Катастрофа в подарок (СИ)
Почки, расположенные рядом с семенниками, стали первой жертвой скальпеля. Глаз — следующей.
Видавшие виды дети с отвращением смотрели, как биологичка зачем-то остервенело кромсает мёртвую жабу, повторяя раз за разом:
— Получи, зелёненький!
Всё сложилось лишь после слов:
— В коже лягушки-быка, согласно недавним исследованиям ученых, содержатся пептиды, обладающие антиоксидантными свойствами, способные замедлять старение человеческих клеток…
Девочки, тщательно следящие за внешностью, поняли: Наталья Гамлетовна собиралась поставить опыт и прямо сейчас, у них на глазах, стать совсем молоденькой. Собственно, ещё в начале прошлой перемены она показалась им намного старше. Ради красоты и моды они сами были готовы пойти на многое. Но можно ли изменить пептидами старый хлам, надетый учительницей, на брендовые шмотки — оставалось тайной. Две ученицы решили забрать останки лягушки домой и выяснить это, вымазав слизью старую обувь.
Сидорова же, всласть насладившись местью, наконец подняла глаза и, прочитав изумление и даже неподдельный ужас в глазах мальчиков, вышла из плотных объятий ненависти.
На столе лежали мелкие останки ни в чём не повинного зелёного самца, в брачный период призывающего самок напоминающими мычание звуками.
Ассоциацию с быком Лев не вызвал ни разу…
Наташа, широко открыв глаза, смотрела на плоды необоснованной жестокости: легкие, сердце, измельчённые чуть ли не в пыль лапки, пальчики, глазки, зубки, вырванные из верхней челюсти.
Рвотный позыв, волной подступивший к горлу, заставил биологичку сложиться пополам и, расталкивая учеников, ринуться к выходу, мечтая лишь об одном: успеть добежать до туалета.
Неожиданно узнавшая о собственной склонности к садизму, Наталья рассматривала потерявшее после общения с унитазом краски лицо в квадратном зеркале, висящем над раковиной.
Необходимость немедленно выговориться преодолела страх быть кем-то услышанной, да и вряд ли зеркало выдаст кому-нибудь тайны.
— И чего ты этим добилась? Опозорилась перед учениками, дала их родителям повод для жалоб. И они будут правы! Такое не может оправдать никакая беременность…
Строгий голос и взгляд, так похожий на Надю в гневе, быстро прочистили мозг и даже вернули щекам привычный румянец. Можно было возвращаться в класс и позволить деточкам проделать с трупами лягушек несложные операции, если они в её отсутствие не искромсали друг друга скальпелями.
Брюнетка в сотый раз за день приложила ладонь к животу.
— Мы там не сильно торопимся с токсикозом?
Честно отбыв рабочий срок в комфортной камере кабинета биологии, Сидорова отправилась домой, раздумывая: стоит ли выполнять данное самой себе обещание записаться в тренажёрный зал? Или не нужно? Завтрашний обязательный визит к директору тет-а-тет настораживал и, безусловно, требовал проверки физического состояния мышц. А значит, идти в святая святых стероидных качков и бьющихся за аппетитное тело фифочек придётся.
Из размышлений о преимуществе гантель с большим весом над малым её вывел громкий окрик Клима Самгина:
— Стой, нужно поговорить!
Наташа вскинула глаза, прищурившись от бьющего в лицо низкого солнца.
Лицо Клима расплылось в кровожадной ухмылке.
— Вот что делает ночь разврата со строящими из себя недотрог шлюхами. Стареешь, мать, на глазах.
Учительница пожалела, что не держит в руках одного из тяжёлых снарядов. Её оскорбляли прямо во дворе собственной работы, на глазах стоящих в сторонке учеников и с этим надо было что-то делать. Вопрос о целесообразности занятия спортом отпал моментально. Если бы решение ещё помогло прямо сейчас обрести нужную форму…
— Это ты о чём сейчас, недоносок? — прошипела она вполголоса, смерив взглядом сутулое чудо, считающее себя подарком судьбы для переспелых девственниц. — Такого, как ты, я при родах бы между ног удавила.
Наталья впервые видела Самгина настолько нетрезвым. Идущим от еле держащегося на ногах блондина перегаром можно было опохмелить полчище алкоголиков.
— Ты променяла меня на какое-то богатое чмо! Да он, да ты… — С речью пьяного вдрызг «Аполлона» случился конфуз: вместо слов изо рта в разные стороны полетела слюна.
«Богатое чмо», следящий через окно кабинета за Сидоровой, покидающей школьный двор, напрягся, заметив на пути предмета желания шатающегося мужчину. Он без раздумий рванул к выходу, по собственному опыту зная, чем заканчиваются встречи с настырными пьяницами. Лев не увидел, что «катастрофе» едва не влепили пощёчину. Но его, как и выскочившего из кустов отличника Рукоблудова, вооружённого складным ножом, опередили.
Точный удар в подбородок мгновенно отрезвил Клима, но не оставил никакой надежды оказать сопротивление законам физики. Он услышал хруст собственной челюсти и рухнул как подкошенный, словно огрызок червивого яблока, притянутый вниз силой земного тяготения. Бедный Самгин даже не успел удивиться возникшей из ниоткуда байкерше.
Девушка в защитном костюме мотоциклиста, владеющая отличным хуком справа, сняла с головы шлем, подставляя стянутые в хвост волосы лучам не по-зимнему яркого солнца.
— Здравствуй, подруга! Я подоспела вовремя? — Илона — а это была именно она — широко улыбалась, потряхивая облачённой в перчатку рукой. — Любишь ты встречаться с козломудами…
Наталья приветливо улыбнулась спасительнице. Взглянув на полутруп буянящего ухажёра, она выдала фразу писателя, в честь одного из героев которого когда — то назвали пьяное «недоразумение»:
— Да — был ли мальчик — то, может, мальчика — то и не было?
Она смотрела попеременно то на распластавшегося на асфальте Клима, то на Илону, неизвестно как — а главное, зачем? — появившуюся в это время на школьном дворе. Единственное, что она смогла ответить на столь яркое приветствие сестры директора:
— Почему с козломудами? — чем вызвала приступ смеха у богатой байкерши.
— Это любимое ругательство моей украинской подруги. Симбиоз вонючего, похотливого животного с не менее озабоченными представителями мужского сообщества, не обременёнными никакими моральными правилами.
— Кто из них козлы, а кто му… — Биологичка смутилась, осознав значение слова никак не предназначенное для ушей школьников, резюмировав: — Довольно длинное объяснение, но какое ёмкое ругательство. — Она нахмурилась, качнув головой. — Стоит запомнить.
— Да не запоминать слова нужно, — Иванова кивнула на что-то мычащий полутруп, — а стараться не встречаться с такими парнями!
Наталья оглянулась на школу. Юные дарования, получившие суточную норму знаний, не спешили расходиться, привлечённые дракой с участием учительницы, заработавшей за сегодняшний наряд прозвище Секси Бабушка. Наевшись научного хлеба, сдобренного собственным пофигизмом, они были не прочь полюбоваться на зрелище. А посмотреть было на что: стройная, обтянутая кожей девушка одним ударом уложила на землю взрослого мужчину. Мальчики и девочки, замершие у машин родителей и на лестнице у входа, завидовали.
Кто из озабоченных балбесов отказался бы получить шлепок от «кошечки» в коже? Да хоть ошейник с шипами на горло и поводок, даже удар хлыстом. Это намного круче, чем рукоблудить, представляя себя в постели сексапильных звёзд или первых красавиц школы. И, конечно же, учительниц, заставляя последних в поте лица отрабатывать поставленные двойки. Смешанный со слюной воздух прерывистыми вздохами и стонами вырывался из уст юных «натуралистов».
— Крошка, давай ещё!
— Не останавливайся…
— Покрути попкой, детка.
— Ауф! Шит! Кажется, она поглядела сейчас на меня…
— Руку из кармана достань, придурок, «арахисом» не звени.
— Посмотрела она на него, мечтай! Такие тёлки зажигают с парнями, гоняющими на «Феррари» или «Мазерати».
— А нам остаётся смотреть и ждать…
Девушки завидовали по другому поводу. Им осточертело дожидаться момента, когда подростковые фигуры полностью оформятся. В паспорте появится отметка о восемнадцати, в кармане — кредитка на энную сумму и нехилый кеш. И они вот так же смело смогут вдарить упырям-старшеклассникам, игнором отвечающим на заигрывания.