Сенши Кагори (СИ)

Юкио посмотрел в сторону гостевого дома, он же клиника.
«Кстати, Сейджин же может специально не показывается. Типа, как ученик самостоятельно сможет себя заставить поработать».
Парень дошел до места старта, возде додзё. И принялся разминаться.
«А этим то, что тут надо?» — подумал он, увидев, что те девушки пришли сюда же.
— Ага, значит, вокруг пруда бегаете? — деловито спросила Аюли.
Кстати, да. На них спортивная одежда. И дамы тоже принялись разминаться.
— Да, тут очень сильное место, — снова заговорила Аюли…
… Юкио уже отдыхал, а дамы еще наворачивали круги. Бежали девушки хорошо, уверенно. Явно делают это не один год. Кстати, а Чиоко сегодня тоже не пришла.
— Ну, неплохо размялись! — заговорила Аюли, когда девушки тоже завершили пробежку.
И она так слегка свысока поглядывала на Юкио. Тот сохранял спокойный и равнодушный вид.
— Ты не знаешь, что там с Имубэ? — негромко спросила Сакура.
— Еще нет, — спокойно ответил парень. — Но старшие еще спят. Так что, думаю, было непросто.
— Кимико столько этого ждала, — со вздохом произнесла девушка. — И как у них так вышло?
— А эта Кимико сильная? — поинтересовался Юкио.
— Да уж посильнее… некоторых, — мрачно заметила Аюли.
— Сестра, — с легкой укоризной произнесла Сакура.
— Чего? — скривилась Аюли. — Мало того, что сюда заперли, так еще надо и постоянно следить, чтобы кого-то не обидеть?
— Вообще-то, — заговорил Юкио. — Так надо делать всегда, не только здесь.
— О, меня удостоили вниманием? — язвительно спросила девушка. — Ладно, я в душ.
Аюли, вскинув подбородок, удалилась.
— Ну да, она та еще… сучка, — прокомментировала Сакура.
Парень с удивлением и иронией поглядел на собеседницу. А та стояла с независимым видом, словно это не она только что практически матом ругалась.
— Мой нежный слух можно не щадить, — негромко произнес Юки.
— Ага, — и минуту назад скромненькая такая девушка, цикнула, словно заправский школьный хулиган. — Ладно. Пересечемся.
Она кивнула Юкио и ушла вслед за сестрой.
* * *
Братислава. Словакия
В 1542 году была учреждена «Конгрегация священной канцелярии», которая заменила собой «Великую римскую инквизицию». Для обычных людей это выглядело, как расширение влияния церкви и, соответственно, ее суда. И только причастные знали, что это поражение. Святая Инквизиция была вынуждена расформироваться после серии клановых войн. Точнее, войн между боевым отрядом церкви — Инквизицией и объединившихся с ведьмами кланов. Да-да, то, что выдают за Ведьминские Войны, на самом деле было походом Католической Церкви против вообще всех, кто может оперировать праной. Так как основной накал этой борьбы проходил не в Симплексе (обычном мире), то обыватели ее практически не заметили. Нет, боевые действия в Симплексе тоже происходили, но Средние века были беспокойным временем, так что отличить войну одного герцога с другим и войну клана с отрядом инквизиции иной раз было совершенно невозможно.
Церковь потерпела поражение. Даже когда ее передовой отряд, Инквизиция, взяла на вооружение методы противника, то есть начала воспитывать своих воинов для Ракша, а не только монахов, запирающих выход в план Ракш, негативный ход событий переломить не удалось. Кланы раскололи саму церковь, внеся множество ереси. Ереси, которая была подтверждена «чудесами». А на простых людей это действует безотказно. То есть кланы нанесли удар совершенно классический и не на плане Ракш. Церковь лишили главного, материальной базы. Не до конца, разумеется, но подорвали сильно (1521 год, Вормский эдикт и начало протестантизма). Католическая Церковь стала терять влияние на местах и вынуждена была публично огласить о своем поражении. Иначе кланы Европы, а также Православная Церковь, которая со своими кланами никогда не ссорилась (и даже поддерживала), попросту уничтожили бы Ватикан.
