Кукольный домик (СИ)

Аш не проронил ни слова, погружённый в свои мысли. Таким он ей нравился меньше, будто и вправду они в гробу и эльфийка путешествует с мертвяком, а не живым полудемоном. Тифлинг несколько раз покидал ящик. Как Энейя догадывалась, ему нужно было есть и справлять нужду. В общем и ей нужно было бы, если бы она сознательно не заставляла себя питаться магией. Её бывшая наставница Нода частенько прибегала к еде и воде, хотя как-то обмолвилась, что не нуждается даже в сне. Энейя тоже хотела не нуждаться в сне, ибо этот самый сон её изматывал порой больше, чем давал сил.
Эльфийка потрогала челюсть, уставшую от постоянных зевков, которые она даже перестала замечать.
Энейя потеряла счёт времени и от этого Гоб остановился неожиданно резко. Аш выскочил наружу и эльфийка не спеша последовала за ним, нырнув в полумрак внешнего мира.
Став на мягкий от прошедших дождей дёрн дороги, она тут же увидела кучу однообразных домиков, покрытых соломой. Кое-где сруб был настолько свеж, что смола ещё не успела почернеть. Здесь, посреди дороги, прямо на перекрёстке, росло (о чудо!) зелёное дерево, а воздух пропитался свободой. Магия демонов будто сторонилась этого места.
Они молча шли, освещаемые двумя лунами, меж домов с распахнутыми ставнями, меж заросших живой пробивающейся травой участками, огороженными аккуратными заборчиками. Здесь определённо жили смертные, и их было много. Дома тянулись, сколько могло окинуть их сумеречное зрение дочери итуэнмаэ.
— Сюда, — тихим шёпотом указал тифлинг на свежий сруб, а после заминки добавил, — Темноликая госпожа, прошу.
Он отворил дверь, пропуская её вперёд.
Здесь не было пыли, хотя и было довольно грязно. Висел умывальник на стене, стол стоял у окна, виднелась ручка люка, ведущего в погреб, открыта дверь в хату. Она шагнула внутрь и увидела белую печь, ещё один стол, три кровати и лежак прямо на печи.
— Топить не будем, чтоб не привлечь лесных тварей, госпожа, — объяснился тифлинг полушёпотом.
Энейя кивнула и завалилась на кровать. Дальше она за ним не следила, погружаясь в себя. Она ещё не обдумывала, как и о чём будет говорить с Ишианом Рихаром. Этот разговор, который должен был состояться в Ишиохе, не мог быть простым. Она не думала, что ей предстоит сделать в обмен на использование демонических троп, и это её так же угнетало. Как и мысль о том, что день уже пролетел, а ночь не сулит ничего, кроме разочарования. А вишенкой на торте была безысходность, в которой ей приходилось искать помощи у кровожадных беспринципных проклятых, которых она так жаждала уничтожить.
Внутри закипала злость, проглатывая которую хотелось плакать и опускать руки.
Рядом, прислонившись к стене и о чём-то задумавшись, спиной к ней стоял Аш, скинув свой походный плащ и поставив меч рядом. Он то и дело чесал затылок, пытаясь руками добраться до мозга.
Энейя почувствовала импульс и подчинилась ему, вставая с постели. Она подкралась к тифлингу и провела руками по его могучим плечам — тот вздрогнул от неожиданности и замер. Она опустила руки ниже, проведя вниз от груди до могучего пресса, после положила их на бёдра и провела там, где должен был находиться член. Дёрнув за пряжку, она расстегнула ремень, стягивая туго сидящие кожаные штаны и касаясь довольно небольшого размера пениса.
«Странно, для такого могучего тела такая маленькая финтифлюшка».
Демон всё ещё не шевелился, а она шуровала рукой взад-вперёд, сама расстёгивая свою куртку и рубашку, снимая пояс и выскальзывая из ботинок и штанов. Было холодно, она поёжилась и прижалась грудью к спине демона.
Тот резко развернулся, глядя безумным взглядом ей прямо в глаза, потянулся её поцедовать. Энейя резко изловчилась, сделала подсечку и кинула демона на пол. Он, падая, схватил её за руку и она повалилась на него сверху, упираясь руками в плечи. Шевеля бёдрами, она нанизалась на его член, что оказалось совсем не сложно. По телу прошлась волна наслаждения и она издала глухой стон.
Руки демона грубо ухватились за её грудь, а она принялась шевелить бёдрами. Руками она попыталась убрать руки демона, но то оказалось не так уж просто. Она с трудом убрала одну руку. Тот с ухмылкой потянулся к её ягодице. Она ударила его по рукам — никакого эффекта, лишь ухмылка стала хитрее. Другая его лапа больно сжимала сосок.
 
