Путями тьмы (СИ)

Значит, нам остается только дождаться фамильяра с новообращенной.
Я украдкой зевнула, встала и прошлась по комнате, разминая ноги.
— Я уже спрашивал это у Стива, и спрошу у тебя.
Я замерла. Тон у Адриана остался нейтральным, но я чувствовала, что последующий вопрос обязан быть важным.
— Ты уверена, что готова пойти со мной к Старейшему? Я не буду настаивать. Это крайне опасно.
— Вампир, даже самый первый из существующих, вряд ли убьет демона вроде меня, — заметила я.
— Но может произойти все что угодно. Мы не знаем точно, насколько велика сила Старейшего, и как он нас примет…
— Адриан, я не боюсь, — ответила я.
Вампир кивнул. Мое сердце сжалось.
А ведь я точно знала, что Адриану нельзя туда идти. Никак нельзя.
Может, и в Бездну этого Старейшего, в Бездну все?… Если мы сбежим прямо сейчас, Асвель не пойдет за нами, а продолжит поиски. Выберем укромное местечко, где можно переждать пару столетий подальше от обольстительного демона и Древних, а там, глядишь, и все как-нибудь наладится…
Достойные аргументы, которые бы не вскрыли всю правду, не шли на ум, один испуганный лепет, идущий вразрез с моим последним веским заявлением.
Прежде чем я придумала, что говорить, Адриан оказался рядом.
От неожиданности я едва не сделала рефлекторный шаг назад, но сдержалась.
Вампир смотрел на меня так, словно видел впервые. Он поднял руку и аккуратно отвел с моего лица волосы, убирая прядь за ухо.
Я улыбнулась, вглядываясь в его непроницаемое лицо. Опять кошки-мышки? Не лучшее время проверять меня на прочность.
— Ты мне очень дорога, Хелла, — тихо сказал он. — Ты даже не представляешь, насколько.
Осознание смысла его слов легкой дрожью пробежало по телу. Стало невыносимо трудно дышать.
Если это игра, то вампир явно прибегнул к запрещенному приему.
И вдруг я поняла, что взгляд Адриана блуждал от моих глаз к губам. Хозяин двинулся чуть ближе, ловя каждый мой вздох, любой намек на протестующий жест, словно отступи я сейчас, он сделал бы вид, что ничего не произошло.
А я… я потянулась навстречу.
Его губы показались чуть холоднее, чем у простого человека. Но поцелуй, почти деликатный, пробный, словно вампир прощупывал почву, не решаясь доверить ей всю тяжесть тела, через несколько мгновений расцвел горячим цветом и наполнил жаром.
Всего лишь один поцелуй, но в беспамятстве почти зарычав, я запустила пальцы в его волосы.
Во мне забилась долго сдерживаемая страсть, самые потаенные желания, готовые вырваться и сжечь до тла. Когда, если не сейчас?…
— У нас есть время, — прошептал Адриан. Его черные глаза вспыхнули раскаленными углями. — Немного, нет, ничтожно мало по сравнению с тем, что я потратил впустую… Мне давно надо было… Хелла…
Я заставила его замолчать новым поцелуем, и он отозвался сладкой судорогой в теле. Рука требовательно скользнула к рубашке Адриана, и пуговицы, не желавшие легко сдаваться, покатились по полу.
Меня подхватили на руки, только чтобы через миг обрушить на простыни. На лицо упали светлые волосы вампира, и я судорожно ловила губами губы Адриана, боясь потерять.
Ткань одежды между нами стала главным врагом, которого требовалось уничтожить. Ногти, заострившиеся против воли, оставляли на спине хозяина кровавые борозды, и мало какой человек смог бы оценить эту пытку, но Адриан не был человеком.
Он, силясь не выпустить зубы, губами кусал мою шею, спускаясь все ниже. Всхлипнув, я выгнулась дугой. Вспорола когтями простынь.
Разгоряченным телам не требовались долгие ласки, чтобы перейти к сути. Время смутилось и исчезло, мир сузился до яркой пульсирующей точки.
Незримый огненный вихрь чудом вобрал в себя все пламя, пожирающее нас, взвился и рассыпался миллиардами искр. Те закололи кончики пальцев.
И пришла тишина, как она приходит в выжженной пожарами лес. Там, на черной золе, следуя циклу жизни, еще распустятся нежные побеги, но пока он должен остыть. А я — осознать, что происшедшее было реально.
Я боялась пошевелиться, чтобы не спугнуть истому. Адриан коснулся моей щеки. Пылающие угли в его глазах вновь стали привычной бездной. Спокойной, дарящей блаженное ничто.
 
