В рамках дозволенного (СИ)

Омрачало его одно. Кажется, Тим меня обдурил, свалив куда-то на ночь глядя.
  
— 09-
 
Сказать, что я была напряжена — не сказать ничего. Я была на грани, нервы натянуты, как струны, готовые лопнуть в любой момент от неловкого движения или неправильного слова. Нужно было что-то делать, но… что?
Чёрт побери, да, на всякий случай я прошерстила весь дом и сад, но Тима, конечно же, нигде не было. Оно и понятно! Я, скорее, была бы в полнейшем шоке, если бы нашла подопечного, сидящего на качелях в саду с Моник на коленях. Тем более что кошечку на улицу не выпускают, она истинно домашняя и всемилюбимая. Примерно таким стал и мой Фай в этом доме — уж в ком, а в котах Алевтина души не чаяла.
Вот, кстати, и она приехала. На часах двенадцать ночи, а они с мужем только ползут с работы и не знают ещё, что новая гувернантка не исполняла свои обязанности надлежащим образом и упустила их сына. Надеюсь, так и не узнают, а ещё лучше — не спросят.
— Ладочка, добрый вечер, вы ещё не спите? — привычно бодро осведомилась Алевтина, словно и не было тяжёлого рабочего дня. — Как там Тимоша? Не шалил?
Женщина широко улыбнулась, муж её кинул на меня настороженный взгляд опытного бизнесмена, оценивающего собеседника. Хах, шалил… Ну, это смотря что принимать за шалости. Не-ет, что вы, ничего такого! Он просто сбежал. Куда? Кто бы знал. Есть целый немаленький город с кучей кафешек, клубов и иных забегаловок, работающих всю ночь, с многочисленными домами друзей и подруг, которые точно должны быть у Тима. Есть всё это, и есть я, которая обязана во что бы то ни стало найти подопечного.
Единственный вопрос: как?
— Добрый вечер, — улыбка была практически настоящая, вызванная последним вопросом Алевтины. — Что вы, не шалил, конечно. Всё прекрасно. Кушал хорошо, — добавила, вспоминая, как бегала ему за «яблочками».
— А что нас не встречает? Хорошо себя чувствует? Не заболел? — продолжила засыпать меня вопросами женщина. Нет, ну почему этого допроса не было вчера, когда Тим спокойно сидел в своей комнате, или позавчера, например?
— Он слишком рано встаёт каждое утро на пробежку, выматывается. Сегодня спать лёг тоже пораньше, — слова давались с трудом, царапали горло. Сомневаюсь, что она поверит в такую откровенную ложь.
Ну губах Алексея Андреевича появилась лёгкая улыбка. Казалось, он всё понял, он сразу знал, что сына нет дома, и сейчас сообщит о том мне. Но вместо этого тишину разорвали иные слова:
— Вы на него положительно влияете, Лада. Раньше Тим всегда поздно ложился, выматывал себя всю неделю, а выходные отсыпался, — мужчина рассмеялся. — Надеюсь, вы сможете научить его жить по другому режиму.
Они с женой ещё что-то говорили, но я лишь вежливо улыбалась и кивала, не в силах ничего расслышать. Что, простите? Мне поверили? Или искусно сделали вид, что поверили? Боже, это же откровенное везение. Улыбка судьбы!
Только вот проблема в том, что на самом деле Тима дома нет. А как его искать, не имею ни малейшего понятия.
Явился он под утро, диким грохотом разбудив заснувшую на диванчике в коридоре меня. Тим был весь помятый и вдрызг пьяный, спиртным несло за километр. Не знаю, как он смог беззвучно открыть дверь — а может, это я так крепко спала, — но в прихожую ввалился феерично, сперва повиснув на ручке двери, а потом распластавшись на коврике у порога.
Сон мой как рукой сняло, сознание мгновенно прояснилось, позволяя приметить полноту картины. Ве-ли-ко-леп-но! Несовершеннолетний пьяница явно радовал присутствием своей персоны какой-либо клуб, пока его гувернантка тут с ума сходила, отчитываясь перед работодателями. Надеюсь, он хотя бы вменяемый, а то мне это полудохлое тело ещё до комнаты как-то доставить нужно.
Пока осматривала подопечного, он как раз попытался подняться, но вместо этого вновь с грохотом и стонами повалился на пол. Пришлось поспешить «бедняге» на помощь, пока он не перебудил весь дом — от центрального входа до комнат родителей гораздо ближе, чем от его спальни, — а меня… не уволили, заставив-таки заплатить кучу отступных? Да уж, вот так ситуация.
 
