Подари мне дитя (СИ)
Краем глаза я видела, что Артем сходит с ума от происходящего со мной и Мирой. Ее вообще заносили сюда без чувств. И я, как никто другой, ее понимала.
Как странно сплелись наши судьбы. Только что она не была беременна. Я усмехнулась и постаралась дышать ровнее. Малыш не скажет мне спасибо, если я напичкаю его адреналином. Стрессы вредны в моем положении.
Еще недавно я билась в истерике, но потом взяла себя в руки. Мне есть ради кого жить. У меня чудесный брат и сын Олега внутри. Или дочка. А у нее или него еще есть волшебные бабушка с дедушкой. Поэтому я не имею права испортить все это своими капризами.
Я запру эту боль, запру вместе с той, что резала меня заживо два года назад, чтобы через эту рукотворную стену не пробились ни слезы, ни грусть. Я обязана справиться. Снова.
А через пару дней нашего водного путешествия стало совсем не до себя с моими проблемами: Мира слегла. Ее постоянно тошнило и рвало, состояние было тяжелое. Тетя Ира не отходила от нее ни на минуту в такие моменты.
А потом от морской болезни слег и Кирилл. Я металась между ним и подругой, будучи единственным врачом на судне, хоть и не по профилю. Через пару дней насилу уболтала хмурого Артема остановиться в каком-нибудь маленьком городке и сходить в аптеку.
Он послушал, и вот я уже стою перед крошечным прилавком в полуразвалившийся лачуге какой-то деревни. У них даже кассы нет. Зато, как сказал наш бравый охранник, невозможно отследить.
Я набираю необходимое, точнее, то, что там есть в наличии. Мой взгляд цепляет тесты на беременность. Черт. А я даже не сдала ни анализы, ни сделала УЗИ. Может, я не беременная?
— Дайте еще пять тестов на беременность.
Отслежу динамику ХГЧ (гормона беременности) по яркости полоски. Хоть так. Сзади послышался удивленный голос.
— Если ты собралась тут трахаться с кем попало, то учти, что на аборты я тебя возить не стану!
Я резко обернулась на голос. Артем мне не нравился. Не нравилась ему и я. У нас как-то сразу не сложилось.
— Трахаться я буду только с твоими мозгами, но, боюсь, от них забеременеть мне не удастся — материал, знаешь ли, некачественный.
Я спросила витамины для беременных, но, конечно же, их тут не было. Спасибо хоть за запас фолиевой кислоты впрок.
На выходе Артем меня подозрительно осматривал.
— Ты залетела, что ли? Как это понимать?
Вот обсуждать с ним мое состояние я точно не собиралась. Не его это дело. И вообще, тут Мира главная, а не этот олух.
Поэтому я молча продефилировала на старенькую пристань. Много чести еще с ним разговаривать!
Утром я сделала тест снова, и он опять показал две жирные-жирные полоски. Сомнений нет. Будем надеяться, что беременность протекает успешно. Проверить это я сейчас никак не смогу.
Жаль, мои первые тесты остались валяться дома. На память бы хоть взяла… Я думала, что, возможно, смогу показать их Олегу… Сердце снова пропустило удар и болезненно сжалось.
Я тряхнула головой. Нет, нет и нет! Не стоит мне думать об этом. Не надо. Я НЕ СТАНУ О НЕМ ДУМАТЬ.
Но мое вредное сердце раз за разом подсовывало мне мысли. Оно словно запрещало мне отчаиваться. Как будто знало, что все будет хорошо.
Я даже через две недели как-то невзначай спросила Артема, нет ли ошибки в данных? Может, Олег и Макс живы? На что получила раздраженное:
— У тебя от беременности совсем мозг отек? Делать нечего больше, как жалеть себя? Или лучше Мирой займись.
Я поджала губы. Но отвечать ему не стала. Боюсь, тогда дойдет дело до рукопашки. Но хоть я и знаю пару приемчиков самообороны, его достать вряд ли смогу.
И действительно, я пошла к Мире. Бледная и исхудавшая, она лежала в своей каюте, а тетя Ира пыталась уговорить ее поесть.
— Девочка моя! Ну хоть ложечку… Вон Кирюша даже бегает и играет уже. А ты даже на таблетках не ешь ничего!
Она вздохнула и поморщилась.
— У меня отвращение к еде, теть Ир, уберите, прошу.
Я смотрела на нее, и в моей голове зрела мысль. А что, если?.. Я бросилась в свою каюту и достала тесты на беременность. Вернулась вовремя. Мира как раз собиралась в туалет.
— Держи.
Я вручила ей тесты. Она удивленно посмотрела на меня. Потом на полосочки и снова на меня. Ничего не сказав, зашла в ванную, чтобы через пару минут взвизгнуть, напугав меня и тетю до полусмерти.
Вот это мы попали…
Почти через месяц после начала нашего путешествия мы сошли на берег у самого синего моря. Самого синего Черного моря. Я вздохнула с облегчением и обняла бледную подругу по несчастью. Она сжала мою руку.
— Красиво здесь, Маш. Интересно, как долго мы тут пробудем?
Я пожала плечами.
— Не знаю, Мир. В любом случае спасибо тебе, что увезла нас от всего этого. Если бы не ты, то была бы я сейчас элитной постельной грелкой какого-нибудь уродца.
Она хмыкнула, посильнее кутаясь в шаль.
— Вот не верю ни на секунду. Ты это брось. Сама знаешь, что это всего лишь обстоятельства. Как только мы вернемся, закроем вопрос с твоими обидчиками навсегда. Попрошу Артема разобраться.
Поджав губы, я промолчала. Не мое дело лезть к этим ребятам. Отношения Миры и ее безопасника меня волновать не должны. А моя неприязнь к нему не должна влиять на его работу. Так что…
— Сначала надо вернуться. Хотя я бы здесь задержалась на недельку-другую. Да и для нас с тобой полезно. Воздух, богатый йодом, и все такое.
Я демонстративно вдохнула свою порцию микроэлементов. Пахло одуряюще. Я уже три года не была на море. Кажется, мои желания исполняются немного не так, как хотелось.
Не знаю, что ждет нас впереди. Но здесь и сейчас мне не хотелось ничего, кроме покоя. Некоторые назовут это бегством для зализывания ран. Я же предпочитаю думать, что это обретение душевного равновесия.
Мой стакан должен всегда быть наполовину полон. Иначе я просто не выживу в этой кутерьме. А жить надо. И желательно счастливо. Возможно… Возможно, когда-нибудь я смогу посмотреть на другого мужчину. Раскрыть ему свое тело и душу.
При этой мысли мне захотелось позорно разреветься. Я всегда пыталась представлять свое счастливое будущее. Всегда! Благодаря этому я, лишь закрыв глаза, могла окунуться в новый мир. Счастливый и спокойный.
Но отпустить Олега и представить себе жизнь без него не получалось от слова «совсем». Словно он был рядом и никуда не собирался от меня уходить. От нас. Нас теперь четверо.
Я даже в мыслях невольно думала о нем в настоящем. Это сбивало с толку, ранило.
— Мира, а может, все все-таки ошиблись? Может, они живы? Ну не могу я поверить, что Олега больше нет, не могу! Будешь смеяться, но ощущение, словно он вот-вот позвонит и отчитает меня за то, что я посмела исчезнуть.
Рыжеволосая девушка стояла на фоне заката. Он красиво переливался на ее волосах. Завтра нам привезут дешевую краску, и мы перестанем быть блондинкой и рыженькой. А пока мы все еще мы.
— Если я разрешу себе думать об этом, то сойду с ума.
Мы обе молчали. Мне почудилось, что нас окликнули. Я обернулась и увидела машущую нам рыжеволосую женщину из небольшого коттеджа. Значит, пора идти есть.
Да и мне надо бы заняться братом. В последние дни я бессовестно спихнула его на тетю Иру. Я дернула Миру за руку, и мы пошли по узенькой дорожке к дому.
Как только Артем привез нас сюда, я моментально влюбилась! Потрясающе красивое и умиротвореояющее место. То, что надо для наших израненных душ.
Но этот гад ехидно заявил, что жить вместе нам нельзя — это небезопасно. А затем преспокойно отселил меня и Кирилла в соседнюю крохотную деревеньку на самом отшибе, при этом еще и запретив видеться.
Действительно. А то вдруг кто увидит нас тут, в самой глуши самшитовых рощ! Наверняка нас ищут именно тут. Все сразу! Я промолчала, но втайне от него практически каждый день наведывалась с малышом к ним в гости.
Благо сам Артем не считал нужным жить вдали от цивилизации и средств связи. Этот человек сразу отобрал и утопил мой старенький телефон, как только мы ступили на ту яхту. Или лодку. Или корабль. Шут его знает! Мог бы просто завернуть его в фольгу пять раз. Даже ребенок знает, как заглушить сигнал.