— Ты действительно демон, — медленно сказал вампир. — Я впервые всерьез боюсь за свою душу.
Я хрипло рассмеялась.
Адриан уже без всякой спешки ласково гладил мою кожу и изредка запечатлевал на ней легкие поцелуи — маленькие печати близости.
На груди вампира на пол ладони ниже амулета из оникса, что Адриан носил не снимая, я нашла несколько длинных шрамов. Еще из той, старой жизни, единственное оставшееся свидетельство прежней смертности, все прочие безвозвратно стерла проклятая кровь. Отметины, судя по форме, оставил шальной клинок. Я коснулась их губами.
Я бы послушала историю, которую они с собой несли. Как и множество других историй, что мог бы мне поведать вампир. Но вряд ли у нас осталось достаточно времени, чтобы они были сейчас рассказаны.
Глупая привычка все же заставила выскользнуть меня из кровати. Я наклонилась и вытащила из растерзанных джинсов пачку вишневых сигарет.
— Подожди. У меня есть идея получше, — проговорил Адриан.
Растрепанные волосы падали ему на глаза.
— Лучше, чем сигарета, выкуренная в постели? — лукаво уточнила я.
— Да. Тебе понравится.
Заинтригованная, я отложила пачку. Поймала пальцами ладонь вампира, и тот потянул меня к себе.
Я села сверху и откинула коварные пряди с его лица.
— И что ты собираешься мне предложить?…
Рука Адриана очертила невидимую линию от моей щеки к подбородку.
— Души, Хелла. Несколько прекрасных, восхитительных душ.
С губ сорвался тихий стон предвкушения.
— Звучит чудесно…
Я доверчиво наклонилась ниже, чтобы через мгновение погрузиться во мрак. Одна яркая вспышка, другая, — я с наслаждением впитала дарованное, и, Бездна раздери, это действительно были отменные, чистые души.
После седьмой вспышки я перестала считать.
… Ощущения возвращались поочередно.
Сначала я почувствовала, что из уголка моего рта по подбородку стекает струйка слюны. Со стороны, вероятно, не самое приятное зрелище, но после сытной трапезы мне было простительно.
Потом я осознала, что лежу на кровати и смотрю в потолок, а моя голова готова расколоться как после хорошенького кутежа, когда я пренебрегала возможностью заблаговременно убрать действие алкоголя.
Сколько же было душ? Два десятка, может, три?… Не так уж и много выдержала моя демоническая сущность, когда расслабилась после хорошего секса.
И только потом пришло странное, нарастающее жжение по всему телу, словно меня множество раз обдали смоченной плетью.
Безуспешная, смешная попытка подняться. Кожу обожгло сильнее. Меня охватила паника, которая переросла в неподдельный ужас, когда я поняла, в чем дело.
Источником жжения оказалась веревка. Те самые Каиновые путы из антикварной лавки, они прижимали мои руки плотно к телу и связывали меня вплоть до самых лодыжек, полностью обездвиживая!
Несмотря на то, что кто-то удосужился натянуть на меня нижнее белье и простую белую футболку из гардероба вампира, проклятая веревка одинаково мучала и сквозь одежду, и прилегая к коже. Я дернулась и тут же вскрикнула. В глазах потемнело.
— Тебе лучше не двигаться, — раздался голос Адриана.
Я, изо всех сил борясь с накатывающей слабостью, посмотрела сторону, откуда шел голос.
Вампир стоял в углу, возле шкафа. Он почти полностью оделся, и непринужденно застегивал пуговицы на рукаве рубашки, близнеца той, что пала жертвой моих когтей.
— Что происходит? — осипшим голосом спросила я. — Ты, кажется, слишком серьезно воспринял мои давние намеки на связывание… Не то чтобы я против, но, черт побери, не освященной же веревкой!
 
Надо же, меня еще хватало на шутки.
— Ты останешься здесь.
Опять этот тон. В нем отсутствовали эмоции, — не было ненависти, злобы или намека на раскаяние. Как пропущенная через множество фильтров вода, он не содержал в себе абсолютно никаких примесей.