Не слушаю и не повинуюсь (СИ)
Гуля вздохнула и помотала головой:
— Обратно никак. Ты по глупости заключил волшебный договор и теперь, пока не осчастливишь десятерых женщин, вернуться не сможешь. Я постараюсь помочь по старой дружбе, но ты особо не рассчитывай — маг следит за каждым моим шагом. Сейчас же мне пора… Не подведи, крыса мусорная!
— Да пошла ты! — ответил я беззлобно.
Лицо Гули пропало с зеркальной поверхности щита и я остался в полной тишине. С каменными болванами особенно не поболтаешь, поэтому я решил двигаться вперед с особой тщательностью. Пару раз чуть не навернулся на камнях, поэтому щелкнул пальцами и полетел по направлению чернеющего зева пещеры.
Прошло всего ничего времени, и я оказался на месте назначения. В тени скалы дремала красивая девушка с двумя небольшими недостатками — её волосы были клубком змей, а нижняя часть тела переходила в змеиный хвост. Кроме этого, в ней было всё прекрасно. Лицо, губы, большая и явно упругая грудь…
Пока она не проснулась, я уставился в щит и кинул камешком в спящую. Камешек подобрал такой, чтобы разбудил попаданием в лоб, но не убил. Вряд ли Медуза именно о таком счастье мечтала.
Встревоженные змеи тут же зашипели на меня. Я смотрел на них через отражение в щите и отчетливо понимал, что катастрофически им не нравлюсь. Они мне тоже не нравились. Вот совсем не нравились — не люблю я змей и всё тут.
— Кто ты, странный путник и почему отвернулся ты в сторону солнечной колесницы Гелиоса, что вскоре собирается упасть в Мировой Океан? — раздался голос пробудившейся красавицы. — Не хочешь ли обернуться и посмотреть на меня? Ведь это невежливо — вот так повернуться к женщине задом и пялиться в зеркало. Ты же не Парис, что любитель повертеться перед отражением?
Я решил сразу взять быка за рога:
— Скажи, красотка, какое желание ты загадала магу Астролябиусу? Я тот, кто сможет исполнить твоё желание…
В отражении было видно, как сморщился носик прелестницы, которая имела несчастье родиться красивой.
— Не стоит тебе думать об этом, усталый путник. Пусть боги ветра унесут все печали и…
— Тебе чо — впадлу ответить? Я сюда просто так приперся?
Я старался не поворачиваться к Медузе, но видел, как она начала приближаться.
Ага! Плутовка хочет оползти меня и сунуть свою башку с шевелящимися волосами мне в нос. Ну уж хренушки!
Я щелкнул пальцами и перелетел на то же самое расстояние, на какое подползла Медуза. Она сделала ещё одну попытку, но я был настороже. Так было три раза, пока она не махнула рукой, а её волосы-змеи дружно не показали мне языки.
— Обернись же, странный гость и посмотри, как прелестны мои груди…
Вот же зараза! Знает, чем брать!
Я едва не обернулся на самом деле, чтобы оценить размер и форму. Лишь в последний миг удержался от подобного просмотра.
— Так, гадючка моя ненаглядная! Или мы с тобой разбираемся по факту — чего тебе надо, либо я ищу другую бабу, которая хочет быть счастливой! Чего ты спросила у Астролябиуса?
Медуза скрестила руки на груди (на довольно-таки привлекательной груди) и насупилась. Она словно обиделась на меня. Вот и понимай этих женщин — к ним с душой, а они обижаются. Нет, тот, кто поймет женщин, тот…
Тот?
Тот — психолог!
Вот! Точно!
Я щелкнул пальцами, отчего Медузу Горгону подняло в воздух. Она отчаянно замахала руками, а приземлилась уже на мягкий кожаный диван. Я же возник на кресле рядом, с блокнотом в одной руке, с ручкой в другой. Глаза благоразумно спрятал за зеркальными очками.
— Ну-с, пациенточка, что же вас беспокоит? — постарался произнести так, как будто развожу на деньги.
— Чего-о-о? — Медуза попыталась соскользнуть с дивана, но моя волшебная сила была неумолима.
— Я доктор всяких наук и различных академий. Милочка, мне вы можете довериться. Что у вас случилось?
— Да ты… Да я…
— Да мы, да он, да она… Мы либо попытаемся решить вашу проблему, либо я возьму плату за сеанс и перейду к другому клиенту. Знаете ли, милочка, консультациями таких специалистов как я, не разбрасываются. Ко мне сам Шноббельфебель за полгода записывается!
