Путями тьмы (СИ)

Стиснула зубы, но укротила бушующее внутри пламя.
Правила известны. Он — хозяин, я — слуга. Когда ввязываешься в это, кажется, что ради некой цели подчиняться несложно. Ночь Совета, приведшая в катакомбы, вроде бы тронула лед и достаточно сблизила нас, чтобы дать мне право голоса, но то было лишь миражом, иллюзией, некой игрой, в которую мы до поры, до времени продолжали играть.
Он — хозяин, я — слуга. Все просто, как я вообще могла забыть о сути столь очевидной истины.
— Клянусь, что больше не ослушаюсь твоего приказа, — медленно сказала я.
— Так не пойдет. Поклянись Матерью.
Я вздрогнула. Общение со мной у хозяина, к сожалению, не прошло бесследно.
— Клянусь в этом Матерью, — я резко выпрямилась.
Сорвавшиеся слова обожгли губы огнем, но я не показала боли. Очередная клятва захлестнула невидимыми путами, и я почувствовала себя букашкой, запутавшейся в липкой паутине. Глупой, мало что осознающей букашкой.
Адриан кивнул, принимая клятву.
Я почти ненавидела его. И ненавидела себя за то, что довела до подобного.
Что вообще заставило меня не воспользоваться последним моментом и не сбежать, едва появилась Орайа? Что продолжает удерживать меня рядом с Адрианом? Почему я сейчас не развернулась и не ушла, гордо хлопнув дверью, ведь в моих руках уже есть ниточка, ведущая к Старейшему? Единственный ответ на эти вопросы, тлеющий на грани сознания еще больше выворачивал нутро.
Нужно помнить. Он — хозяин, я — слуга.
Пожалуй, эта фраза теперь должна стать для меня чем-то вроде ежедневной молитвы.
Подвал представлялся мне холодным промозглым местом, полностью соотносящимся с пустым безжизненным домом в викторианском стиле. Я бы уже не удивилась бы банальностям в виде голой каменной кладки и парочки гробов, но вместо этого толстый люк привел нас в уютную комнату, мягко освещенную желтоватыми лампами, встроенными в стену.
Прежний хозяин дома не стал мелочиться, и построил себе полноценный бункер с отоплением, освещением и прочими радостями жизни в роде вполне приличного санузла.
По жеребьевке, прошедшей до моего прихода, мне выпало спать на диване в общем зале. Перед тем, как уйти в одну из комнат, Адриан кинул на журнальный столик стопку потрепанных дорожных карт.
— Здесь отмечены все возможные безопасные ночлежки. Их немного. Днем поразмысли о наилучшем для нас маршруте. Конечная цель — красный жирный крест.
— Значит, Песчаный храм… — я потянулась к верхней карте с самым мелким масштабом.
Это название ничего бы не сказало смертным. Некогда — место паломничества Древних, теперь — этакое культурное наследие, за сохранностью которого присматривает местный бессмертный привратник. Старый храм ушедших богов. Главной проблемой было то, что он, естественно, находился на совершенно другом материке. Вампиры пришли в Новый свет вместе с европейцами не так давно по меркам живых мертвых.
— Нам нужно расписание ближайших рейсов, — заметила я.
— Оставляю на тебя. У Стива в голове одна пустота после того, как он привез Одри, а тебе заняться этим будет… полезно и поучительно.
— Что ж, составление маршрута — действительно типичная работа фамильяра…
Я постаралась скрыть в голосе тоску и укор.
— Ты, кажется, чем-то недовольна? — вкрадчиво уточнил Адриан.
Мотнула головой. В конце концов, вампир прав. Стиву с его расшатанными нервишками не следует доверять дело, требующее вдумчивого анализа и планирования. А мне — пустяк, ничего не стоящее наказание за совершенные промахи, пусть таковыми я их и не считала. Мелочность вампира даже смешила, и не будь я столь удручена, то непременно бы прыснула.
— Вот и умница, — зачем-то добил меня хозяин и скрылся в комнате, слишком громко захлопнув дверью.
* * *
Новообращенная сидела на диване, поджав ноги по-турецки, и с необыкновенным любопытством разглядывала раскиданные по журнальному столику карты. Моими стараниями на них значилось множество линий, большую часть из которых я, впрочем, перечеркнула.
Не ожидав увидеть Одри, я едва не расплескала кофе. Гадкий из-за замены молока на сухие сливки, но настоящий кофе из молотых зерен. То что надо после последних злоключений, раз уж в бункере нельзя курить.
 
