Ангелы Эванжелины (СИ)
— А ты вернула меня к жизни, — говорит он в ответ, пылко целуя. — Спасибо тебе, любимая. Спасибо за все.
В груди сладко щемит от острого ощущения счастья. Все самое страшное уже позади. У меня любящий муж, чудесные сыновья, прекрасные дочки. Я люблю и любима. Да даже для моей профессии тут нашлось занятие по душе, и мы с Риганом начали работать над одной очень любопытной идеей, пользуясь моими знаниями физиологии и биофизики. Теперь я понимаю, почему там, на Земле, я всегда чувствовала себя чужой, не такой, как все, ведь мое место всегда было тут. Правду сказал Клейвоант, — только мне решать, где мой дом и моя судьба.
— Я люблю тебя, Тео, — тихо всхлипываю от счастья.
— А я тебя, моя солнечная девочка Женя…
***Земля, наше время. Институт физиологии человека и животных, лаборатория психофизиологии
— Жека, — говорит в микрофон Олег четким, хорошо поставленным голосом. Именно от его голоса зависит чистота эксперимента. Испытуемый должен хорошо слышать команды, а не гадать, не послышалось ли ему. — Пятьдесят четыре разделить на два, добавить три, разделить на три и умножить на ноль.
Свет в лаборатории пару раз мигает, а затем гаснет. Компьютер благодаря ИБП продолжает работать, но сигнал от датчиков пропадает, и на энцефалограмме вместо привычного графика одна сплошная линия.
— Женек! — испуганно восклицает сидящий рядом Витя и вскакивает на ноги, с громким стуком перекидывая стул.
Комната, освещенная одним лишь монитором, выглядит жутко и как-то постапокалиптично. Спотыкаясь на каждом шагу, напарник с горем пополам добирается до двери кабины. Некоторое время он раздраженно возится с ручкой, которая никак не хочет поддаваться.
— Женька, Женечка, — периодически барабанит он в дверь, пытаясь достучатся до однокурсницы. Но из бокса не доносится ни звука. Да и сама идея докричаться до девушки абсолютно бесполезна, кабина полностью звукоизолирована, и подруга вряд ли может его услышать, даже если и с ней все хорошо.
— Да чего ты так переживаешь, — искренне недоумевает Олег. — Что с ней могло случиться, по-твоему? Наверное, просто сняла электроды, когда приключился сбой.
Но Виктор все равно продолжает с остервенением дергать заклинивший рычаг. Каким-то шестым чувством он ощущает, что не все так просто. И Женя там одна, в темноте, напуганная и беспомощная. А может, она так же стоит у двери и отчаянно нажимает на ручку, пытаясь выбраться. Как Олег может этого не понимать?
Эта последняя мысль жалит его, как ядовитая змея, заставляя еще сильнее дергать злополучную дверь. Наконец, многострадальная створка, вняв мольбам испуганного парня, поддается и с тихим скрипом открывается. В этот же момент загорается лампочка, и комната наполняется ярким светом. Женька сидит в кресле, растерянно оглядываясь по сторонам. Она и вправду сняла шапочку с датчиками и теперь держит ее в руке.
— Жека, — кидается к ней Витя, пытаясь уловить на ее лице малейшее проявление эмоций. Одногруппница и вправду напугана. Это видно по огромным широко открытым глазам и чуть подрагивающим губам, как будто она вот-вот расплачется. — Женечка, привлекает ее к себе парень, и она, словно маленький воробушек испуганно жмется к его груди.
— Как ты, Женя? Очень испугалась? — взволнованно шепчет он, перебирая растрепанные локоны.
— Очень, — едва слышно шепчет девушка, слегка дрожа. — Только я Эва.
— В смысле? — отстраняется Витя и пытливо заглядывает в знакомые серые глаза.
— Меня зовут Эванжелина…
Конец