Снежная Леди (СИ)

— Ах, любила я парнишу, краше не было в селе, — подпевала им обеим Агнесса.
Все трое были пьяны.
Не успела за нами закрыться дверь, как Агнесса, заметив недовольное начальство, попыталась подскочить со стула и вытянуться по струнке. Не смогла. А вот мутную жидкость из хрустального бокала, стоявшего на столике возле ее места, расплескала.
Жидкость разлилась по ковру, собралась в одну гигантскую каплю и целенаправленно поползла к нам.
— Ба? — вопросительно позвала я.
— Это прерогатива деда, милая, — последовал ответ.
Дед посмотрел на каплю — та съежилась до размеров пылинки и мгновенно пропала. Затем дед перевел взгляд на пьяниц. Те вздрогнули, застонали, сжав руками головы.
 — Ба, тут увольнения практикуются? — задумчиво спросила я.
— Не надо, — пробормотала Агнесса, придерживая голову теперь уже двумя руками, — не надо увольнение.
— И правда, — задумчиво откликнулась бабушка, — тут не увольнение нужно, а отдельная звукоизолированная комната и эта милая девушка в качестве «врача». Думаю, через несколько часов общения с ней выздоравливать от сердечных ран будет сто процентов клиентов.
Агнесса покраснела. Я, в красках представив нарисованную моим воображением картину, рассмеялась.
Горгулья с дриадой выписались на следующий день, предварительно оставив в книге жалоб замечание, что хозяйка гостиницы помешала их душевной беседе с ее заместительницей.
— Видимо, исключительно из зависти, — хмыкнула я, припомнив летавшие по комнате статуэтки и порхавших кентавров. — Не дала напиться до отключки. Ба, ты с принцем троллей говорила?
Бабушка, расслабленно сидевшая в моей спальне в кресле напротив кровати, кивнула.
— Он предложил устроить нечто вроде бала и там дать тебе возможность выбрать из женихов самостоятельно.
Я поперхнулась глотком какао, которое пила сегодня для разнообразия. Брызги разлетелись по всему ковру и остались на нем некрасивыми коричневыми пятнами.
— Мне что? — недоуменно уточнила я, откашлявшись. — Какой бал? Какие женихи?! Ба, он точно не пил компот Агнессы?
— Женихи — тролль, инкуб, вампир. Бал — самый обычный, как те, о которых написано в твоих любимых романах. Почему нет, милая? Откажешь им троим, они соберутся и уедут, зато перестанут питать надежды на брак с внучкой богини любви.
— Вот же, — мне снова захотелось выругаться. Видимо, сказывалась тлетворная обстановка гостиницы. На Земле я себе подобного не позволяла. — Вот почему, скажи, надо прямо послать их троих, чтобы они от меня отстали?! Совсем намеков не понимают?!
— То есть ты согласна на бал? — лукаво улыбнулась бабушка.
— На бал — нет, — я досадливо дернула плечом. — На что-то менее пышное, вроде вечеринки, да. Увы, выбора мне не оставляют.
— Отлично, — все так же лукаво улыбаясь, бабушка поднялась из кресла и не спеша направилась к выходу, — тогда устроим это мероприятие завтра. Незачем тянуть.
  
Глава 30
 
Дункан Грэй давно влюблен,
И в ночь под рождество 
К нам свататься приехал он…
Вот это сватовство!
Приехал в праздничную ночь 
Хозяйскую посватать дочь,
Но был с позором прогнан прочь.
Ха-ха! Вот сватовство!
Затылок взмок у жениха,
Ха-ха! Вот сватовство!
А Мэгги будто бы глуха —
Не слышит ничего.
Он заводил с ней разговор,
Глаза и нос ладонью тер,
Топиться бегал через двор.
Вот это сватовство!
Роберт Бернс. «Сватовство Дункана Грэя»
К балу я не готовилась — смысла не видела. Одежда все равно останется серой, в ней особо не покрасуешься. Да и перед кем красоваться? Перед «женихами», которых я терпеть не могла? Поэтому оставшееся время, чуть больше суток, я провела, погрузившись в гостиничные дела: выгнала Агнессу из кухни, осмотрела номер-люкс, оставленный дриадой и горгульей, на предмет незапланированных «сюрпризов», полюбовалась картинами в номерах и при этом тщательно избегала встречи с Парисом. Он, как будто чувствовал что-то, то и дело попадался на моем пути, но в последнюю секунду мне удавалось ускользать.
 