Энейя потеряла волну и почти остановилась, когда тифлинг вдруг приподнялся. Её крутанули в воздухе, держа за талию. Она приложилась головой о пол и застонала, но уже от боли и головокружения. Больше это было не здорово. Ей стало вдруг страшно, что она теряет контроль: огромное тело нависало над ней, готовое сделать что-то ужасное.
«Ну и пусть», — подумалось ей на мгновение.
Он грубовато воткнул в неё свой член, рука его сдавила её шею, вторая ущипнула за грудь. Энейя охнула и ощутила, что тёплое, сладкое чувство разливается по всему телу. Она застонала, выгибаясь, тяжело и часто дыша от невообразимого до этого удовольствия. Она руками попыталась обнять шею Аша, прижимаясь к нему, но тот схватил её руки своими, сильно прижал к полу, и она растаяла полностью.
Её накрыло, и она стонала, пока не достигла пика наслаждения. Демон-не-демон лишь отрывисто рычал, глядя ей прямо в глаза. Она думала, что он остановится. Может не заметил?
Его член всё ещё ходил взад-вперёд, всё так же грубо.
— Стой, — прохрипела она.
— Заткнись! — оборвал он её, и внутри Энейи вновь вспыхнул гнев.
Она замахнулась, ударяя кулаком демону в челюсть. Тот, получив удар в челюсть, лишь расплылся в улыбке, схватил её руки, скрутил и перевернул её, уперев лицом в пол, входя сзади. Она охнула и закрыла глаза. Пару секунд она думала лишь о том, чтобы это всё закончилось, но пару секунд прошло и всё, о чём она могла думать после, чтобы это никогда не прекращалось.
Однако тифлинг охнул и прижал её своим телом. Её чресла всё ещё пульсировали, ждали продолжения. Аш решил иначе, откатываясь рядом на пол. Она перевернулась на бок, закидывая на него ногу.
— Если я правильно понимаю, теперь я тебе перестану быть интересной, — выдохнула Энейя, поглаживая ноющую после грубых прикосновений кожу груди.
Аш лёжа пожал плечами.
— Прямо сейчас, Темноликая госпожа, мне никто не интересен. Я бы на Вашем месте спросил меня завтра.
Он зевнул. От его зевка зевнула и Энейя.
Она лежала на полу абсолютно голой и начинала мёрзнуть. Лишь та часть, которой она касалась тифлинга, оставалась обжигающе горячей. Она встала, посмотрела на него свысока, ухмыляясь, и пошла в кровать, забравшись чуть ли не с головой под одеяло.
Затылок болел, соски ныли, вывернутые руки саднили в запястьях и локтях, на горле определённо останутся синяки. А ещё из неё медленно вытекала частичка Аша, что было невероятно противно. Энейя нахмурилась, не в силах распутать тот ком эмоций, что застрял в груди, и закрыла глаза.
Она открыла глаза, рассматривая потолок. В голове крутились остатки сна: какие-то деревья, домики, камни и две луны. Кроме этого ничего. Девственная пустота.
Она потянулась и улыбнулась. Впервые за долгое время она, наконец, выспалась как следует. Сладко зевнув, она повернула голову и вскрикнула, увидев ухмыляющуюся морду Аша.
— Да ёб твою мать, Аш! Прекрати так делать, — выдохнула она, унимая клокочущее сердце.
— Доброе утро, Темноликая госпожа, — произнёс он вместо оправданий и продолжил смотреть.
Энейя нахмурилась, вспомнила прошлый вечер и почувствовала, что её соски вдруг затвердели. Ухмыльнувшись как можно более незаметно, она принялась одеваться, уже не требуя, чтобы тифлинг отвернулся. Теперь уж действительно нечего смущаться.
 
— Если позволите, то у меня есть для доры предложение: здесь есть колодец, я могу набрать воды и постирать грязную одежду, а до вечера она высохнет. Либо можно воспользоваться чарами великой Темноликой и не ждать, — предложил он.
Эльфийка задумалась. Пока она думала, тифлинг обронил ещё одну фразу: