Катастрофа в подарок (СИ)
— Десять! — букет с мягким стуком опустился на пол. Рот секс озабоченной дамы через секунду впился в губы вставшего на колени полицейского.
Режиссёр, из позиции «лёжа» снимал не переставая, впервые окунувшись в атмосферу свадьбы в дурдоме. Он уже предвкушал победу в Пулитцеровской премии.
Матильда Карловна ржала как лошадь, от души радуясь происходящему. В новоиспечённой жене внука она не ошиблась. Жить Ивановым станет намного веселей.
Папироска, случайно выпавшая из сухого рта коммунистки, пристроилась к голове партнёра сына по бизнесу. Запахло палёной шерстью. Лёгкий дымок заклубился над ошалевшим от происходящего искусственным блондом. Громкий крик:
— Пожар, горим, спасайся, кто может. — Привёл его в чувство. Странное тепло, согревшее замаскированную лысину, дымило паровозом.
— Любимый, тебя подпалили. — Молодая жена, выше гнома— миллиордера на голову, размахивала руками, не спасая осточертевшего мужа, а скорее создавая ветер. — Горишь как Жанна Д’Арк! — с умилением приговаривала она, перепутав, с Джордано Бруно.
Вода из вазы, вместе с цветами благоухающим водопадом низверглась на бедную голову, смывая ненужный кусок волос липучкой приклеенный к черепу.
Недоросток вращал глазами, выискивая прибывшего под личиной гостя киллера. Таким странным образом его пытались убить впервые.
— Хорошо гуляем! С огоньком! — Матильда Карловна Блудерфенд веселилась и ностальгировала одновременно, подбадривая участников санкционированного митинга: — Ещё бы драку устроили и цены бы вам не было — комсомольцы!
Гамлет с Надеждой, за долгие годы привыкшие к «особенностям» дочери, стояли молча, руками поддерживая друг друга. В состояние ступора они прибывали с утра, наблюдать настолько «счастливой» Наталью им довелось впервые.
Карл Семёнович с неприязнью смотрел на мать, уверенный, что в этот момент она не заметит косых взглядов наследника «компроматов». Цену имело всё и платить придётся ему. «Вот тебе и по — скромному, как все люди. А могли устроить свадьбу в особняке без всего этого бардака в «общественном месте». Хорошо, что из друзей здесь только Яблонский. Куплю ему пару новых париков и костюм в компенсацию. Такое позорище на первых страницах изданий выставят».
Он указал взглядом охраннику на фотографов. Тот кивнул, а через минуту стал обладателем скандального материла, вышвырнув нанятых Илоной журналистов за двери, лишая бедолаг надежд на международное будущее.
Сама она отпаивала пришедшую в себя Алевтину, сообщив радостную новость:
— Мам, этот обморок короче предыдущего на тридцать секунд. Благодаря Наталье ты становишься стрессоустойчивой. Ещё немного и сможешь идти в космонавты.
Алевтина, Павловна мутным взглядом отыскала в толпе паникующих «космическую» сноху, прыгающую рядом с её сыном. Новобрачная, не обращая внимание на творящийся вокруг хаос, требовательно настаивала на продолжение банкета не в Турандот, а в клубе откуда её украли. Бунтующей душе хотелось стриптиза.
— Поздно, уже всё оплачено. — Объяснял Лев, решив сыграть на артистических корнях жены. — Не лишай радости друзей Карла. Такую невесту они увидят впервые. Покажи насколько виртуозно обворожительной ты можешь быть. Пусть мне позавидуют!
— Я очень красивая в этом наряде? — жертва ботинок кокетливо улыбнулась, прикрыв лицо краем фаты, подсказывая, насколько простым изначально был выход.
— Не отразима! — согласился с ней Иванов, имея в виду, что синеватой безжизненной кожей обладают вампиры и возможно в зеркале она себя не увидит.
Что-то менять уже было поздно. Он оглядел стартовую площадку в «счастливое» будущее спаренных одиночек. Разгром!
Отвечающая за «полёт» голубков в семейное измерение сидела на стуле, на всякий случай, поджав под себя ноги. Рядом плескалось озерцо с обгоревшим волосяным островом посередине и цветочками по берегам. Лев отсчитал красноватые купюры и всучил в нервно дрожащую руку главной городской тамады не десять, а двадцать тысяч раз «счастье».
Он запомнил, что Агнес не клялась не показывать зеркало. Смутное сомнение, что актриса знает намного больше, чем говорит закралось в рыжеволосую голову.
Наташа продолжала канючить повиснув на его руке. Теперь она очень хотела в постельку, заняться страстным развратом.
Директор был сотню раз за, но приговорить свадьбу к совершенному провалу не захотел. Громким мероприятием, она уже стала, феерично запоминающейся тем более. Осталось сделать волшебной, ради любимой брюнетки. Он был уверен, что выйдя из состояния «обдолбанной» Золушки Наташа придёт в шок от содеянного вовсе не мышками и тётушкой феей.
Нужно было спасать Иванову от Сидоровой. Он сделал пару шагов в сторону новой родственницы.
— Федя, познакомься, это мой зять. — Агнес строила глазки сразу обоим мужчинам, как делала это всю жизнь.
Удивительно, что до сих пор не заработала косоглазия. Будь у неё две челюсти, умудрилась бы и целовать не одного за раз.
— Очень рад, Федя! — протягивал руку капитан полиции.
— Это я уже понял.
— Мой бывший и возможно будущий муж. — Престарелая красотка зарылась носом в букет, оттеняющий зеленью, красиво подведённые глаза, став в этот момент поразительно похожей на Наталью.
Что-то ёкнуло в душе Льва и это почувствовала Агнес. Он прижал Наталью к себе, не давая возможности видеть своё лицо, и поинтересовался, указав глазами на черноволосый затылок укрытый фатой.
— Расколбас можно сделать одинарным, а не тройным? Колбасит гостей и не по-детски, а впереди банкет.
— Его можно вовсе убрать и без последствий. — Растрогалась милой картиной бабушка, поняв и поверив, что внучку действительно любят. Она решила не добавлять в еду приготовленное заранее зелье, давая зятю зелёный свет к долгой жизни. И завтра же обратиться к живущей неподалёку ведьме. Можно снимать заклятие.
— Это как? — Лев с недоумением взирал в глаза той, что в самом начале могла всё исправить.
Видно обеим бабушкам брачующихся стало скучно жить в последнее время.
Старушка достала из сумки маленькое зеркало и попросила биологичку:
— Детка, сейчас увидишь кое-что странное, но не непоправимое. Ты безумно красива, — На этих словах Наталья кокетливо передёрнула плечиками. — Когда умоешься с мылом. — Продолжила актриса, заставив наследницу призадуматься. — Я помогу тебе заново накраситься, если захочешь.
Наташа подставила зеркальце сначала к коричневым глазам невесты, с ними всё было в норме и только потом позволила увидеть себя целиком. Она молчала несколько секунд, потом охнула, приложив ладони к лицу.
— Давно я такая красивая? — Наталья пыталась понять, каким образом обрела странную мимикрию.
— С утра.
— Мда, видно очень хотела стать невидимой. — Сделала вывод учительница биологии. — Это всё нервы. — Она с восторгом смотрела на обалденно красивого жениха в светло сером костюме, представляя, какими симпатягами родятся двойняшки.
— Немного. — Лев облегчённо вздохнул. — Идём умываться и в ресторан.
— А расписываться? — удивилась она.
Лев усмехнулся.
— Посмотри на свой палец.
Наталья с изумлением крутила правой конечностью. Колечко с несколькими бриллиантами идеально сидело на тонком пальчике.
— И расписались? — не хотелось верить, что самое интересное досталось коматозному «Я».
— Да!
— И целовались?
— С огромной охотой. — Он вскинул бровь вверх предложив — Хочешь ещё пару раз повторим?
— После. — Училка искала глазами подруг, чтоб узнать на чьей свадьбе нервничать в следующий раз. — А где мой букет?
— Ты решила ускорить процесс и нарушить традиции. — Агнес покрутила перед носом внучки розами с ленточкой и грозно предупредила: — Имей в виду, я его не отдам! Он мне счастье принёс и выполнил свою функцию. — Почти звезда Голливуда, с ласковостью бульдога взглянув на Томилина в форме, добавила — Да, Федя?! — тот не смог отказаться.
Новоиспечённый муж улыбался, заглядывая в просветлевшие очи «грозы переполохов».