Золотошвейка для оборотня (СИ)
Берил внимательно следил за каждым движением проклятой. Когда она приблизилась, распахнул плащ и обнял ее, накрыв полами шкуры как теплым одеялом. Некоторое время они так и стояли, не двигаясь, Эдис была тесно прижата к его груди щекой, и её ухо отчетливо слышало удары его сердца. Она вдыхала запах оборотня, мускусный с древесными нотками, просто головокружительный и успокаивалась, привыкая к нему. Рука волка медленно поглаживала её спину, проводя широкой ладонью вверх и вниз, от чего по её телу пробегали предательские мурашки. Поняв, что девушка успокоилась, он мягко надавил ей на плечё, заставляя, опустится перед ним на колени.
В тот день он не спешил и не был груб, как прошлый раз, он бормотал ей советы, севшим от возбуждения голосом, и она чутко отзывалась на его тихой «еще». Оборотень поглаживал её щеку и, не отрываясь, смотрел в глаза, а когда она отводила взгляд, требовал:
— Смотри на меня.
На все свидание ушло около получаса, застегнув штаны, волк вручил ей зайца и толкнул к берегу.
— Прейдешь через два дня. — Не спрашивая а, утверждая, сказал Берил.
Он опять стоял на берегу, задумчиво провожая взглядом тоненькую фигурку, пока Эдис не скрылась за густыми деревьями.
Они встречались так около месяца. Девушка привыкла к немногословному красавцу и собиралась на встречу с ним как на настоящее свидание. Она всегда тщательно мылась, вставая в эти дни рано утром, чтобы к обеду высохнуть и не простудится на морозе, одевала свежее выстиранные веши, чтобы они пахли свежестью, промерзнув на морозе. Она слышала об остром нюхе волков и боялась, что ему что-то не понравится в ней. Соседки посмеивались и беззлобно подшучивали над ней.
— Вот женится на тебе твой оборотень, — Балагурила Атрия и заберет тебя в свой замок на Красном берегу. Что мы будем тогда делать? Может у него есть друзья? Познакомил бы он нас с ними, глядишь с такими ухажерами и возчика бы не стали ждать.
Девчонки смеялись, эта картинка, нарисованная Атрией, была абсолютно абсурдна. В интимных вопросах они все были совсем необразованны и всерьез думали, что оборотню нужны только поцелуи. Эдис смеялась со всеми, но в душе шевельнулась слабая надежда, что у них с загадочным красавцем есть будущее. Девушка привыкла к нему, к грубоватой немногословности, он не разговаривал с ней не о чем конкретном и прерывал всякие попытки прокаженной что-то спросить. Стыдно сказать, но она до сих пор не знала его имя, да и как её зовут, он тоже не спешил узнать. Видимо он просто был молчуном, её оборотень. По телу разлилось тепло, как всегда в последнее время, когда она о нем думала. Эдис накинула телогрейку, завязала на голову платок и вышла из обители.
Берил был зол, два дня они обороняли северную тропу от нового прорыва гоблинов. Твари словно сговорились в эти дни и сыпались со скал как горох. Он совсем вымотался и совсем не спал. Стоило провести свой выходной, отдыхая, но он не обговорил такую ситуацию с девушкой. Пропустит эту встречу, а потом она может и совсем не прейдет. Почему-то именно сейчас вспомнился Красный мор, который гоблины наслали на оборотней и людей. Потом черные воспоминания потянулись одно за другим. Мертвая мать, сошедший с ума от горя отец, который все время пил и крушил все на своем пути, ему под руку частенько попадал и Берил. А все эти проклятые людишки, это они от жадности притащили заразу через Темные горы и разнесли её по Широким землям. Берил зло сплюнул.
Вдалеке показалась фигурка человечки, которая отсасывала у него за тушку кролика, продажная дрянь такая же, как и все они. Готова расплатится своим тощим телом за жратву и согласная ради еды на все. Он раздраженно толкнул молодую косулю убитую им час назад, сегодня зайцы как будто вымерли, и пришлось принести зверя покрупнее. Значит и оплата будет серьезней, чем простой минет.
Эдис подошла к нему, доверчиво заглядывая в глаза. Он сегодня был хмурым и не распахнул ей полы плаща как всегда, чтоб согреть.
— Встань на колени. — Последовал короткий приказ.
Она повиновалась и уже привычно опустилась на лежавший, на снегу заплечный мешок. Её руки потянулись к ремню, желая его расстегнуть.
— Нет. — Он обошел её сзади и сам опустился на колени за её спиной.
Эдис испугалась, его непривычно резкий голос заставлял её вздрагивать каждый раз, когда он отдавал свои приказы. Оборотень дернул вверх её юбку, девушка охнула и схватилась за край, пытаясь его остановить.
