В тебе моя душа (СИ)

— Надолго?
— Кто вы такой, молодой человек?
— Я её жених.
— Жених? — ахнула Ольга Петровна.
— Если бы наша внучка собиралась замуж, мы бы об этом знали, — отрезал Олег Васильевич.
— Не совсем жених…
Джейк не знал, как разговаривать с этим враждебно настроенным человеком. Что рассказала им Надя? Да и где она сама?
— И что же вы хотите, «не совсем жених»? — продолжил допрос Олег Васильевич.
— Надия и я… Мы встречались. Я собирался сделать ей предложение. Но она уехала в Россию, никому ничего не сказав. Исчезла.
Ольга Петровна прикрыла рот рукой в изумлении, а Олег Васильевич продолжил:
— Раз уехала, значит, так было нужно.
— Могу я с ней поговорить? Когда она вернётся?
— Нет, не можете. Надя уехала навсегда и больше здесь не живет.
— Олег… — снова попыталась встрять Ольга Петровна, но он так взглянул на неё, что она прикусила язык.
— Куда она уехала?
— Этого я не могу вам сказать, молодой человек. Но прошу вас уйти и больше никогда не беспокоить ни нас, ни нашу внучку. Позвольте ей жить счастливо.
— Счастливо?
— Да, именно так.
— Что ж, пусть будет так.
Ольга Петровна проводила его до двери и, хоть сердце у неё было не на месте, так ничего и не сказала.
— Зачем ты так с ним? — накинулась Ольга Петровна на мужа, вернувшись в гостиную.
— Зачем? А ты не понимаешь зачем? Ведь это из-за него Надя стала такая. Ни жива, ни мертва.
— А мне он показался хорошим парнем. Он кажется несчастным…
— Несчастным! Накуролесил там в своём Китае, а теперь прискакал грехи замаливать. Жених!
— А вдруг ты ошибся?
— Как же, ошибся. Ты же знаешь Надежду. Не будь этот парень в чём-то перед ней виноватым, она бы не сбежала, никому ничего не сказав. Видимо, он сделал что-то такое, что она не смогла ему простить, раз даже разговаривать с ним не стала.
— Ой, Олег Васильевич. Сердце мне подсказывает, что-то здесь не так. Вдруг это какое-то большое недоразумение?
— Недоразумение или нет, неважно. Надя сделала свой выбор, а мы не будем вмешиваться, — он вздохнул и серьезно посмотрел на Ольгу Петровну. — Оля, обещай мне, что сегодня, когда Надя вернётся, ты не скажешь ей ни слова об этом парне. Ни сегодня, ни потом.
— Мне кажется, мы совершаем большую ошибку.
— Нет. Мы всё правильно делаем. Надя месяц провела в Италии, ты сама говорила, что у неё глаза горят, когда вы с ней разговариваете по видеосвязи.
— Это так, она снова стала сама собой.
— Вот именно. И пусть так и будет. Не хочу, чтобы, узнав о том, что этот, — Олег Васильевич кивнул на дверь, — искал её, она снова начала горевать. Хватит с нашей девочки забот и никчёмных женихов. То Борька, а теперь этот.
Ольга Петровна тяжело вздохнула, признавая правоту мужа. Однако сердце ей подсказывало, что этот китайский парень очень несчастен и искренне любит Надю. Но ничего не поделаешь.
Джейк ушёл от Серовых несолоно хлебавши. Все его надежды разбились в пух и прах. Надя уехала неизвестно куда, а её дед не имел намерения помогать ему. Он попросил Джейка позволить Наде жить счастливо. Что ж, если она сможет быть счастливой без него, то и он проживет без неё. Проживет счастливо.
Джейк нажал кнопку вызова лифта, услышал, как тот зашумел где-то на первом этаже, но, не дождавшись, пошёл вниз по лестнице. Ему хотелось побыстрее сбежать из этого места, где он мечтал найти возлюбленную, но не нашёл ничего кроме непонимания и откровенной грубости. Подальше от Надии. Подальше из этого дома и этой страны. Нет, он не сможет её забыть, но по крайней мере заставит себя прекратить вспоминать о ней.
Через минуту двери лифта открылись, и из него вышла Надя. Она снова дома. Бабушка оказалась права, если Италия и не излечила ее, то помогла снова почувствовать вкус к жизни. Она никогда не забудет Джейка, но по крайней мере перестанет думать о нем каждую минуту.
