Injectio платины 2 (СИ)

— А что скажет госпожа Андо? — уже не столь патетично и без прежнего надрыва спросила собеседница.
— Я ей всё объясню, — заверила девушка, решительно заявив: — Нельзя тебе в такой дождь идти. Вымокнешь, заболеешь, кто тогда будет обо мне заботиться?
— Но, госпожа… — замялась служанка.
Подопечная резко откинула одеяло, встала босыми ногами на обжигающе холодный пол и, не обращая внимание на её бормотание, подошла к корзине.
— Вот! — сказала она, протягивая служанке свёрнутый кафтан. — Носи!
Пока она ходила за водой, пока помогала Платиной одеться и привести себя в порядок, дождь заметно поутих.
А когда Ия собралась идти на завтрак, в дверь постучали. Хозяйка дома прислала за гостьей свою служанку с раскладным бамбуковым зонтиком.
— Вот видишь! — довольно улыбнулась Угаре девушка. — Всё само собой разрешилось. И нечего тебе грязь месить по такой погоде.
Дождь продолжался весь день. Под вечер, когда немного похолодало, превратился в мелкие, ледяные крупинки.
Кафтан, который активно использовала служанка, сначала развесили на веранде. Платина втайне очень обрадовалась этому обстоятельству, строго-настрого приказав не убирать его в корзину. А на ночь сей предмет туалета затащили в павильон, привязав к брусьям решётки.
Утром у Ии по плану «заболели» зубы. Она долго и старательно их чистила, но на вопросы служанки только морщилась и махала руками.
За завтраком гостья ела очень мало. Узнав о её проблеме, хозяйка дома настоятельно порекомендовала как можно скорее приобрести необходимое снадобье и даже выразила намерение немедленно, после обеда, лично сходить в лекарскую лавку.
Ученица сейчас же в самых изысканных выражениях принялась отговаривать наставницу, уверяя, что не смеет утруждать благородную даму и непременно пошлёт за лекарством свою служанку, но немного попозже, ибо не хочет отрываться от занятий.
Старушка отнеслась к подобному проявлению почтения довольно благосклонно, тем более, что девушка принесла на проверку очередной экземпляр «Наставлений» императрицы Есионо.
Выйдя перед обедом на сквозную веранду, Платина увидела на заднем дворе Угару и сразу скорчила такую физиономию, что та, отложив нож, которым резала редьку, с сочувствием спросила:
— Зубы, госпожа?
— Они, — печально подтвердила подопечная, жалобно пробормотав: — Сходи, пожалуйста, за лекарством.
— Хорошо, госпожа, — поклонилась женщина, снимая засаленный фартук, и обратилась к служанке госпожи Андо: — Уж прости, Енджи. Дела у меня.
— Да что ты, почтенная! — низко поклонилась та. — Спасибо, что помогла. Да пошлёт тебе Вечное небо долгой жизни и благополучия.
Проводив взглядом Угару, Ия направилась в сад. Подходя к павильону, заметила на перилах веранды кафтан. Пощупав ткань, она убедилась, что та почти высохла. Лишь плечи и швы остались слегка влажными.
Поразмыслив, девушка отнесла его внутрь и, повесив на табурет, пододвинула поближе к жаровне. Потом отыскала в корзине верёвку, сунула её между матрасов и перепрятала кинжал за прикрывавшую стену циновку у входа.
Рассудив, что данный этап подготовки к возможному свиданию можно считать законченным, Платина уселась за столик и, подперев голову рукой, погрузилась в размышления. В очередной раз пытаясь разобраться в собственных чувствах.
Безусловно, ей льстило внимание такого красивого и богатого молодого человека. Если бы их знакомство произошло в её родном мире, девушка с удовольствием встретилась бы с ним и, очень возможно, даже не один раз. Они сходили бы в кино, в клуб, в кафе, просто погуляли бы по парку, болтая обо всём на свете и ни о чём.
Но, если здесь кто-то узнает о том, что приёмная дочь начальника уезда по ночам треплется наедине с малознакомым молодым человеком, то репутация Ио Сабуро будет уничтожена раз и навсегда. Хорошо, если названный папаша позволит уйти в монастырь, а может вообще прибить, чтобы не позорила семью.