— Сегодня я заплачу тебе косулей. Она больше… — Зашептал оборотень её в шею. Он обнял её сзади и заставил опуститься на четвереньки, Эдис пришлось опереться на ладони, руки у прокаженной были без перчаток и сразу же замерзли, прикасаясь к снегу. — И дать ты мне должна больше. Да?
Он снова потянул вверх её юбку, девушка дрожала от страха, она не понимала чего от него ждать дальше. Он дернул её за воротник телогрейки и в снег упали две верхние пуговицы, в открытый ворот сразу задул ветер. Рука оборотня проникла внутрь и обхватила маленькую грудь со сморщенным от холода соском. Он сжал ее, делая Эдис больно, и девушка дернулась, пытаясь снова вырваться.
— Если ты не готова дать мне то, что я хочу, я уйду. Я беру только если отдают по доброй воле. — Он остановился и ждал её ответ.
Эдис не могла отказать оборотню, там, в обители, её ждали четыре девушки, которым нечего будет есть. Ей сейчас было очень страшно, гораздо страшнее, чем в первую их встречу. Сейчас он делал все озлобленно, как будто мстил ей за что-то.
— Да. — Она кивнула головой и опустилась на четвереньки.
— Вот и правильно. — Довольно зашептал он. — Не строй из себя недотрогу, маленькая продажная потаскуха.
Слова хлестнули наотмашь, как сильный удар в лицо, шокируя. Так вот кто она для него, просто продажная женщина готовая на все ради денег. Эдис всхлипнула, в это время, сгорая от нетерпения и злости, оборотень рванул её колготки и одним рывком разорвал их вместе со старенькими панталончиками. Он пошарил рукой между ног, в самом стыдном месте и, пристроившись сзади, одним толчком вошел в неё резко, без подготовки. Девушка закричала от боли и попыталась его оттолкнуть.
— Ну уж нет шлюха, время для раздумий вышло, теперь терпи. — И он вжал в снег её голову, продолжая вкалачиваться в тонкое тело. Эдис находилась в таком шоке от происходящего, что перестала кричать и сопротивляться, она вся сжалась, молясь, чтобы все это закончилось как можно скорее.
— Укуси меня. — Ему вдруг нестерпимо захотелось почувствовать на шее её маленькие зубки. Он повернул ей голову и поднял под неудобным углом вверх. Прижимая их к своей шее. — Кусай!
Боясь, что он просто свернет ей шею, Эдис укусила, сильно, насколько хватило сил.
— Да. — Оборотень продолжал с наслаждением резко двигать бедрами.
Каждое его движение причиняло девушке сильнейшую боль, как будто её тело пронзали кинжалом. Он застонал громче, вот-вот он испытает оргазм и её мучения закончатся. Оборотень рванул с её головы платок, растрепанные волосу подхватил ветер и разметал по лицу. Он нагнулся и, сделав последний толчок, укусил её за горло, хрипя с наслаждением сквозь сжатые зубы.
Девушка не двигалась, она почти окоченела лежа на снегу под ним. За пазуху набилась снежная крошка, а голые колени, кажется, были стерты в кровь о твердый лед. Её слегка потряхивало, но разум впал в какой-то защитный ступор, накрыв её куполом безразличия. Берил поднялся с девушки и увидел что весь пах у него в крови.
— «Вот бездна. Она была девственницей».
— Дура. — Зло рыкнул он. Какого демона она молчала?
Берил хотел поднять ее, но теперь он еще сильней разозлился на глупую человечку. Поэтому застегнув штаны и подхватив арбалет и свой мешок, он просто переступил через неё и, уходя, бросил.
— Через два дня.
Она не пришла не через два, не через пять…
20.2 глава. Напрасные ожидания
Берил дошел почти до замка, ругая себя почем зря. Зачем он поперся к ней в таком озлобленном состоянии? Идиот! Напугал глупышку, причинил ей боль. Ведь чувствовал, что не откликается, что сжалась вся и просто терпит его, а остановится, не мог, так хотел наконец-то обладать ею. Каждую их встречу, он все больше хотел свалить её прямо в снег и накрыть собой, распиная, а потом брать и брать, делая своей. Эта идея стала просто навязчивой, она не давала спокойно спать, терзала ему душу, и сегодня в порыве гнева, он просто нашел повод не уговаривать и забрать наверняка, то о чем постоянно мечталось бессонными ночами. А она? Нужно было врезать ему, или плюнуть в лицо, чтоб отстал, и послать в самую глубокую бездну. Глупая, только кивала и молчала, ну почему позволила обидеть себя, дурочка.