Если бы Джейк дождался лифта или вышел из квартиры Серовых минутой позже, то обязательно столкнулся бы с Надей. Если бы Надя, в свою очередь, вошла в подъезд на минуту позже, то наверняка бы увидела Джейка, выходящего из ее дома. И кто знает, чем бы закончилась эта неожиданная встреча? Но к сожалению, в жизни часто случается так, что на некоторые встречи мы зря приходим вовремя, а на те, что могут изменить судьбу, не приходим никогда. Наде и Джейку не суждено было встретиться в Москве.
 
Эпилог
Спустя 3 года
Надя стояла посреди Пьяцца-дей-Чинквеченто в Риме, вдыхая жаркий воздух итальянской столицы. Последний раз она была здесь чуть более трёх лет назад. Тогда Рим покорил ее, как и увиденная ею Италия в целом. То ли она навоображала себе, то ли действительно сказывалась капля итальянской крови, что текла по её венам, но здесь она чувствовала себя как-то особенно. Казалось, будто она снова вернулась домой. Три года она мечтала вернуться назад и вот, наконец-то, была снова здесь. Пока Надя стояла, зажмурив глаза, не веря собственному счастью, на неё налетела какая-то итальянка. Почти сбив девушку с ног, она разразилась потоком итальянских ругательств, будто это Надя врезалась в неё, а не наоборот. Девушка бросилась помогать всё ещё ругавшейся женщине собирать рассыпавшееся содержимое её сумочки.
— Turista? — спросила она Надю, принимая у неё из рук бумаги, которые та аккуратно собрала в стопочку.
— Не совсем, — ответила Надя.
— Говоришь по-итальянски? — удивилась женщина.
— Говорю.
— Извини, что наорала на тебя. Думала, ты не понимаешь, — улыбнулась женщина.
Ей было слегка за сорок. Очень красивая итальянка. Высокая, с гривой темных волос, стройная, но не худая, а с великолепными формами, наверняка привлекавшими взгляды множества мужчин.
— Ты орешь только на тех, кто не понимает итальянского? — улыбнулась Надя.
Женщина громко рассмеялась. Они наконец-то собрали всё, что вывалилось у женщины из сумки, и теперь стояли друг напротив друга.
— Ты мне нравишься. Меня зовут Лючия Донати.
— А я Надя.
— Русская?
— Да.
— Как насчёт того, чтобы выпить по чашечке кофе?
— Я думала ты спешишь, ты же неслась, как ураган? — улыбнулась Надя.
— Да, бежала на автобус, но уже опоздала, — сказала Лючия, взглянув на часы.
— Извини, что стояла на твоём пути.
— Да нет, я все равно бы опоздала. Пойдём. Только давай зайдём на вокзал, я сначала куплю билет на следующий автобус.
— Мне тоже нужно купить билет, — улыбнулась Надя.
— Так ты уезжаешь из Рима?
— Да, у меня есть дело в другом месте.
— Куда ты едешь?
— Сначала в Пескару.
— Ты шутишь? И я туда же! Значит, не зря ты меня сбила с ног, это фортуна! — воскликнула Лючия, увлекая за собой Надю.
— Вообще-то это ты в меня врезалась.
— Неважно. Неважно. Это судьба.
Через двадцать минут билеты были куплены, и женщины разместились в одном из кафе, заказав по чашечке эспрессо. До отправления их автобуса оставался ещё целый час.
— Рассказывай, что ты делаешь в Италии, если не туристка? И откуда ты так хорошо знаешь итальянский?
И Надя рассказала. Про дедушку и бабушку. Про бабушкины итальянские корни и то, что она в последние годы пыталась найти информацию о родственниках, которые наверняка остались у неё в Италии. О том, что пару лет назад, копаясь в старинных бумагах, хранившихся на их даче с незапамятных времён, она каким-то чудом нашла письмо своей итальянской прапрабабки, из которого следовало, что та была родом из некой деревушки под названием Конти, о том, что после долгих изысканий им удалось установить местонахождение этого богом забытого места, но разразившаяся в мире эпидемия коронавируса помешала Ольге Петровне и Наде тут же отправиться в Италию, чтобы продолжить поиски на месте. К сожалению, пандемия в первую же волну унесла сначала Олега Васильевича, а за ним и Ольгу Петровну, которая ушла вслед за мужем в считанные дни.
Ольга Петровна чувствовала, что ей оставалось жить недолго, а потому перед самой смертью призналась Наде.