Принцесса и её зверь (СИ)

Ургас многозначительно посмотрел на него, но вопросов больше не задавал.
— Позвольте пригласить вас во дворец, господин и госпожа Макдэар, — сказал он. — Уверен, королева сможет гарантировать вам безопасность.
Мне не нравилась эта идея, и было страшно снова оказаться в ловушке, но также я понимала, что одно превращение — и Вэйл нас освободит. Поэтому мы быстро собрали скудные пожитки, чтобы последовать за воинами.
Идти предстояло несколько часов, и Вэйл не отпускал мою руку. Он переговаривался со следопытами, показывая высокий уровень знания всех особенностей их службы, а я по большей части молчала. Мне нравилось то чувство, что созревало в груди, когда Вэйл называл меня супругой. И люди королевы не относились пренебрежительно — было видно, что любопытство они усмиряют как раз потому, что рядом со мной был отнюдь не простой воин. Или всё-таки моё сияние было им заметно? Я не ощущала его уже давно.
К вечеру мы добрались до деревни, состоящей из трёх десятков круглых домиков. Были среди них большие и поменьше, но самым высоким оказался стоящий на холме дом старейшины — тоже круглый, с крышей, похожей на ракушку, и ребристыми стенами. Таких странных зданий я никогда прежде не видела, и Ургас сказал, что здесь живут маги.
— Деревни ремесленников по другу сторону горы. А волшебники предпочитают форму круга, потому что так лучше течёт их магия. У них всё внутри устроено по особым правилам. — Он кивнул любопытно смотрящим на нас женщинам в светлых платьях с широкими рукавами. — Со старейшиной вы поговорите потом, если будет желание. Сейчас нам нужно взять лошадей и до заката попасть в замок.
Нам с Вэйлом предложили двух красивых молочно-белых зверей, и я вспомнила о Луше. Как будто вечность назад я вела её по знакомой чаще, а следом топал отряд зверо-людей…
Вскоре средь деревьев наметился просвет, и мы выехали в светлую золотую долину, поросшую уже не таким густым лесом. Впереди возвышалась гора — не слишком высокая, как раз чтобы уместить на себе город, и быть удобной для подъёма. На её вершине стоял стройный, с невысокими башнями, замок, а на склонах светлели многочисленные домики. И всё это было окружено кряжистыми деревьями с пухом мелких листьев, которые, изгибаясь, вырастали в самых неожиданных местах — от балконов до крыш.
— Мы зовём их каменными акациями. Рубить бесполезно, но и здания они не портят, к тому же кутают город особым ароматом. Когда подъедем, вы его сразу почувствуете, мы-то привыкли уже.
И действительно, вскоре лёгкий цветочный запах коснулся носа. Обычные жёлтые акации пахли иначе, эти же благоухали нежнее и строже, и цвели мелкими голубыми цветками. А ещё у них были гибкие короткие шипы, и глубокие трещины в серой коре.
— Поедем напрямую, — сказал Ургас. — Подъём крутой, но зато быстрее будет.
Его торопливость меня настораживала, но, так как Вэйл был спокоен, я старалась не суетиться. Когда солнце уже село, и дождливый сумрак окутал город, зажигая на улицах голубые огоньки в стеклянных колбах, мы спешились у больших дверей. Возможно, это был главный вход во дворец, но гостей здесь явно не ожидали.
— Прошу вас, — сказал Ургас. Он почему-то волновался, и я тоже ощущала внутреннюю дрожь. — Королева и её советник примут вас.
Слуги открыли перед нами двери, и, когда мы вошли в голубой с золотыми отблесками сумрак, я не выдержала.
— Вэйл, тебе всё это подозрительным не кажется?
— Не беспокойся, — сказал он, целуя мою руку. — Думаю, скоро всё станет понятно.
— Что «всё»?
— Прошу, — донёсся голос Ургаса. — Вас уже ждут.
То ли здесь всегда были рады магам, то ли нас ждала очередная ловушка, которую Вэйл раскусил и потому был так сдержан… Я крепко сжала его пальцы и двинулась вперёд, разглядывая просторное, лишённое мебели пространство. Колонны, огоньки, сводчатый потолок с лепниной, а ещё запах акаций, перемешанный с ароматом роз.
