Палач

Во дворе, перед белоснежным «Порше Кайен», стоял мужчина с жидкой бороденкой. Сестра собиралась сесть в машину, когда услышала вслед:
– Парковаться научись, курица белобрысая.
От Саши полыхнуло яростью.
В отличие от Оксаны, она была среднего роста, поэтому обошла машину, чтобы оказаться лицом к лицу с обидчиком.
– Саш, пойдем, – попросила Оксана, но встретила вызывающий взгляд мужика и поняла, что им предстоит ледовое побоище.
– У тебя проблемы, козел? – если бы не тон и слова, Саша смотрелась беззащитной принцессой перед неотесанным грубым мужланом. Только Оксана прекрасно представляла, что эта «хрупкая красота» может натворить.
– Давай, звони своему трахарю, – нагло усмехнулся мужик, – все вы хороши словами кидаться да ноги раздвигать…
Он вдруг резко осекся и побледнел, но Оксане не было его жалко. Хамить люди любят, а вот отвечать за свои слова – едва ли. Она чувствовала, что Саша ему обеспечила сильную головную боль и разбитость приблизительно на два дня, а при желании могла устроить инфаркт или инсульт, и никто ничего бы не доказал.
– Повторюсь, проблемы, козел? – спросила Саша.
– Н-неет, – сдавленно проблеял тот.
– Так ползи отсюда, пока рога целы.
Она больше не смотрела на него, села за руль и оглушительно громко хлопнула дверцей. Раздражение сестры понемногу сходило на нет, таяло, как залетевшие в салон искры снежинок.
– Куда мы едем? – Оксана удобнее устроилась на сиденье и пристегнула ремень.
– К Демьяну Осипову, – коротко отозвалась Саша, – не хочется тебя расстраивать, но ты умудрилась переспать с бывшим измененным, а потом его убили.
Оксана замерла, позабыв о нелепом виде и о случае с хамом. Значит, не в полицию! Бабуле все-таки удалось! Краткие мгновения ликования сменились испугом и недоумением. С Демьяном она встречалась редко, чему искренне радовалась. Непонятно, как бабуля умудрялась водить с ним дружбу. В присутствии Осипова Оксана всегда терялась и старалась поскорее сбежать. Когда она обнаружила тело и поехала к бабуле, то надеялась утрясти ситуацию. Ведь она никого не убивала, и семья поверила. Так почему они едут к Демьяну, а не в полицию?
– Почему к нему? – не стала долго раздумывать Оксана. – Он обещал помочь?
Саша нахмурилась и покачала головой.
– Ты совсем дура или у тебя сегодня обострение? Он хочет услышать обо всем от тебя. Может статься, подозревает, что ты его прикончила. Доказательств у них нет, но и с алиби твоим паршиво. Напряги все силы своего маленького мозга и говори то, что заставит их склониться к твоей невиновности. Например, не выдумывай и не сочиняй, расскажи правду. Вспомни, не следил ли кто за вами в клубе, не было ли хвоста за машиной. Сплошные козлы на дорогах! – Саша резко вывернула руль и в ответ на сигнал только плечами передернула. – Надеюсь, ты поняла, что каждое неправильное слово может дорого тебе обойтись?
Теперь до Оксаны дошло, как сильно влипла, и ее затрясло от страха. Если тот мужик – один из измененных, то ничего не спасет. Мысли снова перепутались, и Оксана с трудом справлялась с нахлынувшей на нее паникой. Как доказать, что она не убивала его? Без алиби никак. Ее подставили. Кто-то хотел убить измененного, а чувствующая под руку подвернулась. Ей нужно сбежать, вот единственный шанс.
– Саш, – тихо прошептала Оксана, с трудом сдерживая слезы. – Они же меня убьют. Спрячь меня где-нибудь.
– Совсем, – сестра ответила на свой же вопрос, выразительно постучала костяшками пальцев по лбу. – Если попытаешься сбежать или спрятаться, у них сразу отпадут все вопросы. Максимум, что тебе грозит пока – ну, если не выкинешь какой-нибудь финт ушами – безвылазно сидеть в Москве и отмечаться, пока они не найдут настоящего убийцу. Невелика беда.
Оксана не хотела отвечать за чужое преступление. Поверить, что ее отпустят, не получалось. Оставалось только надеется на дипломатические способности Саши. Бабуля послала с Оксаной на допрос именно ее. Между сестрами никогда не было дружеских отношений, но семья для них стояла на первом месте. Если у Саши ничего не получится, то Оксану осудят и казнят.