Вблизи Тимофей выглядел ещё более жалко: волосы всклокочены, на светлой рубашке с корнем выдрана парочка верхних пуговиц, джинсы в пятнах какого-то коктейля ядовитого цвета, а на скуле красуются остатки красной помады. Герой-любовник местного разлива. Надеюсь, у него хоть кошелёк не вытащили. Помнится, Алевтина говорила, что у Тимочки имеется кредитка с крупным счётом, чтобы «малыш никогда не нуждался в деньгах».
— О, нянечка, — он усмехнулся, заметив склонившуюся над ним меня, — вы тут.
— Могу уйти, — покачав головой, заявила в ответ.
Чтобы избежать очередного падения подопечного, уже было решившего попытаться подняться, сперва заставила его принять сидячее положение и снять ботинки. Потом ухватила за руку, с превеликим трудом закидывая её себе на шею, и потянула Тима наверх. И в первый момент даже сама покачнулась от тяжести навалившегося тела.
Чёрт, я не затащу эту массивную и высоченную тушу на второй этаж!
— Уходи-ите, — довольно протянул Тим. — Эт пра-аильно…
Я тяжело вздохнула, закатывая глаза. Даже с кучей алкоголя в крови пацан помнит свою главную цель — выжить меня из дома, заставив уволиться. Нет бы оттаять под действием гремучих коктейлей и принять меня с распростёртыми объятиями.
От веса Тима, давящего на меня, ноги заплетались, так что даже не удивилась, когда вдруг запнулась о край ковра и с таким же шумом, как и пацан недавно, упала на пол. Подопечный, собственно, повалился сверху, практически придавливая собой. Нет, не о таких «распростёртых объятиях» я только что мечтала!
— Ня-яня, не копошитесь! — пьяно возмутился Тимофей, когда я задёргалась, стараясь столкнуть его с себя и подняться.
Получилось это лишь со второго раза. А закинуть руку подопечного на плечо теперь было вдвое сложней, ибо Тим сопротивлялся, ему явно понравилось валяться на мягком персидском ковре.
— Ты где был? — спросила, когда мы снова двинулись в путь к комнатам.
— С Джоем, — как будто это всё объясняло.
— И кто он такой?
Кое-как добравшись до лестницы, чуть ли ни сама начала переставлять ноги Тима, чтобы он преодолевал ступеньку за ступенькой. Подопечный противился, то и дело норовя упасть и переломать себе хребет.
Господи, за какие грехи ты наградил меня этим горем луковым? Я девочка хорошая всегда была, послушная, тихая. С противоположным полом шашней особо не крутила, спиртные напитки не распивала, наркотики не пробовала, сигареты тоже. Пожрать разве что люблю… но а кто в наше время не любит?
Или это меня наоборот за то, что ничего в жизни не попробовала, судьба наказывает?
— Ня-ня! — Тим высвободил одну свою руку из хватки, при этом опасно покачнувшись, и легонько постучал костяшками пальцев мне по лбу. — Вы же этот… препод инглиша! Вы должны знать, что такое Джо-ой, да.
Джой, Джой… Он что, имеет в виду «joy»? Это чья-то кличка? Удовольствие, веселье… Весельчак?
— Твой друг? — спросила как-то неосознанно.
— Всем друг, — Тим закивал утвердительно. — Он МС!
А, ну ясно. Парниша смылся от меня в клуб, где сегодня был какой-то знакомый ведущий с дурацким псевдонимом, нажрался как свинья или даже последний алкаш и в таком виде явился домой. Туда, где его в любой момент могут заловить родители, которые, наверное, приставили к любимому чаду гувернантку только чтобы избежать таких ситуаций.
К счастью, коридор второго этажа преодолеть было гораздо легче — то ли я уже попривыкла, то ли Тим хоть немного осознал происходящее и начал сам шагать, а не только висеть мешком. Когда я скинула его на кровать, почувствовала такое облегчение, что сама была готова упасть рядом, плача от радости. Работодатели не поймали нерадивую няньку и пьяного сынка. Ура!
Правда, от напряжения спина у меня отнималась, а ноги подкашивались, но ведь это детали. Всё пройдёт.