Играя в людей. Том 1 (СИ)

«Да, до чего ты дожил, только вчера все было нормально, ты таксовал и выполнял задание за заданием, а уже сегодня по-пластунски уползаешь от каких-то бандитов на кухню за ружьем.» Леон заполз за угол и аккуратно поднялся на ноги. Там же его застал второй звонок в дверь, уже более долгий, практически бесцеремонный. Лео, взяв с кухонного стола ружье, переломил его и проверил ещё раз патроны: не сглупил ли он и снарядил его вместо картечи дробью. Но сквозь пластиковую гильзу были хорошо видны серые свинцовые восьмимиллиметровые картечины, и он, вставив гильзу обратно, прильнул к стене.
Теперь гости были уже совсем бесцеремонны: в дверь ударили кулаком, и злой голос проорал, обращаясь явно к хозяину квартиры:
— Открывай, паскуда, а то плохо будет!
«Диалог не задался,» — подумал Леон и, став за стеной так, чтобы в коридор был выставлен только ствол его ружья и самый краешек головы, прицелился примерно на тот уровень, на котором, как ему казалось, должны были находиться верхние части туловища противников. Он на секунду замер — и выстрелил дуплетом.
Выстрел оглушительным грохотом прокатился по квартире, сопровождаемый треском насквозь пробитой двери, звоном разбитого стекла и тяжелыми и бесконечно долгими звуками падения чего-то тяжелого.
«Вы нанесли критический урон Бандит № 8 — 154.
Бандит № 8 убит.
Аура убийцы +20.
Вы нанесли критический урон Бандит № 9 — 147.
Бандит № 9 убит.
Аура убийцы +20.»
Леон, тут же спрятавшись за стенку, трясущимися руками переломил ружье и зарядил ещё два патрона. Высунувшись из-за стены, он уже собирался ещё раз выстрелить в дверь, которую теперь украшали две значительные круглые дыры, но из-за нее раздались три ответных выстрела. Пули с глухим звуком ударились в стену прямо напротив входа, а одна, срикошетив, разбила окно у Леона на кухне.
Стреляли откуда-то снизу, и Леон, решив, что противник либо стреляет лежа, либо, прячась за стеной, выставляет руку с пистолетом, справедливо опасаясь ответной пули. Исходя из этих рассуждений, таксист прицелился намного ниже своих предыдущих выстрелов и наугад выстрелил в дверь, пробив в ней ещё одну дыру. В ответ тоже выстрелили, наугад, судя по траектории — думая, что он стоит прямо напротив входа, как абсолютный дурак. Леон, выжидая, подловил момент, когда тень руки с пистолетом опять мелькнула в дыре внизу двери и, ориентируюсь на предполагаемое место, где за дверью должна была располагаться рука стрелка, нажал на курок.
Четвертый по счету выстрел, как и первые три, громом разошелся по дому, задрожали стекла, и тут же Леон услышал страшный крик, раздавшийся на лестничной клетке. Крик сопровождался матом и звоном металла.
«Вы нанесли урон Бандит № 7 — 89.
Аура убийцы +9.»
Отбросив пустое ружье и вынув пистолет, Лео перебежал в прихожую, щелкнул замком и попробовал резко открыть дверь, но у него ничего не получилось. Дверь была придавлена чем-то снаружи. Леон ударил ногой по двери раз, два (время утекало, элемент неожиданности таял на глазах) и все же с некоторым трудом отодвинул то самое нечто, которое мешало ему выбраться наружу. Он протиснулся в образовавшийся проем и выскочил наконец на волю, сжимая в руке Макаров.
И чуть не упал, поскользнувшись на крови, которой была залита вся лестничная площадка. Поперек нее, заблокировав дверь Леона, лежал труп того самого бандита, которого он видел в глазок. Леону показалось, что с мертвого лица так и не сошла самодовольная улыбка. Грудь бандита представляла собой одну большую булькающую и истекающую кровью рану, и Леон, наконец сообразив, что с этим бандитом всё кончено и он действительно мертв («МЕРТВ! МЕРТВ!» — забилась в голове раненой птицей полная отчаянья мысль, но тут же была запрятана глубоко-глубоко), сразу повернулся ко второму преследователю. Мозг рефлекторно зафиксировал при этом, что внизу на площадке между этажами лежит ещё одно тело. Значит, выведены из строя все враги.
 
