Варвар (СИ)

− Рар, − прошептала Вилия, не веря, что всё могло зайти так далеко.
− Молчи, − попросил мужчина, бережно усаживая ее на песок и тут же отстраняясь, чтобы появиться рядом со шкатулкой в руках. – Я хочу, чтобы ты приняла это как символ нашего союза.
Открыв шкатулку, он поставил ее на пол, ожидая ее реакции. Вилия только выдохнула, видя украшение изящной заморской работы.
− Позволишь надеть его? – спросил Энрар, внимательно наблюдая за ней.
− Да, − робко отозвалась Вилия, поднимая глаза и не веря, что у нее действительно спрашивали разрешения, словно она мгновенно перестала быть вещью.
Эштарец даже улыбнулся, застегивая украшение на ее шее, а Вилия растерянно осмотрелась, не веря, что они действительно одни и даже жреца здесь нет. От этого страшная, дикая для нее церемония показалась ей вдруг самым естественным из того, что происходит между мужчиной и женщиной. Осторожно коснувшись испачканной кровью руки, она робко спросила:
− Разве теперь я не должна смыть с нее кровь?
− Я думал, что ты не захочешь этого делать, − прошептал Энрар, но тут же кивнул в сторону алтаря. Там на полу стояла небольшая чаша с водой.
Закрыв на миг лицо руками, Вилия кивнула, не понимая, почему ей вдруг стало так хорошо и спокойно, а затем подползла к чаше, взяла ее и, обмакнув подол своего неприличного платья, стала осторожно промывать рану, перерезывающую старый тонкий шрам, явно оставшийся после иного ритуала. Видеть его было горько, но женщина заставила себя улыбнуться.
− Простите, что не приняла цветок, − прошептала она. – Я не ожидала.
Эштарец хмыкнул и, опрокидывая чашу, дернул Вилию на себя, заключая в крепкие объятья. Не позволяя женщине опомниться, он резко усадил ее к себе на колени и снова жадно поцеловал, явно намереваясь повторить самую жаркую часть ритуала еще раз, но уже медленней и сдержанней, чтобы дольше наслаждаться ее жаркими стонами, которых дома она себе не позволяла.
Вилия, сбитая с толку шрамом на мужской руке, отвечать не хотела, но выдавать свои чувства боялась, потому осторожно сжимала мужские плечи, несмело отвечая на ласку губами, не в силах понять, что с ней самой творится.
− Энрар! – внезапно открыв дверь, окликнул эштарца седобородый Штэрд. – У нас проблемы в порту!
Начальник стражи что-то прошипел невнятно, едва слышно выругался и отстранился, неохотно отпуская Вилию.
− Оставайся здесь, я пришлю за тобой кого-то из служанок, − сказал он, хмурясь. − Я постараюсь вернуться до темноты.
Быстро поправив штаны и подхватив меч, он вышел из зала, не заботясь о пятнах крови на обнаженной груди, а Вилия осталась одна в темном холодном зале на белом песке перед чужим жестоким богом.
У нее не было ощущения перемены. Она не почувствовала себя женой, смутно понимая разницу.
Энрар сказал, что всё будет иначе, а ей казалось, что всё напротив осталось неизменным.
За ней действительно пришла Гарда и стала что-то тихо причитать. Вилия ее не слушала, снимая окровавленный наряд и надевая свое шелковое платье. Даже документы из рук жрец она взяла с полным равнодушием, просто кивнула в знак благодарности и пошла домой, радуясь, что эту странную церемонию она смогла пережить.
Дома же, оставшись одна, она долго ходила по своей коморке, не желая никого видеть и пытаясь всё обдумать. В слова Марды она верила с трудом, но шрам на ладони Энрара вызывал еще больше сомнений. Отгоняя злые догадки, она отправилась в библиотеку, чтобы найти больше информации о ритуалах в Эштаре.
«Едва ли руку режут только на свадьбе», − говорила она себе, листая одну книгу за другой, но ничего не могла найти.
Совсем отчаявшись, она выдохнула и решила посетить источник своих сомнений. Тихо зайдя в комнату, она застала эштарку лежащей в постели с едва приоткрытыми глазами. Смуглая кожа женщины была бледной, губы почти синими, местами покрытые кровавой коркой. Вилия даже на миг усомнилась в своем желании потревожить женщину, но она едва различимо улыбнулась и жестом подозвала ее к себе.
− Не бойся, я пока не умираю, − прошептала она. – Просто сил совсем нет и в голове жарко, словно я опять провела весь день под палящим солнцем, следуя за полком.
 
− Я не хотела вас тревожить, − призналась Вилия, приближаясь.
− Не надо на «вы», − с улыбкой попросила Марда. – Не думаю, что нам с тобой стоит заниматься подобными глупостями. Ведь у нас с тобой один муж на двоих.
Вилия вздрогнула от этих слов, но заставила себя улыбнуться.
− Как ты себя чувствуешь? – спросила она, осторожно присаживаясь на стул возле кровати, явно оставленный кем-то из слуг.
− Бывало и хуже, − призналась женщина, закрывая глаза. – Мужчины иногда бывают страшны в порыве страсти.
− Страсти? – переспросила Вилия растерянно, не представляя, какое отношение страсть может иметь к откровенному насилию. – Кто это сделал с вами? Разве нельзя призвать его к ответу?
Марда усмехнулась:
− Нельзя, − тихо прошептала она. – И ты сама понимаешь, почему и кто это был.
Вилия опустила глаза, соединила пальцы в замок и задумалась.
− Не понимаю, − прошептала она, решив не скрывать от женщины своих сомнений. – Зачем тогда приносить тебя сюда, звать врача и поручать заботиться?
Марда усмехнулась:
− Наверно, он решил оставить меня себе как глупую игрушку, которая сама цепляется за него, но… не думаю, что тебе стоит бояться, он ведь с тобой совсем иначе обращается, верно? Наверняка он хочет, чтобы ты родила ему ребенка, а значит не тронет и будет беречь, чтобы не навредить потомству.
Вилию передернуло. Она посмотрела на женщину с ужасом, только теперь осознавая, что еще на церемонии Энрар выдал всё свое стремление как можно быстрее зародить в ней жизнь.
− А если я не готова? – спросила она, дрогнувшим голосом. – Если я не могу, не хочу сейчас рожать?
Мысль о ребенке почему-то сводила ее с ума. Распоряжаться своей жизнью и своим телом она считала возможным, а манипулировать детьми было для нее слишком подлым поступком. Рожать без любви, только лишь для положения и влияния на мужчину, давшего ей кров, она просто не могла.
− Если ты будешь тянуть с этим очень долго, он будет злиться. Эштарские мужчины выходят из себя, если их жены не обзаводятся приплодом за полгода. Тогда все начинают считать такого мужчину слабым.
− Но ведь ты не понесла и ничего не произошло… Или?
− Все знали, что он не хочет детей, − пожала плечами Марда, чуть приподнимаясь на подушке. – Ты пойми, то был полк, а это город, в котором он занимает немалое положение, достаточное, чтобы обзавестись небольшим гаремом. За его жизнью тут будут следить и не упустят шанса использовать бездетный брак против него.
Вилия вздрогнула, вспоминая недобрый тон Крайда по отношению к Энрару. Да, тот действительно не упустит шанса уколоть подчиненного побольнее.
− Правда сразу после свадьбы ты сможешь какое-то время безболезненно избегать беременности, − продолжала Марда. – Он торопит тебя?
Вилия машинально кивнула, понимая, что доверять этой женщине не лучшее решение, но, не имея никого другого рядом и не зная, как поступить, на иного советчика рассчитывать ей не приходилось.
− Я расскажу тебе, как делать отвары и какую траву для них брать. Это нетрудно, только не пей их долго, если не хочешь, как я, стать женщиной с ни на что не годным чревом. Только начинать лучше за пару дней до свадьбы, чтобы никаких неожиданностей не произошло.
− А если свадьба уже была? – испуганно спросила Вилия, сожалея, что в ее жизни никогда не было старшей женщины, способной дать ей дельный совет.
− Уже? – удивилась Марда так, что даже подскочила на кровати, но, тут же застонав от боли, упала на подушку. – Ох…
 
− Больно? – спросила Вилия с искренним волнением. − Врач оставил порошок, я могу…
− Не надо ничего, − прошептала Марда, выдыхая. – Уже лучше, я не думала, что он так серьезен, в таком случае отваров явно будет мало, чтобы избежать беременности и не потерять его расположение.