Принцесса и её зверь (СИ)

Мне было тошно на него смотреть, хотя краем мысли я понимала, что королю тоже трудно. Это мне можно было отдаться горю и сидеть в комнате, рыдая по Вэйлу. Он плакать о брате не смел, ведь должен был решать множество государственных дел.
Я провела в добровольном заточении три дня, но поздно вечером всё-таки дошла до сада, к тому месту, где мы с Вэйлом целовались. Нужно было решить, как жить дальше, однако думать о будущем было больно. Я всё пыталась заставить себя хоть что-то почувствовать, но сердце отзывалось дрожащей пустотой, которая спустя минуту превратилась в знакомую боль.
— Тэа.
Я посмотрела на бесшумно подошедшего Мэва.
— Не замёрзла?
Я мотнула головой.
— Не знаю, что делать. Мир перестал быть прежним для меня. Вокруг Бездна, и мы с ней словно сёстры.
— Я понимаю, как тебе тяжело сейчас. Сам терял близких… и друзей тоже. Но Вэйл был мне как брат… — Он посмотрел на меня пристально. — Такое горе никогда не избывается, но внимать ему у нас с тобой нет времени.
— Что случилось? — напряглась я.
Мэв тяжело вздохнул.
— Тэрран уже подобрал для тебя жениха.
Я непроизвольно схватилась за голову.
— Что?..
— И он не будет так терпелив, как Элиот. Магия всегда была разменной валютой в заключении брака, чувства людей не учитываются. Тебе нужно бежать — сегодня же ночью.
Меня пробрала крупная дрожь. Дом моей души был разрушен, а теперь ещё и фундамент растворялся под гнётом обстоятельств.
— Но, Мэв… Куда? Как? И король обещал дать мне время…
— Он мог пообещать, что угодно, но сделать по-своему. Ситуация сложная, мешкать нельзя. Но для тебя есть один более менее надёжный вариант. — Я вопросительно посмотрела на него, и мужчина продолжил: — Ты должна найти мать. Уверен, она поможет.
— Но почему ты думаешь, что мама сможет защитить меня? Она ведь и сама боится, а иначе почему сбежала?
— Она лучше других знает твою силу, и наверняка поможет раскрыть её. Ну а когда ты обуздаешь энергии, Тэрран уже будет не в силах отдавать приказы. — Он устало улыбнулся. — С королевой магии шутки плохи.
— Но, Мэв, в моём исчезновении обвинят тебя!
— Хорошо, — кивнул он. — Так и надо. Не бойся, казнить меня они не будут, сейчас каждый воин на счету. Но ты должна уехать, Тэа. А иначе жестокостью из тебя выжмут остатки чувств.
— Ладно, — отозвалась я тихо. — Уеду. Но куда?
— Согласно последним данным, твоя мама может быть на Фэаре. Тебе нужно посетить храм богини, а затем отправляться на пристань.
— Уже нашёлся тот, кто отвезёт меня?
— Я договорился с капитаном небольшого судна. Оно надёжно, не беспокойся. Да и вряд ли море или человек посмеют обидеть тебя.
Всё решилось быстро и без лишних обсуждений. Я понимала, что не готова к подобному, но действовала решительно. Мэв лично сопровождал меня в лесной храм, ведь молиться мне уж точно никто не мог запретить. Обратиться к богине нужно было потому, что она могла подсказать более точное направление, ведь ведала все магические связи между родными людьми.
У меня была с собой сумка с вещами и оружие. Луша, конечно, оставалась на большой земле, и я сказала тихо:
— Прости, что редко тебя навещала. Обещаю, мы ещё увидимся.
— Я за ней присмотрю, — пообещал Мэв, хотя я и понимала, что у него будут другие, более важные заботы.
В храм он заходить не стал, и я сама дошагала до внутренней его части, которая располагалась под звёздным небом. Статую высокой и улыбчивой женщина окружали серые деревья с голубой листвой, на которых круглый год цвели маленькие сияющие звёзды. Богиня протягивала руку ладонью вверх, и я, как принято, вложила в неё пальцы.
— Здравствуй, госпожа. У меня мало времени, поэтому просто скажу, что благодарна тебе за то счастье, что у меня было… пусть я и не смогла его уберечь. Прошу тебя, подскажи, как мне найти единственного родного человека? Укажи путь, если это возможно, или хотя бы помоги раскрыть мой свет…
Я вздрогнула, когда её ладонь замерцала белым звёздным светом, и голос, шедший из ниоткуда, сказал:
— Будь благословенна, Тэа. Ты найдёшь то, что ищешь, на белой земле, окружённой водой. И чтобы искать было легче, я дам тебе проводника.