С другой стороны, то упорство, с каким Хваро добивается их встречи, указывает, если не на настоящие, глубокие чувства, то, по крайней мере, на нешуточный интерес к её персоне. К тому же барон — круглый сирота, а значит, вроде бы сам может выбирать себе жену?
 
Лицо Платиной на миг осветилось мечтательной улыбкой, которую тут же сменила кислая, досадливая гримаса. Как она могла забыть, что у него уже есть невеста, выбранная давным-давно почившим отцом. Платина достаточно изучила местные нравы и обычаи для понимания того, что барон не сможет позволить себе нарушить волю родителей. В противном случае, он навсегда опозорит себя в глазах окружающих. А для местных дворян это страшнее смерти. Тогда зачем ему встречаться с какой-то «левой» девицей?
Сколько бы Ия не думала об этом, какие бы возможные варианты развития событий не перебирала, неизбежно приходила к одним и тем же выводам: Тоиши Хваро желает сделать её своей наложнице или любовницей.
Причём второй случай казался наиболее вероятным, поскольку о каких-то сколь-нибудь законных отношениях между знатным бароном и приёмной дочерью начальника уезда следует говорить только с отцом. Однако молодой человек желает непременно встретиться с ней.
Тогда остаётся только любовница. Если бы дело происходило в родном мире Платиной, она, возможно, и решилась бы на мимолётный, ни к чему не обязывающий роман с таким красивым, видным юношей, питающим к ней нежные чувства. Но здесь и сейчас… Нет уж!
Ия злобно фыркнула, сбросив на пол бумагу, и тут же испуганно оглянулась, словно кто-то мог видеть вспышку её раздражения.
Листок с примерами ловко спланировал на пол, а счёты замерли на краю, готовые отправиться вслед за ним.
«Так, может, не ходить? — наклоняясь, сама себе предложила девушка. — Но я вроде как уже пообещала. Ну и что? Мало ли что могло случиться? Вдруг меня Угара не пустила? А барон подождёт часик и уйдёт. Небось, не замёрзнет. Не так уж и холодно. Только вдруг он захочет узнать, почему я не пришла, и сам припрётся под каким-нибудь предлогом? Нет. Надо с ним встретиться и выяснить всё раз и навсегда! Расставить точки над «ё»».
Поправив счёты, Платина подумала, что её предположение о том, будто бы служанка перестала ей доверять, кажется, не подтвердилось. Девушка уже два раза спокойно гуляла по ночному саду. И сейчас, отправившись на рынок, Угара оставила свою подопечную без присмотра.
Решив окончательно в этом убедиться, Ия вышла на веранду павильона и, осмотревшись, сразу заметила стоявшего на углу дома Фабая. Увидев её, тот попятился, сказав что-то, очевидно, своей матери, которую Платина видеть со своего места не могла.
«Так вот кого она попросила за мной приглядеть, — грустно усмехнулась гостья, обуваясь. — Хозяйских слуг. Зря что ли она так обхаживала Енджи? Значит, я всё-таки вышла из доверия. Наверное, Угара подозревает, что барон неспроста настоял на пиру в доме Андо. Знает, что мы с ним уже виделись, она же сама со мной у ворот была. Тут ещё эти следы… Видно, не очень она поверила в мои объяснения? Да плевать на их слежку, если бы не свидание. Нет, всё равно пойду, а то потом умру от любопытства».
Возвращаясь из уборной, Ия обратила внимание, что полоумный пацан уже не торчит столбиком, а возится в каком-то сарае с настежь распахнутой дверью, делая вид, будто ужасно занят.
Усевшись на табурет, девушка пододвинула к себе местный аналог калькулятора и принялась за «домашнее задание».
Она записывала результат очередного примера, когда услышала характерный шум. Постучав и не дождавшись разрешения войти, в павильон буквально ворвалась Угара.
— Как вы себя чувствуете, госпожа?
— Немного получше, — ответила та и кивнула на листок. — Вот считаю. А ты лекарство принесла?
— Конечно, госпожа, — женщина продемонстрировала три перевязанные бечёвкой бумажных пакета. — И как отвар готовить, лавочник тоже рассказал. Обещал, что непременно поможет.
— Тогда сделай, пожалуйста, — вымученно улыбнулась Платина.
— Сейчас, сейчас, госпожа, — засуетилась собеседница, торопливо развязывая узел. — Эти я пока оставлю.