— Её Величество королева Каильбер, — сказал Ургас, сопровождавший нас, и, не успела я разглядеть тронный зал, королеву и двух её стражей, как раздавшийся возглас просто выбил из лёгких весь воздух.
 
— Тэа!
Неужели эта устремившаяся мне навстречу женщина была?..
— Мама? — растерянно отозвалась я, и, оказавшись в её объятьях, повторила шёпотом: — Мама!
Быстро посмотрела на Вэйла, ища поддержки, и мужчина мне улыбнулся. Кажется, он откуда-то знал, кого именно мы здесь встретим…
— Ургас, когда тебя увидел, пробормотал на северном наречии «дочь», и я сразу предположил, что твоя мама живёт в замке. А тебе не сказал, чтобы сюрприз не испортить.
Я неуверенно улыбнулась.
— Такого я точно не ожидала!
В этом замке нам не грозило стать пленниками, и не только потому, что мама была здесь важным человеком. Сама королева была совсем не похожа на правителей, с которыми мне довелось познакомиться. Это была женщина неопределённого возраста: не молодая, но выглядящая не старше сорока, с мудрым и спокойным взглядом в чёрно-синих глазах. В её золотистых волосах не было ни намёка на седину, фигура была безупречна, несмотря на рождение трёх детей.
С наследниками — двумя старшими дочерьми и сыном — нас познакомили сразу, а это уже говорило об оказанном доверии. Также мы узнали, что супруг королевы был старше её на двадцать с лишним лет, и умер три года назад в битве с опасной древней магией. С тех пор Каильбер правила одна, даже не пытаясь выбрать нового мужа, и никого это не беспокоило, потому что королева была прекрасным человеком. Даже нам, знающим её пару часов, это было понятно.
Она была внимательной к каждому, в общении сердечной, но умеющей выставлять границы, улыбчивой, и одновременно печальной, а ещё отлично разбирающейся в магии. С моей мамой они не просто вместе трудились над благополучием горного края — крепко дружили, и Аюрвеиль стал тем самым местом, где душа моя успокоилась.
Здесь мы с Вэйлом были в безопасности. После крепких объятий, и тихих, недолгих моих слёз, мама сразу сказала, что бояться нам нечего. Уж она-то сразу почувствовала, что я не только пришла вместе с мужем, но и принесла с собой особую магию. Однако, это её не смутило, также как не расстроило то, что мой супруг — верный слуга короля Тэррана. То есть — бывший. Я уже потом узнала, что таких бывших здесь несколько, включая маму.
Нам предоставили супружеские покои — просторные и светлые, с большой кроватью и тёплым одеялом. Также слуги принесли несколько комплектов одежды, чтобы мы выбрали подходящие, ведь наша одежда была явно не дворцовым вариантом.
— Удобные брюки — как раз то, что мне нужно, — сказал Вэйл. — Никаких роскошных негнущихся сюртуков и лосин, которые одно время были в моде у нас. Спасибо королеве.
— А я слышала, что мужчинам нравилось обтягивающее.
Вэйл усмехнулся.
— Дворцовым щёголям — да. Любили они приукрасить себя разными способами.
— В смысле живот утянуть? Клара говорили о чём-то вроде мужских корсетов для тех, кто был недостаточно мускулист…
— Поясов, — сказал Вэйл. — И такие были. Но я сейчас про то, что совали для солидности в штаны.
Я прыснула, и он тоже рассмеялся.
— И часто засовывали?
— Думаю, да, хотя я лично подобного не практиковал.
— А тебе и не нужно.
Вэйл отложил рубашку и поймал меня, успевшую только сорочку натянуть, за руку.
— Хорошо, что здесь тебе не нужно носить тугие корсеты. Все знают прекрасно, что они не слишком хорошо влияют на здоровье, но утягиваются всё равно. Так вот я больше не позволю тебе этого, Тэа.
— А как же осиная талия?
— У тебя она и так тонкая. И рыжие волосы мне нравятся намного больше модных золотых.
Он прижал меня к себе и коснулся губами локона надо лбом.
— Горностайчик.
— Волк, — отозвалась я, обнимая его за шею. — Я люблю тебя.
— И я тебя, моя девочка.
Я улыбнулась, вспомнив, как мне не нравилось это обращение. А Вэйл уже ласкал мою спину, щекоча сквозь тонкую ткань, и пришлось проявить стойкость: