Не бойся летать (СИ)

— А почему у нас с тобой не сложится, Лиза?
— А почему должно сложиться? Я тебя толком не знаю, мы с тобой общались в общей сложности всего несколько дней. С первой женой ты жил плохо, вы изменяли друг другу. Я знаю, что ты хороший отец и хороший любовник, а вот какой муж — не знаю. Так, может, остановимся на стадии любовников?
— А ты изменилась за этот год, — задумчиво сказал Гена, как бы между прочим положив ей руку на попу и начиная ее слегка пощипывать. — Стала осторожнее, сдержаннее.
— Так ведь жизнь заставила измениться, Геннадий Валентинович. Я оказалась в трудной ситуации, и мне пришлось рассчитывать только на себя. Замужество, как оказалось, не гарантия ничего, женщина все должна, а мужчина только женился — и уже сразу герой благородный. Все ему сочувствуют. А потом сливается, и женщине приходится одной детей поднимать, еще и на минимальные алименты. Это очень тяжело. Кстати, я не хочу больше рожать. Гена, мне тридцать семь лет.
— А я тебя заставляю?
Она даже сбилась от такого простого вопроса. Взглянула вопросительно.
— Ну, наверное, рассчитываешь на общего ребенка, раз замуж зовешь. Иначе какой в официальном браке смысл? Мальчика, наверное, хочешь, наследника? Я же сказала, что совсем тебя не знаю. Старая я для еще одних родов. Не хочу больше.
Гена смотрел на нее пристальным нечитаемым взглядом.
— Продолжай. Чувствую, у тебя за этот год накопилось.
— Да! Накопилось! — вспылила Лиза, садясь в кровати и начиная собирать свою одежду. — Мне было тяжело! Очень морально тяжело! А ты, вместо того чтобы меня поддержать, решил не утруждаться. Еще и благородных причин себе насочинял. Не знаю, могу ли я тебе доверять, рассчитывать на твое постоянство после таких твоих поступков. Или опять появятся какие-нибудь особые обстоятельства, и ты свалишь в закат. Ты думал, я только и делала этот год, что тебя в окошко высматривала? Что ты меня пальчиком поманишь, и я сразу побегу за тобой? Все это время я много думала и поняла, что то, что достается даром, не ценится. Я устала быть удобной, Гена. Не хочу, чтобы меня использовали. Хочу сама строить свою жизнь, без оглядки на кого-нибудь. Зачем ты меня привез к своим родителям? Ты даже меня не спросил, хочу ли я этого! Ты такой же эгоист, как и Костров! Думаешь только о себе, о своих желаниях!
Сравнение с первым мужем больно ударило по самолюбию.
— Все понятно, ты разочаровалась в мужчинах, и решила отомстить на мне за весь обиженный женский род, — невесело усмехнулся Гена. — Это все? Иди ко мне, моя маленькая феминистка. Иди, не бойся, приставать не буду.
Он притянул ее к себе и крепко обнял. Лиза сначала попыталась сопротивляться, но быстро затихла в его объятиях. И тогда он начал шептать ей на ушко:
— Лиза, я тебя больше не оставлю одну, обещаю. И очень постараюсь поменьше на тебя давить. Не хочешь детей — не надо детей. Мне ты нужна. Только не бросай меня. Прости меня. Я дурак, согласен, и эгоист тоже, но я тебя люблю. А ты? Неужели ты меня разлюбила за этот год? Совсем-совсем?
Лиза сердито сопела и молчала.
— А, может, и не любила совсем? Когда женщина попадает в беду, она становится эмоционально уязвимой. В этот момент любой мужчина, пришедший к ней на помощь, воспринимается рыцарем на белом коне. А любовь так просто спутать с благодарностью, с потребностью в защите, да и просто с влечением, в конце концов. Я там, в Германии, много об этом размышлял. Боялся, вдруг ты просто от безысходности ко мне потянулась. Молчишь? Так и не скажешь ничего?
