Правильный подход (СИ)

— Это еще зачем? — Синчэнь смотрит на сунутый ему в лицо леденец на палочке.
— Притворись, что облизываешь его! — горячечно велит ему Сюэ Ян. — Потом вернешь, это мой неприкосновенный запас.
— Напомни, на какую тему твой проект?..
— На тему «На что подрочить одинокому учителю сраной информатики во время нудной подработки».
— Одинокому? — мнительно интересуется Синчэнь.
— Ну Зефирке-то ударило замутить с каким-то сопливым школьником!
С такого либо плакать, либо смеяться. Лучше второе, главное, случайно не подавиться леденцом (равно как и не облизать ненароком).
— Ты мне сейчас мозг взорвешь, — стонет Синчэнь.
Он уверен, что кадры выйдут просто кошмарными — на глазах выступили слезы от приступа нездорового веселья, что, не зная обстоятельств, можно и впрямь подумать, что сомнительная отличница стала жертвой насилия. Но, если честно, уже как-то все равно.
— Все, А-Ян, мне сейчас совсем дурно станет. Давай будем считать, что проект ты сдашь на высший балл. А если вдруг нет, мне придется серьезно поговорить с твоим учителем! — Синчэнь возвращает леденец, который тут же оказывается бережно обернут в фантик.
Было ли фатальной ошибкой сползать со стола спиной вперед, или же лучшим решением за этот вечер? Синчэнь не уверен, потому что тут же оказывается прижат грудью к нагревшейся после его фотосессии столешнице.
— На игры в изнасилования я не соглашался! — сдавленно говорит он, хотя не особо беспокоится на этот счет.
— Да нахер их, — слышен хриплый смешок.
Рука между лопаток исчезает, больше не удерживая на месте, но Синчэнь и не собирается двигаться. Лишь порывисто вздыхает, когда чувствует, как короткая юбка окончательно сбивается где-то на пояснице, а белье оказывается спущенным почти до пола. Но все же слегка оборачивается, чтобы убедиться, что ему не показалось — Сюэ Ян опускается за его спиной на колени.
— Ну чего ты так смотришь Зефирочка, я же обещал тебе извинения?
Комментарий к Часть 45
Ждуны меня будут лучше стимулировать!
========== Часть 46 ==========
Сяо Синчэнь ждет, затаив дыхание, и вскоре начинает чувствовать, как предательски подрагивают от нетерпения ноги, потому что Сюэ Ян не предпринимает никаких решительных действий. Он что, просто смотрит — нашел кинотеатр, честное слово, чего он там не видел?..
— Надеюсь, что ты не примериваешься, чтобы меня укусить, — с нервным смешком, призванным изобразить беззаботность, говорит Синчэнь. В памяти еще свежа мучительная неделя, сопровождаемая особенной нелюбовью к неудобному и твердому креслу в кабинете социального педагога. — Это не очень похоже на извинения.
Сюэ Ян насмешливо хмыкает и дразняще ведет краем зубов по коже, словно именно это и собирается сделать. Его горячее дыхание опаляет и дарит трепет.
— И чего же ты хочешь?
— Чтобы мне не пришлось обращаться к Вэнь Цин за помощью, — честно отвечает Синчэнь.
— Зефирка, ты иногда такой скучный, — вздыхает Сюэ Ян. — Мог бы выдать что и поинтереснее.
— Мне по статусу не положено быть веселым, — с гордостью возражает Синчэнь. Он и так в юбке, чего от него еще можно требовать? — И это ты у нас главный затейник, тебе и… Ох, — прерывается он на полуслове.
Ладони в шершавых перчатках ложатся на ягодицы, раздвигая их, а по промежности снизу вверх скользит горячий язык. Кто же знал, что Сюэ Яну так быстро надоест болтать, очень на него непохоже! Хотя он сам говорил, что возбужден уже давно, и эти глупые игры его наверняка распалили только сильнее, потому чего тянуть? Член Синчэня тоже реагирует, мгновенно начиная твердеть, словно только того и ждал.
За время бурно развивающихся и продолжающих кипеть отношений они довольно многое успели испытать по части поз и способов достижения взаимного удовольствия, но подобное, как ни странно, почему-то до сих пор не попробовали. Синчэнь не раз задумывался, но сам не предлагал — мало ли у Сюэ Яна какой-нибудь стопор в голове на этот счет, раз уж помалкивает, а тот, видимо, берег свои умения для особого случая.
 
