Палач

– Ты больше не говорила со Стивенсом?
Даже не пришлось изображать удивление.
Когда Ванесса потеряла отца, ей овладели отчаянье, страх, а потом гнев. Она хотела добраться до тех, кто его подставил, заставить их заплатить. Отец работал на фармацевтическую корпорацию «Бенкитт Хэлфлайн», которая рухнула в одно мгновение, поглотив жизни ни в чем не повинных служащих. Альберт Нортон поплатился за чью-то жестокую закулисную игру, и Ванесса жаждала крови.
Спустя полгода тщетных попыток узнать о судьбе отца, она практически отчаялась. Неожиданно Ванессе позвонил Джек Лоуэлл. Они пересекались несколько раз – на выставках и съездах, этот человек работал вместе с отцом. За несколько месяцев до скандала в «Бенкитт Хэлфлайн», он якобы погиб в автомобильной аварии. Он рассказывал такое, что Ванесса повесила трубку, но Джек перезвонил и сказал, что может представить доказательства.
Она колебалась, но все же села в самолет и отправилась на встречу с ним. И столкнулась с миром, о котором предпочла бы ничего не знать. Теневая раса, существующая на протяжении тысячелетий бок о бок с человечеством. Измененные – именно они стояли у истоков того, что произошло с отцом. По крайней мере, так утверждал Джек. Он говорил, что заставит их заплатить, поставит на колени, и Ванессе нравились его честолюбивые планы. Сам он был ослеплен яростью и обидой на то, что его гений недооценили. Сломленные, одинокие и охваченные гневом, они объединили силы в работе над грандиозным проектом.
Сильные мира сего оказались на грани полного исчезновения, но Лоуэлл хотел разработать вирус, устойчивый к чуме измененных. С таким изобретением он поставил бы на колени любого жаждущего вернуть себе бессмертие. Больше того – они могли заставить власти освободить отца или, по крайней мере, позволить похоронить его по-человечески и восстановить доброе имя. У Лоуэлла были наработки, у Ванессы – деньги, но тогда она еще не представляла, во что ввязалась.
Джек прикрывался именем Вальтера, измененного. Из него вытрясли имена выживших измененных, которых Лоуэлл использовал в своих опытах, достойных нацистов. Джек жаждал стать Богом при жизни, но не срослось. Данные о разработках просочились к Рэйвену, что стоило Лоуэллу жизни, а для Ванессы обернулось знакомством с Сантоцци и Палачом.
– Пыталась, – не стала лукавить она, – но не смогла.
– Мои ребята потеряли его практически сразу, – задумчиво произнес Рэйвен, – эта крыса умеет прятаться.
Ванесса пожала плечами. Свою роль Стивенс тоже сыграл: в наследство от Джека ей достались данные с именами от Вальтера и все наработки по выведению неуязвимой расы. Она понимала, что вывезти диск с Острова не получится, но тут подвернулся Палач. Джеймс Стивенс, фанатик, упертый в своей ненависти к измененным. Он согласился ей помочь в обмен на сведения, которые она спрячет от Рэйвена с его помощью.
Теперь диск хранился в надежном месте, о котором знала только она, а Палач исчез с радаров.
– Ты говорила, что данные с Острова уничтожены.
– Так и есть, – кивнула Ванесса и поймала на себе пристальный взгляд телохранителя. Он смотрел на нее так, будто отслеживал каждый жест, вдох и выдох. Она мысленно покачала головой. Возможно, бас-гитарист здесь как раз за этим.
– И Стивенс их не видел?
– Нет.
Вот оно. По всей видимости, бывшим измененным снова прищемили хвосты. Но кто на этот раз и каким образом?
Ванесса расслабленно откинулась на спинку, изображая скуку. Официанты подали на стол горячее. Рэйвен не спешил продолжать разговор, и она не торопилась. Преимущество медленно, но верно ускользало из его рук, и они оба это понимали.
Какое-то время ели молча. Джордан ушел в себя – по всей видимости, на ходу просчитывал варианты и выбирал стратегию, а Ванесса просто наслаждалась вкусной едой и ждала. Перехваченная эстафетная палочка приятно грела руки. Должно же было и ей повезти.
Он согласился на встречу, потому что нуждался в ней. И вряд ли только для того, чтобы расспросить о данных и Палаче.
Осталось дождаться, когда Рэйвен попросит ее об услуге и назвать свою цену.