Сейчас Католическая Церковь, как и многие другие организации, вышедшие из Средних Веков, состояли их двух, подчас совершенно независимых частей, которые имели одинаковое название, но разное приложение. И подавляющее большинство сотрудников публичной части, которая работала в Симплексе, не знала о той, которая работает с Ракшем.
 
Современная Святая Инквизиция с кланами не борется. Более того, на нее были возложены практически полицейские функции, а также Инквизиция выступает арбитром в спорных делах. А еще у Инквизиции существовали подразделения, которые занимались обнаружением незарегистрированных операторов праны, всякими необычными явлениями, в общем, если следовать терминологии грисов, этакий спец. отдел, наподобие «Секретных материалов». И да, сценарий к этому сериалу был списан с дел, которые вела Инквизиция (в США тоже имеются ее отделы)…
… Ранним и довольно холодным осенним утром, к особняку на окраине Братиславы подъехали два черных внедорожника. Из дома вышел высокий худой мужчина и с хмурым лицом смотрел, как из машин выходят люди. Одеты приехавшие были в совершенно обычные строгие костюмы и все были мужчинами (в Инквизиции, традиционно, не бывает женщин, особенно после Ведьминских Войн). Примерно половина мужчин — это крепкие молодые люди, со строгими холодными взглядами. А другая половина — столь же явно работники умственного труда.
— Монсеньор, — произнес встречающий, когда вот эта вторая половина приехавших подошла к нему.
— Здравствуй, Марек, — ответил невысокий мужчина, с характерными чертами итальянца.
Это был кардинал Чезаре Сфорца, один из четырех глав Инквизиции. Именно так, у Инквизиции четыре главы. А верховный руководитель Инквизиции — Папа Римский. Встречал же кардинала Марек Беро, глава Словацкой Комиссии.
Да, говорили они на словацком, причем Сфорца это делал без акцента.
Мужчины молча зашли в дом и здесь Чезаре Сфорца потянул воздух носом.
— Да, характерный ароматец, — негромко произнес кардинал, учуяв едва заметные нотки… плесени. — Что по грисам пробили?
— Дом принадлежит гражданину Польши, — ответил Беро. — Принадлежит довольно давно, уже почти два десятка лет. Местными считается полузаброшенным…
— И с привидениями, — закончил за Марека кардинал.
— Вы совершенно правы, монсеньор, — почтительно ответил Беро. — Последняя проверка здесь проводилась полгода назад.
— А почему так часто? — тут же спросил кардинал. — Были какие-то подозрения или у вас избыток людей?
— Пониженный, относительно округи, фон, — пояснил Марек. — Так что была сделана пометка о наблюдении. И два дня назад, при очередной проверке, был отмечен, наоборот, очень высокий фон. Поэтому было принято решение о досмотре.
Кардинал сделал жест, чтобы прибывшие с ним шли осматривать дом. Люди тут же разошлись в стороны. Один вернулся к двери, поставил на пол чемодан, который принес с собой.
— Зачем более высокий уровень? — спросил Сфорца, намекая на вызов сюда своей группы и его самого. — Ну, кроме ковена.
— Нас пытались остановить, — спокойно ответил Марек и добавил, со значением. — Через епархию. Поэтому мы перешли на охранение… И отбили уже две волны демонов. Код ковена я послал для привлечения внимания.
— Вот как, — посуровел лицом кардинал.
Они вошли в комнату. Это был зал, в не очень хорошем состоянии и совершенно пустой. И здесь, в разнокалиберных креслах, сидело около десятка человек. Трое монахов, в сутанах, как положено. Черных сутанах. И разного возраста мужчины. Все они, такое ощущение, что спали. И только слишком свежий воздух, при закрытых наглухо окнах, говорил о том, что следователи Словацкой Комиссии не спали, а находились в Ракше.
— И еще, — произнес Марек. — Мы нашли тело. В подвале, конечно.
— Ну, давай, радуй до конца, — со вздохом произнес кардинал.
— Это Давид Вайс, — коротко ответил Беро.
Чезаре Сфорца ответил не сразу. Несколько мгновений он пребывал в задумчивости. Некоторое время назад следователь Немецкой Комиссии Инквизиции Давид Вайс пропал из собственного дома. Разумеется, все обычные причины сразу же пробили, но все говорило о том, что дело тут касается кланов.