— А кто этот странный человек или это новый бог с Олимпа? — заинтересованно спросила Медуза.
Она перестала вырываться из невидимых пут и развалилась на диване. Уже шажок в нужном направлении!
— Да хуй его знает, только что выдумал, — честно признался я. — Так что тебе надо?
Медуза ещё немного поерзала на диване, потом набрала в грудь воздуха и призналась:
— Как и каждой нормальной женщине, мне нужно спутника жизни. Чтобы рядом шел и за руку держал. Чтобы делил со мной закаты и восходы. Чтобы я могла заснуть, положив голову ему на грудь и слушать… слушать биение сердца! Чтобы мы разговаривали весь день и не могли наговориться! Вот что мне надо от мужчины… А ко мне приходят только для того, чтобы смерти коварной предать. И ведь у меня тоже есть чувства, эмоции! Я ведь рисовать люблю и вышиваю крестиком. А меня… А они…
Медуза разрыдалась навзрыд. Слезы так и полились по красивому лицу. Одни змеи ловили каждую слезинку, а другие пытались утешить хозяйку, облизывая щеки, веки, лоб. Третьи вообще гневно смотрели на меня и если бы были в силах, то покинули голову и набросились бы на предмет огорчения хозяйки.
— Но как же вы будете вместе, если он только посмотрит на тебя и тут же превратится в камень?
— Не знаю, — пожала плечами Медуза. — Я думала, что вы, волшебники, сможете придумать что-нибудь такое, что сможет одолеть проклятие богов.
Я задумался, переваривая слова Медузы. Чтобы выполнить всё то, что она сказала и при этом оставить мужика целехоньким… Мда, проблема та ещё.
Хотя…
Я шлепнул себя по лбу!
Есть! Я могу исполнить её желание!
— Так, никуда не уходи, я вскоре вернусь! — с этими словами я щелкнул пальцами и помчался по воздуху.
Я промчался до острова Иос так быстро, как только мог. Там я без труда нашел того, о ком подумал и отправился обратно. Конечно, было и сопротивление, но разве справиться обычному человеку с могуществом джинна?
Медуза всё также лежала на диване и смотрела, как солнце отправляется на покой в воды моря, когда я плюхнулся возле неё. Конечно же я отворачивался от её неотразимого взгляда, чтобы в последний миг не превратиться в камень.
— Вот, смотри, страдалица, кого я тебе притаранил. Прошу любить и жаловать — Гомер!
— О боги Олимпа, куда вы меня притащили? Я только собрался поведать местным жителям о хитроумном Одиссее и его проделках, — произнес мой подарок.
Медуза соскользнула с дивана и подползла ближе. Она посмотрела на принесенного мужчину и… Он не окаменел! Он всё также дышал и даже слегка пованивал. Медуза взглянула на него пристальнее:
— Посмотри же на меня, потомок славных богов. Неужели я тебе так не нравлюсь, что ты опустил голову?
Незрячий мужчина в рубище, который за мелкую монету пел на улицах городов свои заунывные песни, простер руки и нащупал груди Медузы:
— Прелестная незнакомка, усладу я ощущаю пальцами, но вот глазами не могу оценить ни красоту, ни свежесть кожи. От этого горя сжимается моё сердце и три тысячи кораблей не смогут его разжать. Я старый поэт и не знаю слов любви, однако, если у вас найдется амфора вина и головка сыра, то я поведаю вам «Илиаду» или «Одиссею»…
— Он… слеп? — спросила Медуза.
Впрочем, мужские руки она не отстранила, да и сама не подалась назад. Волосы-змеи недоверчиво посматривали на Гомера.
— Так, тебе пиздабола надо было, с которым можно весь день болтать от рассвета до заката, или молчаливого Аполлона? Неужели тебе было мало одного Посейдона, и ты хочешь ещё раз попытать судьбу с богами?
— Нет-нет, я беру этого, — тут же подняла руки Медуза. — Он… Он мне нравится. Отмою, очищу и станем мы с ним жить в любви и уважении друг к другу.
— А я буду счастлив разделить свои дни с такой прекрасной особой, — Гомер продолжил ощупывать груди Медузы. — Я могу много чего рассказать о днях прошедших, о героях и их свершениях. Мы будем счастливы, так что насчет амфоры?