 
Я обернулась на дуновение, и замерла на месте: за спиной стоял знакомый, пусть и призрачный, зверь.
— Это ты, — сбивчиво прошептала я. — Теперь вместе со своим человеком там, за чертой…
Волк шагнул, и я коснулась его лба — как будто окунула руку в поток ветра.
— Прости меня.
Зверь мне ничего не ответил, но я на мгновение почувствовала запах чащи и дремучих ручьёв. Волк просто смотрел, словно ожидая от меня действий, и я кивнула.
— Вряд ли ты расскажешь мне что-то о Вэйле. Значит, нам уже пора. Госпожа, благодарю тебя от всего сердца!
Я низко поклонилась богине, и, стоило мне покинуть цветущую залу, как призрачный волк растворился. Теперь о его присутствии знала только я одна.
Глубина и коварство моря меня не пугали. Даже если бы на нас обрушился магический шторм, я была бы ему только рада, ведь где-то там, в пучине, навсегда упокоился Вэйл-Элиот. Думать о нём было трудно — словно что-то тянуло изнутри сердце, расходясь волнами боли по всему телу. И сквозь эту сокрушительную пустоту, перемежающуюся с болезненным отчаянием, пробивался шёпот внутреннего голоса, который говорил, что жизнь продолжается. Нельзя сдаваться, теряя близких, или они тоже сдадутся, не найдя упокоения в потусторонних пределах. Понимая это, я, тем не менее, никакой жизни в себе не чувствовала, и даже возможная встреча с мамой совсем не радовала.
Однако, Мэв не зря так беспокоился о моём будущем. Он знал намного больше, чем мне говорил, чтобы не сделать больнее, не дать ощутить весь ужас происходящего. И, отплывая, я ощущала себя не свободной, но способной хоть что-то изменить. По крайней мере, доказать, что магия выбрала меня неспроста, что могу ещё утвердиться в собственной силе.
Вокруг была дрожащая водная гладь, солнце припекало, но ветер остужал лицо и осушал слёзы. Для меня время слилось в одно длинное мгновение, способное вместить целую жизнь. Почтительное отношение моряков сглаживало неудобства путешествия, и мужчины, когда поняли, что я не капризничаю по любому поводу, стали немного разговорчивее. Капитан рассказывал об острове, моряки даже иногда пели за работой, и тогда я прижималась щекой к мачте, разубеждая себя в том, что слышу средь сильных голосов тот единственный, в который была влюблена.
Мы прибыли на Фэар через четыре дня. Ни страшных штормов, ни чудищ я даже близко не видела — ветер дул попутный, небо всего раз одарило нас дождём. Мы причалили ранним утром, в сумерках, и я пожала капитану руку, отметив, что шедшее от пальцев сияние его не смутило.
— Спасибо вам, что согласились помочь.
— Спасибо вам, принцесса. Ваше присутствие — благословение для каждого, независимо от данных клятв.
Это был вполне ясный намёк на то, что Тэррану капитан не подчиняется, и я поблагодарила мужчину ещё раз, когда он посоветовал подходящую гостиницу в порту. Попрощалась с остальными моряками, и пошла по причалу, чувствуя ветреное дыхание шагающего рядом волка.
Так как это был не главный порт, досмотра мне удалось избежать, и я сразу отправилась туда, куда вёл волк: на главную улицу. Несмотря на то, что время было ранее, многие уже не спали, и в гостинице меня встретили с нескрываемым удивлением. Я понимала, что теперь исходящее сияние видят все, и именно оно провоцирует такое отношение.
Меня принимали как принцессу, хотя я себя ей не ощущала. Но это положение помогало задавать нужные вопросы, пусть в своей настойчивости я и старалась быть максимально деликатной. Нельзя же было прямо сказать, что ищу мать? Мало ли, в каком статусе она была на острове, если вообще находилась здесь… Возможно, то был лишь верный след, и нам с волком предстояло его уточнять.
Меня поселили в номере с видом на море и отказались брать плату. А, не успела я снять пальто, как в дверь постучали: это прибыл посланник от главы города. Он осведомился о моём здоровье и передал приглашение на обед. Конечно, я понимала, что не останусь незамеченной, даже если сразу скроюсь в лесу, но и на такое быстрое узнавание не рассчитывала. Однако пришлось смириться с этим, а потом и воспользоваться всеми привилегиями «разносчицы» магии. Я согласилась отобедать в доме главы, хотя выглядела не как благословляющая в своём неприметном наряде и без улыбки на губах. А когда днём вышла из гостиницы, тотчас поняла, что спрятаться бы не получилось. Люди любопытство своё не скрывали, но было оно не обидным, и с моей стороны вести себя чересчур открыто или, наоборот, высокомерно, было бы глупо. Поэтому — только вежливая сдержанность.