Шулер от магии (СИ)

Треугольник вздрогнул и медленно пополз влево.
– Ого.
– Что? – распахнула глаза девушка. – Сколько там?
– Девятка. Это уже практически уровень родства саванта соответствующей стихии... Круто. Ладно, давай перейдем к следующей…
Анджей поднялся с пола, кряхтя и разминай затекшие мышцы. Помог подняться Алисе.
– Что ж… – задумчиво протянул Шулер. – Средние способности к Огню и Воздуху, низкие к Земле… Ну и охр-хм… очень высокие к Воде. Холера…
– Ага, холера, – вздохнула Рыжая. – Вода выглядит не особо… внушительно. Разве что утопить противника…
– Ну, вообще-то, – подал голос Стефан, – струя воды под большим давлением даже сталь режет. 
– Что, серьезно?
– Ага, а еще, за счет все того же давления и поверхностного натяжения, она может быть не менее твердой, чем бетон.
– Да, – признала девушка, – уже звучит не так уж плохо.
– Так, а ну хватит! – не выдержал чародей. – Стефан, конечно, в правильном направлении мыслит, но вы оба – заканчивайте воспринимать Магические Стихии просто как водичку или ветерок. Это же фундаментальные, мать вашу, силы мироздания! Стихия огня – это далеко не только огонь, это в принципе вся энергия. Земля – сама материя. Воздух – связь, а Вода… – он замолчал, подумал, улыбнулся и ткнул пальцем в бутылку воды, стоявшую на столе: – Ладно, Алиса, давай попробуем лозоходство. И ты сама все поймешь.
– Что попробуем? – переспросила девушка.
– Лозоходство. Одно из «элементарных воздействий». Они завязаны на базовых Стихиях: Огонь дает выброс тепловой энергии в виде «зажигалки», Земля позволяет ограничено влиять на материю телекинезом, Воздух – связь с ноосферой в виде экстрасенсорики… хотя я предпочитаю называть это чутьем. У слова «экстрасенс» дурная репутация.
– А Вода дает лозоходство… – закончила за него мысль Алиса.
– Ага, умение чувствовать влагу. А теперь сосредоточься на воде в бутылке, – Анджей положил ладонь на плечо Рыжей. – И почувствуй свой Запас. Почувствуй энергию внутри тебя, что наполняет каждую клеточку твоего тела. Почувствуй, как она пылает – ярко-ярко; как она гудит и вибрирует, отдаваясь в каждом нерве; как связывает, скрепляет тебя воедино… и как она течет. Почувствуй, как она струится под твоей кожей, по твоим венам, мышцам и костям. Почувствуй ее движение внутри себя… и отпусти. Позволь ей просто течь наружу, и она сама потянется к влаге вокруг тебя.
– Я… получается, – кивнула Алиса. – Я чувствую ее. Но не так, как когда касаешься воды… она, скорее, словно часть меня.
– Молодец, все правильно. А теперь опиши мне ее. Что ты чувствуешь?
– Она… она все время движется, течет, словно просто не может стоять на месте, – Алиса нахмурилась. – Такая неспокойная, такая… изменчивая.
– Именно, – кивнул чародей. – Вода – стихия изменений. И вся магия преобразования завязана именно на ней. Не стоит недооценивать эту силу. Хорошая работа, – Шулер похлопал Рыжую по плечу и отошел.
– Ой, а чего пан тогда сказал «холера»?! – опомнилась Рыжая.
– М? А! Просто я с Водой не в ладах. Лучше всего мне даются Огонь и Воздух, к Земле у меня средние способности, а вот Вода… Ну, скажем так, тем же лозоходством я разве что Вислу почувствую. Да и то – если буду рядом с ней. Следовательно, я особо и не пользуюсь этой Стихией. Придется освежить память, чтобы подготовить материал для занятий… – Анджей осекся, поморщился и потер бровь. – Холера, надо же еще и к лекциям в АМИ подготовиться… Ладно, хотя бы денег прибавится, и на том спасибо.
– Да, думаю, это будет кстати, – кивнула девушка. – Как пан вообще подобную квартиру может себе позволить, с такими-то расценками?
– Алиса! – одернул ее Стефан.
– Что?
– Больше такта, мы же уже обсуждали это!
– Я его и так паном зову! Мало?!
