Путями тьмы (СИ)

От удивительно громкого для ее состояния голоса вампирши мне стало совсем нехорошо.
Встать на этот раз не удалось.
— Адриан, — медленно проговорила я не своим голосом, и Деви смокла. Все взгляды устремились ко мне. — Адриан, кажется, мне нужна хотя бы парочка душ. Иначе…
Тело вдруг стало непривычно легким. Я моргнула, и мир провалился в ничто.
* * *
— Возможно, дело было в том, что часть душ Старейшего не должны были принадлежать аду. И когда они устремились наверх, то своей чистотой просто испепелили Асвеля. Сейчас я думаю так.
— Зачем ты вообще думаешь об этом?..
— А что мне еще остается делать в этой чертовой кровати? — заметила я.
— Посмотри фильм. Почитай, в конце концов, книгу.
Адриан, скрестив руки, стоял возле распахнутого настежь балкона. Ветер шевелил занавески и доносил запахи леса. В углу уютно трещал небольшой камин.
Я очнулась в собственной комнате в особняке Адриана пару дней назад. Я провела без сознания около трех суток, что для демона — просто чересчур.
Доставить меня сюда в истинной форме, вероятно, было не самой простой задачей, а разом покрыть расстояние в целой океан для любого из Древних невозможно. Так или иначе, я пропустила все эти хлопоты, и была рада, что вампиры не решили избавиться от меня, пока я находилась без сознания. В конце концов, реликвии были у них на руках.
Придя в себя, сил я имела не больше птенца, и даже неоднократное вливание душ не смогло сразу восполнить их до приличного уровня, но обе мои формы постепенно латало время. Чертов Старейший постарался на славу, а потеря моих прекрасных перепончатых крыльев оказалась необратимой. Мысли о страданиях Озахара в аду немного уменьшали боль потери.
Из-за вынужденного затянувшегося пребывания у Адриана, на все его вопросы отвечать мне все же пришлось. Я бы сказала, что меня просто прорвало — я выложила все, от начала и до конца.
От хозяина я с облегчением узнала, что у Одри хватило силенок обратить Стива в вампира, и несмотря на некоторые истерики последнего, оба живы, насколько это слово к ним применимо, и в полном порядке. И что оба придут меня проведать, когда бывший фамиляр, прежде совершенно не собирающийся обращаться, подуспокоится, а Одри перестанет изображать заботливую наседку. Сопля, которая сама недавно была смертной, вообразила себя всезнающей вампиршей.
Что ж, семья Адриана множится. Пусть эти заботы отвлекут его от дурных воспоминаний.
Пока я валялась в кровати, среди вампиров во всю гремели скандалы. Все обвинения с Адриана были сняты. А вот Ричи, которого Асвель почему-то оставил в живых, ждал суд. Правда, вряд ли ему грозило строгое наказание, — защита собиралась напирать на то, что вампир на момент совершения преступления пребывал под влиянием демона, способного контролировать чужую волю.
Но это дело меркло по сравнению с новостью, что Старейший пил кровь вампиров, а несчастных регулярно поставляли ему несколько Древних, самых ярых консерваторов.
Революции не случилось, но вампирский мир определенно не сможет избежать первых долгожданных перемен. И несколько зрелищных казней.
Вести об этом я слушала вполуха. Я и так слишком увязла в вампирском сообществе, и порядком устала от их дрязг и интриг.
А ведь совсем скоро придется уйти. Теперь Адриан знал все, что было слишком много.
Я спасала ему жизнь, он позаботился о моей. Мы в расчете.
Вампир присел на край кровати. Поправил сбившийся край одеяла.
— Хелла, ты какая-то отстраненная. Или только слушаешь, разглядывая стену, или бесконечно рассказываешь о новых, упущенных прежде незначительных деталях случившегося. Мусолишь одно и то же. И, как я заметил, почти не смотришь на меня.
— Ты правда так считаешь? — я приняла удивленный вид. — С чего бы мне на тебя не смотреть…
— Вот и я не понимаю, что происходит… Кажется, мы действительно все обсудили.
Я вздохнула. Приподнялась на подушках, чувствуя, как приятно коже. Все же, человеческая форма просто создана для того, чтобы лежать на шелковых простынях.
 