И его определенно стоило подождать. В первую очередь, это очень волнующие и приятные ощущения: когда влажный язык обводит вход, кончиком проникая внутрь, по телу будто разряд проходит, а ноги грозят подкоситься. Но вслед за стоном с губ срывается неожиданное даже для самого Синчэня тоненькое пронзительное хихиканье. Потому что, ко всему прочему, это еще очень щекотно, и игнорировать этот факт никак нельзя! Это заставляет ерзать из стороны в сторону, вжимаясь в стол, и невольно отстраняться.
— Зефирочка, тебе не заходит?
Недоумение Сюэ Яна вполне обосновано: член-то стоит, падать не собирается! Даже рукой на всякий случай проверяет, просовывая ее между дрожащими разведенными бедрами Синчэня. И тому приходится схватиться за противоположный край стола обеими руками, чтобы не осесть вниз от переизбытка ощущений. Вернее, уже недостатка — зачем Сюэ Ян решил отвлечься?
— Наоборот, — спешит заверить его Синчэнь, чтобы тот не успел себе ничего придумать относительно своих навыков. — Пускай заходит дальше!
— О, это можно устроить. Только давай больше без припадков!
— Припадков?.. — с оскорбленным стоном переспрашивает Синчэнь. — Это был страстный порыв, вообще-то!
И еще реакция на щекотку.
— А мне показалось, что ты решил тут откинуться, не отходя от кассы! И как мне потом копам объяснять, что в начале ты еще был жив?
— Что? — совсем уж ошарашенно выдавливает из себя Синчэнь, вновь глядя через плечо. Он не знает, что его изумляет в этом больше — бурный полет мысли Сюэ Яна или то, что он умудряется продолжать двигать рукой, не теряя такта и не давая исчезнуть возбуждению партнера от его бредовых речей.
— А понятым кого звать? Деда Цижэня? — его лицо просто воплощение серьезности. — Или лучше твоего дружка, он хотя бы сможет подтвердить, что у нас было все по согласию… Он сейчас в общаге?
— А-Ян, какие копы, какие понятые?! Зачем? — кое-как вклинивается Синчэнь, искренне надеясь, что это приведет Сюэ Яна в себя.
— Да, ты прав, копов на труп лучше не звать, ну их нахер… Придется тебя спрятать где-нибудь здесь и потом незаметно вынести… Или… Как быстро остывает тело, полчаса у меня будет?
— Немедленно прекрати!
Даже знать не хочется, что он еще способен выдать в такой ответственный момент. Но Сюэ Ян воспринимает этот вопль по-своему: он останавливает движения рукой, а затем и вовсе ее убирает. И обескураженно тянет:
— Зефирка, ты уже расхотел?
— Еще одна твоя некрофильская фантазия — точно расхочу. Так что, умоляю, закончи начатое и не болтай, иначе мне придется справляться самому и без твоего участия, — Синчэню хочется верить, что его голос звучит строго, а не жалко. Он с тяжелым вздохом поворачивается обратно, потому что в таком положении довольно сложно поддерживать длительный контакт с партнером из-за узкого пиджака, и утыкается лбом в стол.
В голове успевает промелькнуть шальная мысль, что, возможно, стоит сходить еще раз к Старейшине Илин и приобрести у него кляп. Самый звуконепроницаемый! И хотя бы периодически его использовать, чтобы не сойти с ума. Или просто купить беруши в аптеке? Да, так гораздо лучше — у Сюэ Яна будет свободен рот, но шум, который он производит, пройдет мимо Синчэня.
Он слышит характерный звук выдвигаемого ящика стола и знакомый щелчок. Как предусмотрительно — оставить там смазку; на это можно даже поощрительно вздохнуть. Язык Сюэ Яна возвращается на положенное ему место, только теперь к нему присоединяются измазанные в, кажется, клубничном лубриканте пальцы. Беспокоиться за то, что кое-кто наестся химии, не стоит — дай ему волю, будет тюбики опустошать не только во время секса. Главной задачей становится не дергаться и не смеяться, потому что это все еще жутко щекотно.
 
Ноги уже совершенно не держат, от переполняющего возбуждения в висках (и не только) стучит кровь. Страшно представить, что там творится с Сюэ Яном — неужели до сих пор терпит? Однако если судить по звукам и тому, что его вторая рука сейчас точно не занимается исследованием тела Синчэня, он вполне успешно помогает сам себе. Но пора с этим завязывать.