– А вот это как раз необязательно, – вмешался в их перепалку чародей. – Можно без официоза. А любые возникающие вопросы сразу задавайте. Если у вас вдруг есть какие-то заблуждения, то лучше и безопаснее всего разобраться с ними сразу. А по поводу квартплаты – хозяин делает мне приличную скидку. Я изгнал из соседнего парка русалку в том году, – Шулер взглянул на время: – Ладно, мне сегодня еще надо забрать книги для вас.
 
Он быстро оделся, снял со стены овальное зеркало с цукумогами внутри и направился на выход. Уже на пороге Анджей обернулся:
– Да, кстати! Хоть лекции и начнутся только осенью, преподаватель АМИ я уже. Так что, как моя ученица, Алиса теперь официально послушница. Поздравляю, что ли.
– А для ученика колдуна нет, случайно, никакого официального термина? – поинтересовался Стефан.
– Не-а. Хотя… Инквизиция, помнится, раньше таких звала аколитами.
– … мне не нравится.
– Поздно, – чародей аккуратно поставил зеркало на пол, подошел к парню и церемониально опустил ребро ладони поочередно ему на левое плечо, правое и голову: – Властью данной мне Пылью Тьмы и Плесенью Мрака торжественно нарекаю тебя аколитом! Носи это имя с гордостью! Все равно это лучше, чем Рубашка…
После чего Шулер, таки ушел.
Дома разных цветов, сложений и даже стилей жались друг к другу, будто в тесном праздничном хороводе. Анджей зашел в один из, взбежал по ступеням на второй этаж и вдавил кнопку звонка. Из-за двери донеслись переливистые трели. Через несколько секунд она распахнулась. На пороге стояла миниатюрная женщина с длинными светлыми волосами, добрым лицом, мягким взглядом и стальным стержнем в сердце.
– Привет, ма.
– Привет-привет, как добрался?
– Нормально, на такси доехал, – пожал плечами Шулер, заходя. – Ты как? Как себя чувствуешь?
– Все хорошо, – кивнула Доминика. – А это что?
– Зеркало.
– Я вижу, что зеркало, зачем оно тебе?
– Да чтобы не таскать книги самому.
Мама непонимающе нахмурилась.
– Сейчас сама все увидишь, – успокоил ее Анджей, разуваясь.
Они прошли в библиотеку. Чародей замер на миг, когда, шагнув через порог, почувствовал полузабытые теплые запахи старого дерева и бумаги. Откуда-то из-за границы слуха донесся детский смех.
Шулера передернуло. Он мотнул головой и решительно затопал вглубь. Положил зеркало на пол и начал сгребать со стеллажей книги, скидывая их Старику.
– Удобно, – прокомментировала Доминика.
– Скажи, да? – улыбнулся Анджей.
– Как у тебя дела вообще?
– Да потихоньку. Работы много, денег хватает. Ломаю голову, что делать с новоявленными учениками, а еще надо к лекциям в октябре подготовиться…
– Уверена, что ты справишься, – улыбнулась мама. – С твоими-то способностями это раз плюнуть вообще.
– Не преувеличивай.
– Даже не думала. Кого попало преподавать в АМИ не берут.
– Берут, если у них ректор в родственниках ходит, – возразил чародей. – Дед просто пытается наладить отношения… а я просто решил позволить ему хотя бы попробовать это сделать.
Стоило речи зайти о ее отце, Доминика разом помрачнела – так и не простила Аркадиуса за то, что тот поднял руку на Анджея… Но все же сказала:
– Твой дедушка дорожит академией хлеще, чем семьей. Он бы не стал никого брать туда лишь из сентиментальности. Можешь считать это приглашение запоздалым признанием твоих способностей. Лучшим, на которое он способен.
– Прости, – поморщился чародей. – Не хотел бередить…
– Ничего, – отмахнулась та. – Ты лучше скажи, ты ведь будешь на Рождество?
– А не рановато это обсуждать?
– Учитывая твою привычку не появляться из-за дел? В самый раз. Так что?
– Э-э… я подумаю.
– Ну уж нет, ты который год уже «думаешь». А потом снова предпочитаешь оказаться в зубах у очередного монстра, прямо как… – мама осеклась.
Шулер не ответил.
– И опять ты молчишь, – прозвучал привычный укор.
«Потому что ничего из того, что я могу ответить – тебе не устроит».
– С тех пор как ты ушел из дома…
«Ну давай, скажи еще, что у меня не было для этого причин».