— Милая, — вздохнула бабушка, появившись в моей спальне минут за двадцать до объявленного вечера-бала, — ты так и пойдешь?
Я оглядела себя: серое платье, рабочее, прямое, длинное, закрытое. Из-под подола кокетливо выглядывают мыски туфель, на этот раз — в тон платью. На лице нет косметики, волосы без прически. Украшений тоже нет. Идеальный вид для нежеланного вечера.
— А что не так? — удивилась я. — Отличный наряд. Практически арестантская роба.
Бабушка поморщилась:
— У тебя всегда было специфичное чувство юмора.
— У меня? Ба, это не я наложила на все наряды заклятие, чтобы они оставались серыми в стенах гостиницы.
— Зато никто из персонала не станет отвлекаться на личные дела, — пояснила бабушка и тут же добавила. — Кто же знал, что все так обернется.
И правда. Кто же знал, что любимая внучка вдруг станет хозяйкой гостиницы и откажется выходить за любого из «женихов».
Вечер только начался, когда мы с бабушкой появились в предназначенном для его проведения номере. На фоне богини любви я выглядела забитой серой мышкой. Ни яркие цвета в одежде, ни искусно наложенный макияж и умело сделанная прическа, ни украшения — ничего такого у меня не было. Да я и не страдала по этому поводу. Как и не страдала бы от назойливого внимания вампира и инкуба, решительно направившихся к нам с бабушкой из разных концов зала. Им наперерез буквально бросился принц троллей. Столкновение было неизбежно. И вряд ли эта троица отделалась бы просто синяками.
 Увы, полюбоваться на такую красоту, как поврежденные части тела у высокопоставленных женихов, мне не дал дед, перегородивший дорогу троллю.
Бабушка быстро сориентировалась и взяла на себя инкуба.
Мне достался довольно осклабившийся вампир.
— Шантара, я и подумать не мог, что у вас такие знатные родственники! — начал он общение.
Я равнодушно кивнула: конечно, не мог, никто не мог, даже инкуб, и тот, видимо, в шоке.
Пока вампир несколько минут усиленно заливался соловьем, я рассматривала помещение.
Приглушенный рассеянный свет, лившийся с потолка, призван был настраивать всех находившихся на романтический лад. Понятия не имею, что ощущали остальные, а я не чувствовала ни капли романтики. Столики с напитками и закуской, расставленные по углам комнаты, я проигнорировала, потому что краем глаза заметила в толпе гостей и сотрудников Агнессу. Кто знает, из чего приготовлены те напитки. Не хотелось бы, попробовав их, ловить вертких бородатых гоблинов по всем этажам.
Вампир, удостоверившись, что я не обращаю на него ни малейшего внимания, удалился ни с чем. Следом подошли и через некоторое время последовали его примеру инкуб и тролль. Я стояла с вежливой улыбкой на губах, безразлично рассматривала зал и чувствовала, как меня буквально обжигает чей-то взгляд. Чей — можно было не гадать. Парис находился в номере, среди обслуживающего персонала, и не мог не заметить моих кавалеров.
— Пообщалась, милая? — послышался рядом голос бабушки. Подойдя, она сменила недовольного своим поражением принца троллей. — Вот, выпей.
Жидкость в бокале показалась мне мутной. Да еще и цвет… Грязно серый, ненатуральный какой-то.
— Что это? — пить совершенно не хотелось.
— Пей, родная, так надо, — бокал буквально прилип к моим губах.
Изумленная странным поведением бабушки, я все же сделала три глотка.
Никакого вкуса. Будто воду пьешь.
— Вот так, умница. Вита…
— Да?
— Есть в комнате кто-то, кто тебе нравится? Как мужчина?
 
Я кивнула.
— Дай ему это понять.
«То есть как — дать понять? Что нужно для этого сделать? Да и зачем?..», — я готова была засыпать бабушку вопросами, удивленная и ее поведением, и нестандартной ситуацией, но ноги уже сами несли меня к Парису, стоявшему вместе с Бартом в другом углу комнаты.