— Ты… рановато, — потянула я, отхлебывая чуть сладковатую жидкость. — Адриан еще спит.
— Как и Стив. Кажется, меня разбудил храп последнего, — Одри завела непослушную кудряшку за ухо. — Что вообще говорят своим домочадцам вампиры после пробуждения? Доброго утра или доброго вечера? Или есть особенные слова для приветствия?
Кожа новообращенной сияла, а щеки имели симпатичный здоровый румянец. Ни дать ни взять, обычная живая полнокровная девушка.
— По моему опыту, они обычно что-то занудно бурчат, — охотно поделилась наблюдениями я. — И замечу, что вряд ли именно храп отца поднял тебя из мертвого сна. Даже если бы он и храпел так, что аж стены тряслись.
— А что тогда?
Пожала плечами.
— Может, ты просто достаточно выспалась? Да и вчерашняя плотная трапеза могла поспособствовать раннему подъему. Кстати, отлично выглядишь. Вот что делает с вампирами качественное питание.
Повисла неловкая пауза, которую я заполнила обжигающими глотками кофе.
— И теперь ты считаешь меня убийцей? — Одри почти не изменилась в лице.
— Ну, все-таки, я видела своими глазами, как ты досуха выпила того бедолагу… Но если ты думаешь, что я тебя порицаю, то ошибаешься, — поспешно добавила я. — Не мне морализаторствовать, будем честны.
Села рядышком и на манер Одри тоже поджала ноги.
— Я действительно выгляжу лучше… — медленно проговорила новообращенная. Она сжала и разжала пальцы, разглядывая цвет кожи с легким персиковым подтоном. — И во мне теперь столько энергии, что хочется пробежать марафон…
— Значит, на сегодня ты останешься без своей порции кофе.
Я не стала пояснять, что девушка, убив вампира, поглотила с кровью не только гемоглобин. И что вполне возможно, скоро она увидит во сне свой первый по-настоящему ужасный кошмар. Пока хватит с нее впечатлений.
— … кроме того, я отчего-то совсем не ощущаю себя виноватой. Знаешь, когда мы с подругами подшутили над сестрой Катериной, притащив в класс лягушек, которых та дико боялась, я потом полночи не спала… а здесь — ничего. Нет, вру, есть нечто такое, я бы сказала, противоположное… что я все сделала правильно. И все произошедшее вообще вполне естественно. Я вспоминаю о сделанном без ужаса и отвращения. Жутковато все это, не находишь?..
Одри неуверенно улыбнулась. Жутковатой, пожалуй, выглядела именно ее улыбка.
— Возможно, для тебя это добрый знак?.. В конце концов, ты всего лишь хотела защитить Стива, а жажда тебе подобным по-началу застилает разум. И тот парнишка, если бы мог, то прикончил тебя без всяких сантиментов. Я бы на твоем месте тоже не заламывала бы в покаянии руки и не искала бы прощения у родственников почившего.
— Я вот что подумала… — Вдруг задумчиво сказала Одри, упершись пальчиком в висок — Раз уж существует эта непреодолимая потребность в крови, то мне кажется, было бы хорошим компромиссом питаться кровью только других вампиров. Тогда никто из невинных людей… ой, Хелла, ты не ошпарилась?..
— Нет, — сдавленно выдавила я, вытирая салфеткой найденный в бункере безразмерный свитер, который я приватизировала взамен испорченного. — Надеюсь, ты не успела озвучить свою идею Адриану?
Одри покачала головой. Ее щеки запоздало вспыхнули.
— Я пока мало что понимаю из существующих правил…
— Поэтому прошу, дай Адриану полноценно вести тебя в курс дела, не доводя его до приступа. Вряд ли Древние оценят такие вкусовые пристрастия вампирши…
 
— Древние? Те, кто за нами гонятся? Но если они нам враги, то почему…
— Древние правят остальными вампирами, и Адриан, которого оклеветали, все же хочет вернуть себе честное имя, а не очернить еще больше.
— Ладно-ладно, я поняла. — По виду сбитой с толку Одри было ясно, что ничего она не поняла, а лишь решила придержать дальнейшие размышления при себе. — Лучше скажи мне, кем была та ужасная тварь, которая бросилась за тобой у клуба?…