— Раз уж ты сам об этом заговорил… Я хочу покончить с контрактом.
Адриан не выразил ни малейшего удивления. Возможно, он и сам думал об этом, просто из вежливости ждал, когда я окончательно поправлюсь.
Все было понятно и без лишних слов, но я зачем-то поспешила объясниться.
— Клятва именем Лилит спасла мне жизнь, но я не хочу, чтобы кто-то имел надо мной ту власть, которую она дает, пока я служу тебе. Без обид, Адриан, но быть фамильяром — полный отстой. — Я неловко рассмеялась. — Тем более, после всего случившегося… Я правда уже плохо понимаю, почему ты возишься со мной. Есть вещи, которые не прощают…
— Как, например, Каиновы путы… — проговорил Адриан.
— Или, что с самого начала я не была с тобой честна.
Вампир усмехнулся. Его глаза поблескивали из-за светлых прядей волос.
— С чего бы демону заботиться о честности?.. Я даже мысли не допускал, что в твоем появлении в моей жизни нет подвоха. Тоже без обид.
— Не знаю, поверишь ли ты, но мне… мне уже сполна хватило обманов. Я устала от них, Адриан. Я в принципе невероятно устала.
Вампир молча вытащил из-за пазухи мятые листы. Подпись Адриана, оставленная кровью, отчасти стерлась, но это нисколько не влияло на силу договора. На месте моей, к тому же, зияло прожженое пятно.
— А ты подготовился, — мрачно хмыкнула я.
Адриан отложил бумаги и достал небольшое медное блюдо. Я с недоумением наблюдала, как он щипцами достал и положил в него небольшой уголек из камина.
Дурные воспоминания тут же попытались оплести меня своими скользкими щупальцами, но я откинула их. Оставила на потом.
Вампир прокусил палец, и алая капля упала на уголь. Раздалось негромкое шипение.
— Это еще зачем? — сдалась я.
— При подписании договора фамильяры пьют пару капель крови вампира, чаще всего растворенных в воде, или, как было с тобой, в бокале виски. — Адриан на краткий миг слабо улыбнулся. — Чтобы разорвать связь, нужно принять внутрь пепел от сожженой крови хозяина.
— Ты же говорил, что я могу разорвать контракт и нашу связь в любой момент, если захочу!
— А в чем проблема? Ты бы хоть уточнила, как именно это делается…
Я зло фыркнула. Адриан тем временем ступкой растер потухший уголек в крошку.
Происходящее отдавало чем-то невероятно бытовым. Я приняла чайную чашку из рук вампира, прикрыла глаза и выпила залпом, как лекарство.
Вода с углем, чтобы оборвать связь. Я воздержалась от глупых шуток.
Бумаги с подписями безжалостно полетели в камин. Пока они горели, отбрасывая редкие искры, я прислушивалась к своим ощущениям.
И не чувствовала ничего. Совсем ничего.
Пустоту?..
Я поставила чашку дрожащими руками. Почему мне вновь хочется разрыдаться?.. Какого нечистого я вообще стала такой нюней…
— Черт, — прошептала я, смахивая назойливую слезу. — Черт…
Осознание собственной уязвимости разом выбило почву из под ног, и грозило завалом в истерику. А ведь их я планировала в ближайшее время оставить на долю новообращенного Стива…
Больше всего на свете я мечтала, чтобы Адриан проявил такт и ушел. Я не желала, чтобы хоть кто-то видел меня в этом состоянии. Слабой. До отвращения человечной.
Не хочу, чтобы Адриан запомнил меня такой.
— Хелла…
Легкое прикосновение к ладони, и я отдернула руку. Демонстративно уставилась в сторону балкона.
Да, теперь будет сложно отрицать, что я специально стараюсь на него не смотреть. Даже это — ведь глупая, нет, идиотская слабость, но взять себя в руки категорически не получалось.
Подушечки пальцев Адриана скользнули по моей щеке, смахивая слезы. Как тогда, в логове Старейшего.
 
Я решила списать все на крошку от угля, которая, должно быть, попала мне в глаза, но вампир придвинулся ближе, и невысказанные оправдания комом застряли в горле.
Со вздохом я закрыла глаза. Почувствовала близость его дыхания.