По ту сторону холста (СИ)
-Это часослов. Ну, в остальном верно – Габби явно не понравилось, как я излагаю их веселое приключение с малюсеньким призраком.
- Владельцы замка настоятельно просят Совет Магов прислать комиссию и разобраться, но этого не делается. Почему? – недоумевала я.
-Ну, видишь ли. За все время существования призрака, он успел напитаться магией и стал очень силен. И что бы его успокоить, нужно немало сил. И соответственно стоит денег. Сильный маг стоит больших денег. А у владельцев их нет – пожал плечами Ги.
-А почему собственно им не продать этот их календарь? Ведь он стоит не мало?
-Так это и есть замкнутый круг. Призрак не дает устроить там музей. Не дает выставлять ценности, не дает что-либо продавать. Выносить предметы за пределы замковых стен тоже нельзя. Она убивает, когда это происходит. Ну.… Раньше убивала. Теперь нет. Все уяснили и больше так не делают – промямлил Себ.
-А между тем крыша протекает, замок разрушается. Тогда как одного часослова с лихвой хватит чтобы все починить и восстановить. Там более если успокоить призрака народ хлынет в те места посмотреть на это – Продолжил мысль Габби.
-Вот и объясните мне, пожалуйста, глупой переселенке кто и где у нас сильный маг который с призраком справится? – вот совсем не понятно.
-Ну, так это ты. Наше тайное оружие – и Габби расхохотался, увидев мое возмущенное лицо.
-Клари, не слушай ты этого идиота. Существует легенда, что в склепе где похоронен призрак стоит его поясной портрет, написанный неизвестным художником. Якобы с этого портрета и началась история призрака. Ты дотронешься до него, и мы поймем, как его упокоить – пояснил Себ наши действия.
-Угу, а с чего это вы так решили? – все еще не понимала я, зачем мне лезть в склеп.
-Клари, ну если не получится, развернемся и уйдем. Пойдем в замок, попросим полистать часослов, и если и это не разрешат, тогда обратимся к папе – вздохнул Габби.
-А почему сразу нельзя начать с рассказа все Мэтру? Пропуская часть, где нас убивает злобный призрак? – съехидничала я.
-Клари! Он уже сто лет никого не убивал. Все поняли правила, не трогать обстановку в замке, не двигать мебель, не выносить предметы, и живут себе не тужат. Да и ходит она или он, только по ночам. И только в восточной части замка. А мы туда и не пойдем – заверил Ги.
-Заглянем днем в склеп. Ты посмотришь на картину. И все – продолжили братья убеждать.
-Свен? А почему ты молчишь? Эти трое наперебой втягивают нас в очередное безумие, а ты молчишь? – повернулась я к рыжему великану.
-Я считаю, что это не оправданный риск. Но с другой стороны, просить о помощи герцога мне тоже не хочется. Поэтому я думаю, что нам стоит поехать. И выяснить все на местности. Что за призрак, почему убивает и насколько опасно. А уже потом лезть в склеп - ответил Свен глядя на меня.
-Свен, а ты уверен, что из всех нас именно ты несовершеннолетний. Потому что только от тебя я услышала разумные речи – покачала я в изумлении головой.
-Клари, это здесь я несовершеннолетний. У нас на севере, я могу уже год как посвататься к девушке. Да и двадцать два мне исполнится через месяц – улыбнулся он.
-Свен, ты говори да не заговаривайся. Посвататься он может. Я тебе посватаюсь. Клари маленькая еще. Ей в ближайшие три года о замужестве и думать не положено. Да сестренка? – ухмыльнулся Себ.
-Я понимаю. К тому же Клари магически одаренная, а я нет. Мне никогда не посвататься. Ни через три года, ни через пять – и он грустно посмотрел на меня.
-Значит, как в склеп к неизвестному, малоизученному призраку лезть, так я взрослая и самостоятельная. А как свататься так тут же крошка? Так получается – от негодования я просто закипела. И уперев руки в боки пошла на Себа.
Тот вскочил и, закрывшись от меня подушкой эмакум Альме испуганно закричал.
-Ааааа! Убивают! Спасите, помогите! На меня Клари наступает – а потом упал на пол в позе побежденного и оттуда сказал – Клари, да пошутил я. Выходи за кого хочешь. Хоть завтра.
-Ну, спасибо что разрешил братец. Без тебя бы я не справилась – успокоилась после его выходки я.