К двери соседней квартиры (вне зоны досягаемости стрельбы из квартиры Леона) сидел, вытянув ноги, бандит в окровавленной одежде. Голося без всякой паузы, словно бабка на похоронах, он баюкал левой рукой кровавый обрубок — единственное, что осталось у него от правой верхней конечности. Рядом валялись какие-то части костей и мясо — всё то, что когда-то было его ладонью и предплечьем. Рядом лежал разбитый и помятый картечью пистолет. Наклонившись к хныкающему бандиту, который одновременно плакал, матерился и умолял неизвестно о чем, зато — не переставая, Леон приставил Макаров к его виску. Стараясь скрыть то, что его мутило от обилия крови, таксист коротко спросил:
— Кто вы? И почему я?
— Паскуда! Пидор, бля…
Бандит задергал плечами и заплакал, опять баюкая обрубок.
— Не стреляй гад, отпусти! Бля буду, не трону тя. Ой как больно-о-о-о ж, сука… — он опять перешел в какой-то непрекращающийся плач.
Леон со всех сил прижал пистолет к виску бандита — от этого движения голова врага оказалась вжата в стену. Преступник, стараясь отодвинуть пистолет от головы, заголосил:
— Гандон, блядь, пожалей! У меня семья, дети, жена и любовница молодая…
— Так мне тебя ради жены или ради любовницы пожалеть? — спросил Леон, чувствуя разливающуюся внутри злость. — Отвечай быстро: кто вы? И почему пришли меня убивать?
Все ещё плача и размазывая сопли по лицу, бандит, причитая, начал объяснять:
— Так зачем ты за этого пидораса впрягся? И в мусарне ты за каким хреном Борьку вырубил? Нам тя менты и сдали! Ну, по номеру, где живёшь. Тебе сюда же штрафы за твою езду и приходили. Сука-а-а… Больно…
«Так вот как они меня вычислили!» — подумал Леон и тут услышал где-то вдалеке звук полицейских сирен.
Надо было быстро уходить. Леон, оставив плачущего бандита сидеть, прислонившись к двери, быстро вернулся в квартиру. Закинул рюкзак на спину, разобрал ружье и засунул ствол и приклад поверх одежды в спортивную сумку. Затем быстро вышел на лестничную клетку. Закрывать дверь он по понятным причинам не стал, лишь бросил по сторонам внимательный взгляд. И тут краем глазам он увидел какое-то движение сверху. Через лестничный пролет на него во все глаза смотрел его вечно нетрезвый сосед с пятого этажа. К соседу прилагались ещё два небритых мужика, видимо, собутыльники. Эти, шокированные увиденным зрелищем, заметив, что Леон смотрит в их сторону, тут же спрятались. Сосед икнул и нервно дернул головой, не решаясь ни сбежать, ни остаться. Его нога так и зависла над полом, конвульсивно дергаясь. Леон отвернулся от этого зрелища. Повернув голову, таксист отметил, что раненный бандит лежит без сознания — видимо, потерял слишком много крови. Сосед, воспользовавшись моментом, скрылся в своей квартире.
Сирена выла все ближе.
«Выбрать режим действий:
Остаться на месте. Подняться на пятый этаж. Спуститься вниз. Вернуться в квартиру.
Выбрать вариант № 3? Да/Нет. Да. Вы уверены? Да/Нет. Да.»
Леон стал быстро спускаться по лестнице.
Отброшенный попаданием картечи на лестничную площадку между этажами, вверх спиной лежал ещё один бандит. Под ним расползалась просто гигантская лужа крови — было даже странно, как столько жидкости помещается внутрь человеческих тонких вен. Леон почувствовал, что его замутило от этого вида и запаха. Он осторожно, стараясь не перепачкаться в крови, постарался обойти тело. Вроде получилось. Леон окинул взглядом куртку и рукава — чисто. Следов нет. Хорошо. Таксист торопливо практически бегом спустился по ступенькам на пролет вниз.
 
Сирена выла все ближе.
«Только бы успеть до приезда полиции. А ведь теперь я явно попаду в розыск. Где же мне спрятаться?» — такие мысли крутились у него в голове, подгоняя новоявленного убийцу. Леон бежал по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Вниз. Еще вниз. Чем ближе он был к свободе, тем громче звучал визг полицейской сирены. Леону казалось, что, выйдя из подъезда, он увидит полицейскую машину прямо перед собой.