— Я не верила, что ты вернешься, — шепотом ответила она, утыкаясь носом ему в плечо. — Не верила, что в моей жизни будет еще что-то хорошее. Переживала из-за того, что ты забыл меня. Зачем я, такая проблемная и никудышняя, тебе нужна?
Его объятия стали еще крепче, голос — еще уверенней.
— С тех пор, как ты появилась в моей жизни, я больше не чувствую себя одиноким, Лиза. Уж не знаю, чем ты меня приворожила, но что приворожила — это факт. Я просто хочу быть с тобой рядом, вот и все. Давай начнем все сначала. Я буду за тобой ухаживать, а параллельно решать вопросы с работой и жильем. Не прогоняй меня, принцесса. Я тебе еще пригожусь. Хотя бы для постельных подвигов. Я же в них хорош? Нет уж, теперь твоя очередь, давай признавайся!
 
— Сам же все знаешь! — упрямо прошептала Лиза. И добавила чуть мягче: — Не обижайся. Я не хочу тебя обнадеживать. Ты мне ничего не должен. И… совместимость в постели — еще не повод для замужества, вот!
Гена засмеялся в голос и начал ее тормошить, щекотать и тискать за разные части тела. И не успокоился до тех пор, пока она не начала слабо улыбаться.
— Согласен, но я и вне постели тоже хорош. Знаешь, что, Лиза? Я очень рад, что ты меня дождалась, чтобы предъявить мне все мои прегрешения. И рад, что ты не промолчала, высказалась. Буду заново завоевывать твое доверие. Только не отталкивай меня, пожалуйста. И если что не нравится, сразу говори, договорились? А сейчас знаешь, что? Пошли на озеро встречать рассвет. Я тебе тут одно местечко покажу…
Конечно, не могла она на него долго сердиться, особенно когда он начинал ее целовать. Детям на даче было хорошо, да и самой Лизе на свежем воздухе отдыхалось лучше, чем в городе. И Александра Ивановна словно помолодела, прямо-таки излучала позитивную энергию. Родители Гены выделили ей несколько квадратов земли, и мама Лизы пообещала в следующие выходные привезти семена и посадить там редиску и репу.
Лиза все еще Кострова сидела в кресле на лужайке, укрытая пледом, и щурилась от яркого весеннего солнца.
К хорошему быстро привыкаешь. Лиза еще не знала об этом, но была готова рискнуть. Пусть ей уже тридцать семь, пусть уже есть негативный опыт отношений, приправленный изрядной долей цинизма. Но где-то на самом дне души робко билась крыльями бабочка надежды. Ведь случаются же в жизни истории с хорошим концом. Вдруг и с ней произойдет именно такая история? Вдруг и ее будут любить не потому, что она беспроблемная, покладистая и отходчивая, а потому, что именно она чья-то мечта? Может, когда-нибудь она перестанет ждать подвоха, опять сумеет довериться, захочет официального замужества, совместного быта? Не сдержится однажды и все-таки шепнет заветное «Люблю»? И, может быть, даже решится еще на одного ребенка?
Впереди ее ждал долгий путь к самой себе. Как же непросто это — верить в лучшее. Но и без веры тоже нельзя, Лиза это понимала. И поэтому решила ничего не загадывать, а просто жить. Принимая все то, что судьба ей уготовила. Все неудачи, все неприятности, болезни, разочарования, крушения надежд. Но вместе с тем, она знала, что будут новые встречи, новые впечатления, будет веселый смех ее детей, будут еще вот такие вот теплые солнечные дни. И заботливые мужские руки, обнимающие ее, наверное, тоже будут… Пусть будут.
— Опять заснула, спящая красавица? Не обгоришь на солнце? Может, в тенек?
Она улыбнулась в полудреме и, почувствовав прикосновение мягких губ к своей щеке, потянулась навстречу ласке. Такой непривычной для нее, но от этого еще более желанной.
Конец