-Ладно вам. Хватит паясничать. Что мы решили то? Клари? А то мне еще билеты покупать и Элли предупредить надо, чтобы не волновалась – спросил Ги.
-А что мы скажем Мэтру? – вот этот вопрос меня очень волновал.
-Ничего не скажем. Он завтра вместе с матушкой уезжает нашу сестру с внуками проведать. Их дня два не будет. А то и три. Стелла так быстро матушку не выпускает. А папа обожает внуков. Так что у нас дня два не меньше – ответил Габби.
-Да, но тогда приедет Арчи? А как мы от него спрячемся? – спросила я.
-А Арчи мы скажем, что ты поехала с отцом к Стелле. Я сам лично сегодня схожу к эмакум Кокорине и попрошу ему передать. Не думаю, что он будет уточнять у отца – прояснил Габби.
-Да и если все пойдет по плану, мы послезавтра уже вернемся. Сходим в склеп, на следующий день ты часослов полистаешь, и мы вернемся. Они и не заметят – обрадовал меня Себ простотой плана.
-Ладно. Бери Ги пять билетов на утро. Но вот план будет такой. Мы приедем, поспрашиваем, и если все плохо разворачиваемся и уезжаем – вот говорила, а сама совсем в это не верила.
И как так получилось, что я стою перед оградой кладбища? Солнце светило прямо в глаза, но меня это только радовало. Потому что идти в темень кладбища под сень вековых деревьев не хотелось.
Первая часть плана прошла просто и непринужденно. Все нам почему-то поверили и не придрались. Ги купил билеты, и мы доехали очень быстро. Расстояние было не большое, а поезд ехал быстро.
Уже на месте мы выяснили недостающие нам подробности. Владельцы замка престарелая пара аристократов, магией обладали не сильной, но на сдерживание порывов и ликвидацию последствий от проделок призрака им хватало. Наследник уехал давно жить в столицу. Денег отчаянно не хватало и на ремонт и на содержание. Слуг было тоже не много. Картины уже лет сто не реставрировались, в башни никто не заходил из-за опасности получить кирпичом по голове из выпавшей кладки. Так что владелец, просто забрасывал всех магов письмами о помощи, но воз и ныне там. Владелец пообещал за избавление от призрака любое сокровище из коллекции, но даже после этого желающих не нашлось. И я их понимала.
Еще сто лет назад этот призрак убивал магов пытающихся его одолеть легко и непринужденно. Срок жизни магов около двухсот лет и многие хорошо это помнили и могли рассказать тем, кто не помнил. Было не ясно - кто призрак и что там была за история. Призрак менял свою форму, в зависимости от мага или человека которому являлся. Кто то видел молодую девушку, кто то старуху. Иные утверждали, что это маг в мантии, а другие свято верили в прекрасного юношу.
Приведение совсем не было похоже на милого старичка из Кентервиля. Тварь была злобной и мерзкой. Она не мило гремела цепями. А доводила до состояния коматозного ужаса. Но самое страшное это смерть, которой она убивала своих жертв. Она погружала их в навеянный магией сон, в котором им постоянно снились кошмары с участием призрака. А тот в свою очередь подпитывался этими кошмарами. Ни мага, ни человека разбудить было нельзя. И в результате он умирал от истощения. Маги пытающиеся помочь таким людям и считывая их сны, рассказывали об ужасах голода и жажды которые преследовали жертв в конце. О каннибализме и поедании самих себя. Было страшно. Очень. Братья, Ги и Свен слушали и все больше мрачнели.
Жители деревни около замка были бы просто счастливы, избавится от него. Но пока выхода не видели. Про картину в склепе за замком слышали многие. И подтвердили, что легенда о скрытых в ней ответах и вправду есть. Только вот в склеп никто не входил уже лет двести. И что с картиной, сохранилась ли та, никто не знал.
Первыми жертвами призрака стали обычные воришки, попытавшиеся вынести пару подсвечников из замка. Потом были слуги, даже дворецкий решивший отнести к мастеру сломавшиеся часы в ремонт. Это стало касаться всего. Даже тазика для стирки, погубившего однажды прачку. А потом понаехали маги и в попытке упокоить нечисть. Нечисти, кстати в этом мире было не много. И если и случались неуспокоенные мертвецы, то с ними обычно быстро вопрос решали. Но здесь с наскока не получилось. Призрак был силен. И он стал убивать в своей излюбленной манере магов. И стал высасывать силы. А потому было решено просто его не трогать. Так, мол, спокойнее. И это длилось без малого уже триста лет.