Не слушаю и не повинуюсь (СИ)

— А как же вы спаслись? — спросил король.
— Да, мне пришлось всю ночь отогревать эту девочку, чтобы она не умерла от холода. Но я героически выдержал нападки стихии, противостоял ветрам и молниям, защищая её от ледяных брызг. А утром, когда шторм утих, мы обнаружили корабль на горизонте. Мне пришлось плыть до него вплавь, но я сделал и это, ведь я не мог иначе. Привел корабль к скале, где сидела эта красавица и спас её. А дальше мы наткнулись на команду, они рыдали от горя на необитаемом острове. Пришлось спасать и их. И вот мы здесь! — принц поклонился под аплодисменты благодарной публики.
— Принц, сын мой, а ведь скоро к нам в гости пожалует принцесса Миранда. Помнишь ту красивую девочку, с которой вы как-то в детстве играли в «лекаря»? — спросила королева, когда закончила хлопать.
— Конечно же помню. Мало того — я был бы не прочь повторить нашу игру с Мирандой. Надеюсь, что это милое дитя не будет злиться на такое невинное желание своего будущего мужа?
Второй раз челюсть Ариэль упала на стол. Тарелка из хрусталя не выдержала повторного надругательства и приказала всем долго жить. Сама же располовинилась и разбросала селедку с луком по столу.
— Ну, дитя моё, — притворно посочувствовала королева. — Нельзя же быть такой неаккуратной. В конце-то концов, вы не на родной скале, а в королевских покоях.
— Да, милочка, ведите себя согласно сану. Вы должны быть благодарны нам за то, что мы усадили вас с нами за стол, — чопорно подтвердил король.
— И в самом деле! Ты чего это, милое дитя? Тебя пригласили за королевский стол, а ты начинаешь тарелки бить. И это мы ещё не женаты! — хохотнул принц. — Отправляйся-ка в свою комнату и там подумай о своём дурном поведении!
Ариэль вскочила, скривилась от боли в ногах, но потом горделиво выпрямилась и посеменила прочь, стараясь убраться отсюда как можно быстрее.
— Надо же, какая нахалка, — проговорила ей в спину королева. — И как таких вообще в королевский замок пускать? Да ей место на кухне самого паршивого трактира! Ведь эта тарелка досталась мне от прабабки, и передавалась из поколения в поколение.
— А я бы её выпорол, — авторитетно заявил король. — Задрал бы юбки, да прямо по голой заднице и нашлепал! Да-да, вот этой самой рукой!
— Простим же бедняжку, она сидела на скале, — примирительно ответил принц. — Лучше скажите, а Миранда любит гулять в кустах сирени под луной? Я бы показал ей самые красивые места…
Ответа я так и не услышал, так как полетел за Ариэль.
Девушка плакала, сидя в своей комнате. Её слезинки падали в таз для умывания. Он был наполовину полон. Я материализовался и дотронулся до её плеча:
— Чего ты мокроту разводишь? Забей хуй на этих уродов! Подумаешь, разбила тарелку…
Ариэль взглянула на меня, а потом нырнула лицом в таз:
— Я хочу поменять желание! Сделай меня свободной, чтобы я снова стала русалкой!
  
Глава 28
 
Вот так вот. Вот возьми и сделай!
И всё равно, что я приложил немало сил к тому, чтобы свести её с принцем! Она ведь уже познакомилась с его семьей, а это очень много для современной девушки.
В конце концов, принц мог запросто сделать её кухаркой, но нет — он приблизил Ариэль к себе. Даже о замужестве заговорил! Вот чего ещё этим женщинам надо? Почему они сначала добиваются своего, а потом от этого отказываются?
— Ты сдурела? Тебе до брачного венца всего пару шагов надо сделать… какого хрена ты исполняешь? — не выдержал я мрачных мыслей. — Ты же сказала, что будешь счастлива, если станешь женой принца! Да кто же от такого откажется?
— Милый Себастьян, но ты слышал? Ты слышал? Он же меня ни во что не ставит, хочет посадить наседкой над детьми, а самому пить, гулять и веселиться. И как мне после этого становиться счастливой?
— Да забей! Поступи как его мамаша — отрави принца и стань королевой. Или нет, не так — сначала дождись, пока принц станет королем, а потом отрави его. Вдовствующая королева… Это звучит!
Ариэль взъерошила волосы и помотала головой.
 
