся на лавке. Бледные и напуганные Сакура с Аюли. И эти две… спорщицы… Словно неживые. К счастью, это только показалось.
Сенго задвинула панель, устало выдохнула и провела ладонью по лицу. Зевок получился сам собой.
— Дети, — негромко выдохнула женщина…
… - Мэй, — раздался в тишине комнаты голос парня, когда дверь закрылась.
— Да, — откликнулась девушка.
— Нужно ли говорить, что не надо рассказывать то, что ты видела? — спросил Юкио. — Никому не надо.
— Нет, — снова лаконично ответила Мэй.
Парень помолчал.
— Ты считаешь, что я неправильно сделал? — спросил Юкио.
Девушка ответила не сразу. Юки же прилагал чудовищные усилия, чтобы не провалиться в сон.
— Я не знаю, как это описать, — произнесла, наконец, Мэй. — Но я чувствую, что ты правильно поступил. Но я не знаю, правильно ли все это было.
— Правильно или нет, Мэй, — произнес парень. — Это… уже было…
Девушка задумалась. Кстати, забавно, но выложившись, она сейчас ощущала Юкио гораздо четче, чем обычно. Вот и сейчас Мэй чувствовала, что парень тревожиться. И это… Ну, он же явно за нее тревожится. Она провела рядом с ним уже немало дней, чтобы усвоить, что… Он тот самый мужчина, который за себя не переживает. А вот за свои действия очень даже.
— Юки, — голос Мэй дрогнул. — А… Чиоко с Сидзу? Если они…
— Глупцы рядом опасны, Мэй, — ответил парень. — Прости… Меня вырубает…
Мэй и саму сильно клонило в сон. Вскоре она услышала ровное дыхание парня. Да и его аура стала почти неощутима.
— Люблю… — еле слышно, словно пробуя это слово, произнесла девушка.
И, повернувшись набок, подтянула колени к груди. Она всегда так засыпала. Мэй смежила глаза, а на ее губах играла ласковая улыбка.
* * *
Чиоко очнулась рывком. Ее верхняя губа сразу же дернулась вверх, в памяти все еще билась картинка, как этот воин буквально размазывает ее. Подавляющая, холодная, презрительная сила. Равнодушная, жестокая. У Чиоко даже не возникло сомнений, что она сражается за свою жизнь.
Перед глазами все плыло. Чиоко в каком-то полубреду отметила, что когда она села, рядом раздалось верещание, что-то пикало. Не сильно отдавая себя отчета, бакэнэко помотала головой.
— Нори! — крик доносился словно через подушку. — Давай быстрее! Она очнулась!
Какие-то тени на фоне светлого прямоугольника.
— Симатта! — раздался ответ. — Что и эта тоже?!
А потом Чиоко ощутила, как сонливость растекается по телу. В голове восхитительно зашумело.
— Вторая сбежала, — успела услышать женщина.
В ответ какое-то "бу-бу-бу".
— А я откуда знаю? — ответ был громким. — Я пришел, а ее нет!
* * *
Мэй проснулась от чувства… беспокойства. Она распахнула глаза… И увидела привидение, стоящее возле футона Юкио. Привидение тряслось, что-то бормотало. И поразительно походило на Сидзу. При этом женщина была в одном коротком больничном халатике, практически на голое тело. Волосы ее были распущены… и выглядели так, словно Сидзу каталась по земле.
— Сидзу! — окликнула девушка женщину.
Та обернулась. И Мэй едва не выругалась, когда увидела всегда шикарную Сидзу в таком состоянии. Более всего сейчас Мураками Сидзу походила одновременно на маньяка и наркомана во время жесткой ломки. Под глазами залегли тени, все лицо находилось в движении, будто женщина специально поочередно подергивало бровью, уголком рта, щекой, губами… Но больше всего поражали глаза. Они сейчас были большими, реально большими, словно Сидзу их выпучила.