 
– Я его не убивала, – расплакалась она, представив учиненную над собой расправу в красках.
– Хватит ныть! – резко перебила Саша. – Не хватало еще, чтобы они увидели вместо уверенной в себе и своих словах девицы истеричного кролика. Я тебя предупреждала, что путаться с мужчинами надо избирательно. Будешь вести себя спокойно, все обойдется.
– Откуда же я знала, что его кто-то прирежет? – всхлипнула Оксана. Но слова Саши подействовали, и она постепенно успокоилась. Оксана думала о том, что невиновна и не позволит никому запугивать себя. Помогало слабо.
Местом встречи оказалась большая квартира в новостройке на Патриарших прудах. Дверь им открыл широкоплечий мужчина со светло-золотистыми волосами. Казалось в нем все большое: начиная от крупных, но гармоничных черт лица, до роста, который позволял любой высокой девушке почувствовать себя маленькой и беззащитной. «Викинг», – восхищенно подумала Оксана и почти забыла про допрос, разочаровано вздыхая, потому что сейчас выглядела, как чучело. Ничего удивительного, что взгляд мужчины задержался на старшей сестре.
Он пропустил девушек внутрь и пригласил в гостиную. Оформленная в светлых тонах комната была безликой, словно сошла со страниц журнала о недвижимости. Дорогой белый ковер, мраморный столик, зажатый серыми диванами, ничем не примечательные картины на стенах и сервант. Ни телевизора, ни забытой пепельницы или сувениров на полках. Все чисто и безукоризненно элегантно. Из чего Оксана сделала вывод, что-либо хозяин квартиры чистюля, либо она предназначалась для деловых встреч.
Она попыталась вспомнить, как проводили допросы в кино. Там подозреваемого приводили в небольшую комнату со столом, где его и допрашивали двое полицейских или агенты ФБР. Разыгрывалась схема хороший – плохой, один давил, другой пытался взывать к совести и раскаянию.
Демьян стоял возле окна и повернулся, стоило Оксане переступить порог комнаты. Она замерла под взглядом холодных серых глаз и едва не попятилась назад. Саша не дала ей сбежать и втолкнула внутрь. Теперь Оксана чувствовала себя насекомым, на которое смотрят с чувством легкой брезгливости. Раздавить или нет?
Демьян Осипов обладал запоминающейся внешностью. Высокий мощный шатен с тяжелым взглядом, от которого Оксана была готова заползти под стол. Его аура была под стать внешности: сильная, темная, пугающая и тревожная. Она словно поглощала свет, паутиной черного дыма расползаясь по комнате. Настоящее чудовище. Викинг не заставлял Оксану так нервничать, больше того, от его присутствия в комнате становилось светлее.
Демьян поздоровался, в его интонациях, взгляде и жестах явно ощущалось пренебрежение и превосходство, которые он даже не попытался скрыть.
– Располагайтесь, – холодно произнес он, кивнув в сторону диванов. Саша ответила отстраненно и холодно, что для нее было совсем не свойственно. Но прежде чем опуститься на диван не упустила возможности испытать свои чары на Михаиле – а именно так звали Викинга, коснувшись запястья мужчины. Оксана засопела от такой наглости.
«Я первая его увидела, сестренка», – так бы и сказала она, окажись они в другой ситуации.
Оксана нервно поерзала на диване, устраиваясь удобнее и стараясь не смотреть в глаза Демьяну. Ее ладони вспотели, по спине стекал холодный пот. Не будь здесь Саши, Оксана бы рухнула на колени и умоляла пощадить, но присутствие старшей придавало мужества. К облегчению Оксаны допрос вел Михаил, который не спешил обвинять ее во всех грехах. Наоборот, выбрал мягкий тон.
– Вы последняя видели Филиппа живым, – начал он без предисловий. – Расскажите все, что помните.
Запинаясь, Оксана начала говорить. Все, что запомнила, что она не заметила ничего необычного.
– Будем откровенны, Оксана. Вы могли выпить его силы и перерезать горло, чтобы замести следы.
– Нет, – выдавила из себя она и помотала головой, не сдержала смешок. Ничего себе «замела следы». Перерезанное горло куда заметнее инфаркта. – Я родилась чувствующей и с детства знаю правила. Вы же не суете руку в костер, чтобы согреться.