— Нет. Я на такое не способна…
— Но ты же хочешь быть счастливой.
— Но я не хочу, чтобы путь к моему счастью пролегал через чей-либо труп! Это нехорошо!
Я вздохнул. Ну надо же. Нехорошо… И что мне с ней делать? Объяснять, что хорошо, а что плохо? Вряд ли это поможет. Остается только щелкнуть пальцами и отправить её в море.
Я уже поднял руку, когда она встрепенулась:
— Подожди, милый Себастьян. Подожди! Я хочу увидеть ту принцессу, которая приедет к принцу. Посмотрю разок и отправлюсь обратно…
— Чего? Ты мазохистка, что ли?
— Кто я?
— Ну… эта, которая любит, чтобы ей боль доставляли.
— Нет, я не из таких. Просто… Просто я хочу увидеть, кто станет суженой принца вместо меня. Вдруг это его счастье?
— А если и да? Какая тебе от этого радость?
— Ну… Всё-таки не чужой уже человек. Хочется узнать, что будет дальше.
Я только махнул рукой. Пусть делает, как знает. Бывшая русалочка вынырнула из тазика и улыбнулась. Улыбка получилась жалкой. С такой принимают помощь сильные люди, когда сами не могут справиться и вынуждены наблюдать, как другие делают им хорошо.
— Тогда старайся делать вид, что у тебя всё хорошо. Не давай этим людям понять, что тебе больно. Не давай повода для радости. Выполнишь?
Ариэль кивнула.
— Вот и ладно, а я тогда немного пошалю с принцем, с твоего разрешения. Устроим им чуть-чуть веселой жизни, а потом уйдем с помпой.
Ариэль снова кивнула. И снова показалась на свет улыбка, но теперь она уже была не той слабой и жалкой. Теперь это была улыбка тигрицы, которая вышла на охоту.
Я кивнул в ответ, растворился в воздухе и вылетел наружу. Принц как раз ложился спать. Почему-то он делал это в одиночестве. Ну что же, так даже будет лучше — меньше жертв, больше удовольствия.
А-а-а, так вот почему он ложился в одиночестве — этот засранец вытащил из-под подушки портрет черноволосой красотки.
— Привет, Миранда, — подмигнул принц портрету, — повеселимся?
Он запустил руку под одеяло и началось веселье. Его же ма-а-а-ать королевскую, ну нельзя же так! Рядом скучает одинокая русалочка, а он дрочит на другую бабу. Ну вот как такое может быть?
Я заглянул под кровать — так и есть, там стоял ночной горшок. Он пока ещё был пуст, но это дело поправимое. Я щелкнул пальцами, и тара заполнилась первостатейным дерьмом.
Принц вздрогнул от моего щелчка и огляделся по сторонам. Никого. Тогда он улыбнулся портрету, подмигнул и продолжил ублажать себя.
Горшок незаметно выпорхнул из-под кровати и застыл над головой принца. Он всё также продолжал дергать рукой под одеялом и пускать слюни на портрет Миранды. Мне даже не хотелось думать — какие именно картины сейчас пузырились в его голове. Пусть хоть представляет себя на коне, под конем или сбоку коня, использующим Миранду. Я ждал пика.
Ждать пришлось недолго. Принц выгнулся дугой, простонал и в этот момент я перевернул горшок…
Коричневая масса Ниагарским водопадом ринулась вниз…
Вот не стоило принцу открывать рот. Просто не стоило.
А уж то, что подушка рядом вдруг треснула пополам и обсыпала коричневую субстанцию белоснежным пухом, то это было из разряда импровизации. Я не хотел, но вдруг озарение само нашло.
— Ч-ч-ч-что это? — пролепетал принц.
— Сме-е-ерть твоя-а-а пришла-а-а! — заунывным голосом пропел я в ответ.
Нет, если есть вопрос, то должен быть и ответ. Невежливо оставаться в стороне и отказывать просящему в открытии истины.
Принц взвизгнул, выпорхнул из-под одеяла и помчался к выходу из спальни. На ходу он запнулся о пуфик, навернулся, показал мне голые ягодицы из-под ночной рубашки. Этот эпизод заставил его продрать глаза и взглянуть уже более осмысленно. Он оглянулся назад и никого не увидел.
 
Мда, надо продолжить развлечение, поэтому я материализовался в виде фигуры в черном балахоне и с косой на плече. Протянул костлявую руку и провыл: