Библиотекарь (СИ)
- Мои родители погибли в Керите при взрыве, - развёл я руками. - И я даже не знаю, были ли они кем-то важными. Мне было десять, когда всё рвануло. Я мало чего помню, но одно я помню точно - во дворце у Короля я ни разу не был.
- Ты ещё и керитовец? - удивился Артур. - Неожиданно. До сегодняшнего дня я о керитовцах только в газетах читал. По большей части в разделе криминальных сводок.
- Мне повезло, я вовремя устроился на работу к Оскару, - обрывки воспоминаний уличной жизни вновь всплыли из задворок памяти, я поморщился. - А не то я бы тоже попал в газетные сводки. Никто не хотел брать на работу керитовцев. Нас почему-то считали шпионами Эльфийской империи.
- А разве так не было? - нахмурился Артур. - Мой отец принял на работу около полусотни беженцев из Керита и буквально через неделю о нашей секретной технологии ускоренной зарядки кристаллов узнали эльфийцы. Я не думаю, что это было просто совпадение.
Я молчал, у меня не было аргументов в этом споре. Я для себя уже давно решил, что всё в прошлом и нужно двигаться дальше. Тем более, что мне невероятно повезло с Оскаром и Лелей.
- Ти, прости, я не хотел тебя обидеть, - видимо, Артур решил, что я расстроился от его слов. - Наверное, действительно, нельзя судить обо всех керитовцах одинаково.
- Я не обиделся, - улыбнулся я. - Просто воспоминания нахлынули. Если кто-то украл секреты производства, то его нужно судить. Воровство всегда будет воровством. Артур, извини меня, пожалуйста, сегодня был довольно тяжёлый день, такой же будет завтра, мне нужно выспаться. Давай поговорим потом, если ещё захочешь поговорить.
Не дожидаясь ответа, я развернулся и направился вверх, преодолевать последние два пролёта. Лестница закончилась. Какой же длинный коридор. Почему я так устал? Неужели костюм мастера Притвика больше не помогает мне? А, заряд кристалла на нуле. Шагаем, шагаем. Дверь 715. Да где же ключ… Щелчок двери, свет не надо включать, дверь захлопнуть, рюкзак бросить на пол, упасть на спасительную кровать…
- Ти, смотри, как он называется?
Напротив меня с цветком в протянутой руке стояла Мени, моя молодая сестрёнка, ей снова было восемь лет.
- Это солнечник, - мой голос тоже был детским. Я посмотрел на свои руки, мне было лет девять.
- А он полезный? - ветер развевал непослушные волосы и лёгкое платье девочки, сестра внимательно разглядывала жёлтый бутон.
- Да, конечно, из него всякие лекарства делают.
Внизу, под холмом, расстилался Керит, по его улочкам бродили люди. Я нашёл взглядом наш дом на центральной площади, из трубы шёл лёгкий дым.
- Эй, мелкие, - позвал нас издалека подростковый голос, - мама всё разложила, вы вообще есть-то хотите? Или я ваше съедаю?
- Химо, не смей! - сердитая Мени побежала за голосом. - Ти, догоняй, а то Химо всё съест!
Ветер стих. Юркая сестра мгновенно исчезла за густой листвой, я только слышал, как она жаловалась родителям на нашего старшего брата. Я направился вслед за ней по тропинке из кроваво-красного песка. Листва вдоль тропинки с каждым моим шагом становилась жёлтой, жухла и опадала. Трава серела и с сухим шелестом исчезала. Я шёл дальше на голос Мени. Растительность совсем исчезла, небо поблёкло и стало молочно-белым, все тени пропали, исчезло всё, остался только большой валун, вокруг которого шла кровавая дорожка по чёрной земле.
Возмущённое лопотание Мени затихло. Я продолжал идти, мне было очень страшно, но я не управлял своим телом, оно само шло по тропинке, шаг за шагом приближая меня к повороту.
За булыжником на чёрной земле была расстелена белая простыня. На ней лежал большой красный булыжник. Напротив меня сидел какой-то старик, он пристально смотрел на багровый камень, вокруг его головы летали три зелёных шарика. От камня к мужчине была протянута красная нить, она периодически подрагивала, словно по ней что-то перекачивали.
Я не хотел идти к камню, но ноги сами меня подвели к краю простыни. Я согнул ноги, сел и уставился на булыжник. Как мне выбраться? Что это за фигура старика?