 
– В Москве убит бывший измененный.
– О, – Ванесса подняла голову и с наслаждением встретила настороженность во взгляде Джордана, – думаешь, это может быть он?
– Может быть, а может быть и нет, – Рэйвен допил вино, промокнул губы салфеткой и сцепил пальцы. Он снова выглядел расслабленным и довольным.
Ванесса невольно нахмурилась, не понимая, что упустила.
– Ты так и не оставила попыток выяснить, что стряслось с твоим отцом.
Она сжала пальцы на салфетке и мысленно отругала себя за несдержанность. Хотелось выглядеть безразличной, но получалось плохо. Рэйвен ударил по самому сокровенному и наверняка знал, куда бьет.
– Брось, Ванесса. Неужели ты думала, что я отпущу тебя просто так? Я знаю о тебе все или почти все.
Она нашла в себе силы усмехнуться.
«Перед самым финишем кобыла сломала ногу», – говорил в таких случаях ее дед – он любил скачки – и был бы прав.
– Зачем я здесь?
Рэйвен повертел в руках пустой бокал и только потом продолжил.
– В нашем мире сейчас неспокойно. Нас осталось не так много, и в свое время мы провели перепись населения, – Джордан усмехнулся своей шутке, но Ванесса не поддержала. Сейчас как никогда ей хотелось расслабиться. – К сожалению, список с моим именем пропал. Женщина, хранившая его, отошла в мир иной, а ее преемника нашли с перерезанным горлом.
Ванесса с удивлением осознала, что за цинизмом и фатовством Джордан Сантоцци пытается прятать гнев и страх. Он не просто напуган, а трясется за свою шкуру, потому что не знает, с чем или с кем столкнулся. Теневой противник умен и хитер, и может обойти армию телохранителей. Сантоцци обладал могуществом, но растерял все козыри. Он обычный человек и уязвим.
Ванесса с трудом сдержала улыбку, приберегла маленькую месть на потом. Сначала нужно понять, что он от нее хочет.
– Я хочу быть в курсе происходящего. И рассчитываю на твою помощь.
Рэйвену снова удалось ее удивить. Ванесса даже не сразу нашлась с вопросом.
– Отправишься в Россию к моим друзьям, познакомишься с ними и узнаешь, как там обстоят дела с расследованием.
Вот теперь Ванесса не выдержала и рассмеялась. Шпионить для него? Какая наглость! Она не вчера родилась, чтобы лезть в интриги измененных. Ей вполне хватило того, что в прошлом году Лоуэлл чуть не пристрелил ее в приступе безумия. Да, она хочет узнать, что произошло с отцом, но мертвой идти к цели будет несколько сложнее.
Рэйвен хищно прищурился, навевая ассоциации с птицей, имя которой носил.
– Ты моя должница, Ванесса, – он говорил мягко, но его голос напоминал глухое урчание тигра, готовящегося к прыжку, – ты обязана мне своей маленькой хрупкой жизнью. В Москве познакомишься с тем, кто способен достать сведения о твоем отце из-под земли. Ему пятьсот лет.
Он не стал развивать тему. Без слов было понятно, что отказаться ей не позволят.
Ванесса сдержанно улыбнулась, понимая, что угодила в капкан. Официант принес десерт и теперь убирал посуду, она же была рада кратковременной передышке. Пятьсот лет – даже не уровень Рэйвена. Игрок из такой лиги щелчком пальцев развеет ее прах по ветру, стоит лишь раз оступиться. Можно ли считать проколом попытки лезть не в свое дело? У Ванессы голова шла кругом, она пыталась найти выход из западни, но не видела его.
– Чем я могу заинтересовать такого человека? – они снова остались втроем и можно было, наконец, продолжить разговор.
Рэйвен расплылся в довольной улыбке, окинув ее однозначным похотливым взглядом, и Ванессе захотелось влепить ему пощечину. К сожалению, она понимала, что патлатый скорее сломает ей запястье, чем позволит прикоснуться к бесценному телу Сантоцци.
– Расскажи ему всю правду о нашем знакомстве и не напирай, – посоветовал Джордан. – Уверен, ты справишься.
Грудь сдавило от дурноты, но Ванесса удержалась на грани. Сантоцци сейчас напоминал Дьявола, жаждущего бессмертную душу, а она сама явилась к нему с текстом договора.