Дед с трудом поднял глаза, в его взгляде читалась усталость и обречённость. Как будто он уже всё для себя решил.
- Внимание, - услышал я равнодушный голос Мени. Взрослой Мени. - Обнаружена ментальная атака. Если вы слышите это сообщение, значит, началась активация механизма ментальной защиты. Ментальная защита включится через пять, четыре, три…
По красному камню пробежала рябь. Я ощутил постороннее присутствие, чьё-то чувство. Это был голод, невероятно сильный, раздирающий голод.
- …два, один, - продолжал медленный отсчёт равнодушный голос Менеланны. От камня в мою сторону выстрельнула красная нить, я зажмурился.
- …ноль, - и я проснулся. За окном ярко светила Большая Луна, на часах было полчетвёртого, я был весь в холодном поту, в ушах звенело слово “ноль”, а мои лёгкие яростно требовали воздуха. Минуты три я просто лежал в кровати и восстанавливал дыхание, боясь даже пошевелиться. Мне казалось, что то существо из сна меня услышит, увидит, и придёт за мной. До чего же у меня всё-таки изворотливый ум - придумал какую-то ментальную защиту от Мени, чтобы выбраться из кошмара.
Дыхание наконец-то восстановилось, звон в ушах утих. Я принял душ, повесил костюм в шкаф, кристалл положил на полочку для подзарядки, лёг на кровать и попытался уснуть. Сон всё не шёл, постоянно в голове вспыхивали сцены из дурного сна.
“Ти, это просто кошмар, ты переутомился. Нужно поспать”, - мысленно уговаривал я себя. - “Завтра тебе нужно будет обязательно пообедать, а то опять будет голодный сон.”
Я крепко зажмурил глаза, медленно задышал, на секунду задремал и тут зазвенел будильник. Четыре тридцать. Пора вставать. Как же не хочется…
Через полчаса я уже спускался со стопкой книг по архивной лестнице, жуя орехи. Практически все книги, которые вчера принесли должники, нужно было перенести на нижний этаж. А это был отличный повод покрутиться в книжном хранилище, вдруг Менеланна появится. Живительная сила костюма мастера Притвика и заряженный до предела кристалл сделали своё дело - в ногах появилась лёгкость, голова прояснилась, настроение поднялось, захотелось сделать что-нибудь эдакое. Я активно крутил головой, надеясь застать девушку, пока неспешно двигался с тележкой по траволатору.
К сожалению, Мени не появилась.
День был таким же суматошным, как и предыдущий: студенты с самого утра скандалили и отдавали книги, жаловались и швыряли книги, фыркали и небрежно бросали книги и всё никак не заканчивались. Вспоминая вчерашнюю измотанность и что я у Флоры Олеговны с Оскаром один такой, я сегодня несколько раз выпроваживал всех из библиотеки, чтобы закрыть её снаружи, спокойно сходить покушать и в уборную. Потом снова возвращался, протискивался сквозь изрядно подросшую толпу и принимался за работу.
- Привет, - под самый вечер у стойки возник смутно знакомый парень. - Вот, ты вчера сказал, что я ещё две книги должен, я тебе ещё не поверил. Был не прав, признаю, нашёл их у своих родителей. Спиши их с меня, пожалуйста.
Я вспомнил - этот парень был вчера самым первым. Я кивнул, отработанными движениями по жетону нашёл его дело, проверил книги, сделал отметку, убрал книги на стеллаж, а жетон - на стойку. Его звали Михаил. Интересно, это не тот самый Миша, о котором вчера спрашивала Лена?
- Долгов больше нет, - я посмотрел на студента, - отметку сделал. И я не зверь, зубов и хвоста у меня нет.
Я чуть улыбнулся, а парень смутился. Значит, всё-таки Михаил.
- Лена тебя вчера надеялась увидеть в зале отдыха, - я принял книги из рук следующего посетителя. - Это такая высокая, со светлыми длинными волосами и постоянно серьёзная.
- А ты откуда знаешь? - вытаращил глаза парень.
- Мы в одной группе учимся, - я повернул голову ко второму студенту: - А у вас долгов нет.
Студент забрал жетон с прилавка, вышел, ему на смену больше никто не подошёл, у стойки оставался один Михаил. Это был последний? Неужели я выдержал?