Целого мира мало (СИ)

       Из ванной Настя выходит уже одетой. После того как я умылся, девушка предлагает:
       - Пойдем завтракать, а то отец до вечера не рискнет постучать в дверь, - улыбается она и я послушно плетусь за ней.
       После сытного завтрака с творожниками и сметаной, глотнув крепкого кофе, Настя ведет меня в конюшню.
       По словам Катерины, хозяйки дома, Сергей Иванович с самого утра находится там.
       Настя неспешно идет по заснеженной тропинке.
       - Как же здесь здорово, - вырывается у меня.
       - Самое то, отдыхать от городской суеты, - отзывается девушка.
       Войдя в конюшню небольшого размера, девушка уверенным шагом направляется к стойлу.
       - Арчик, - ласково зовет она животное и то не заставляет себя ждать тут же заржав.
       Я подхожу ближе, чтобы посмотреть на любимца девушки и застываю. Это не собачка и не кошечка. Это завораживающей красоты конь цвета вороного крыла.
       Настя протягивает морковь, предусмотрительно захваченную из дома. Конь подходит ближе и опускает голову так, что девушка смогла соприкоснуться с ним лбом.
       - Это их ритуал, - рядом оказывается Сергей Иванович, и так же со мной наблюдает за общение девушки с конем. - Они всегда так здороваются.
       - Удивительное зрелище, - восхищаюсь я.
       - Пап, где его невеста? - спрашивает Настя, не отрывая взгляда и рук от коня.
       - Через два стойла. Не ставлю их рядом, Арч с ума сходить начинает, - мужчина направляется в глубь здания. - А вот и Ясна.
       Тут находится белоснежная кобылка, так же статна как и Арчи, но ее женственность начинается уже со взгляда.
       - Пап, она прекрасна, - выдыхает девушка, повторив мои мысли.
       - Чего ждете? Они почти готовы. Осталось только оседлать. Я с утра с ними вожусь, - проговаривает мужчина и подошел ближе к белоснежной лошади. - Ясну подготовлю для Ярослава, а ты готовь Арчи, он тебе рад.
       Девушка молча улыбается и возвращается к своему коню.
       Уже минут через тридцать, Настя и Сергей Иванович выводят коней под уздцы на улицу.
       В незакрытом и светлом простаранстве кони смотрятся достаточно мощно.
       - Я никогда не ездил верхом, - пробубнил я, наблюдая как Настя резво забирается на своего Арчи.
       - Это не страшно. Главное помни, заходишь с левой стороны. Ясна спокойна, так что веди себя уверенно, не давай ей понять, что она может быть главнее тебя, - учит меня мужчина. - Далее, левую ногу вставляй в стремя, а теперь переносишь вес тела на ногу и перекидываешь правую, вот, а говоришь что не умеешь, вон как резво забрался, - получаю одобрение от хозяина дома, передавающего мне поводья. - Все остальное дочь тебе расскажет. Не задерживайтесь надолго, обед будет готов через часа три.
       С Ясной мы явно поладили, выслушав инструктаж от девушки мы двигаемся не спеша на прогулку. Идем вдоль поля, по правую сторону тянется хвойный лес.
       - Такой тишины я не слышал со времен детства наверное, - решаю нарушить тишину.
       - Ты не привык отдыхать в таких местах? - Настя удивляется моему откровению.
       - Нет, отдыхать конечно и забыл, когда это делал, но в местах явно не тихих, - тут ухмыляюсь сам своим мыслям. Бедокурил я, будь здоров.
       - Здесь всегда есть о чем подумать, - говорит она, словно сама себе.
       Через пару часов мы возвращаемся обратно к дому. С помощью девушки я под ее руководством покидаю седло лошади и приземлившись на ноги понимаю, что бессонная ночь и езда верхом это предел прочности моего позвоночника.
- Мы с Катериной хотим съездить в город. Есть дела в офисе, да по магазинам прогуляться. Приедем поздно. Так что весь дом в вашем распоряжении, - своим решением удивляет нас глава семейства.
 На лице Насти отображается удивление, и наши взгляды встречаются.
       - Хулиганить не будем, обещаю проследить за вашей дочерью, - смеюсь, чтобы хоть как-то развеять напряженную обстановку.
 
       Когда хозяева уехали, Настю я нахожу в зале. Она укладывает дрова в камин.
       - Я помогу, - подхожу к ней, но ее предупреждающий взгляд останавливает меня.
       - Сама справлюсь.
       За окном уже темно, слышно завывание ветра в скором времени которое нарушило уютное потрескивание огня в камине.
       Настя тихо уходит, а я так и остаюсь в гордом одиночестве.
       - Как ты относишься к глинтвейну? - минут через пятнадцать входит девушка с двумя большими кружками из которых вырывается пар, развевая запах корицы.
       - Положительно, - удивленно смотрю на девушку, уже потом спохватившись, забираю горячие кружки из ее рук.
       - Сейчас принесу мандаринки и еще чего-нибудь погрызть.
       Сидя на теплом ковре перед камином мы разболтались.
       - Я часто вспоминаю универ, - говорю я, не зная, зачем вообще затронул эту тему. - Помнишь “Суслика”? Он вечно боялся принять решение.
       - Попробуй его забыть, - смеется девушка, делая глоток из кружки. - Особенно когда нужно было принять решение, а тебя вызвали к декану. Конкурс в разгаре, я вообще удивляюсь как тебя смогли сорвать с места. Ведь была финишная прямая.
       - У меня было стойкое ощущение, что все это подстава была. Сын ректора был в команде противника. Нас пытались сломить. А второй по старшинству оказался Сусел, вот он попотел, - откидываюсь спиной на стоящий рядом диван.
       - С него пота сошло в три ручья, - успокаивается Настя, повторяя за мной действия и расслабляясь.
       Наговорившись вдоволь, мы замолкаем.
       - Не спи, - шепчет девушка, то ли мне, то ли самой себе, уложив голову мне на плечо.
       За болтовней под мерный треск доносившийся из камина, мы все-таки засыпаем.
  
Глава 21
 
       Просыпаюсь от того, что мне очень жарко. Пытаюсь открыть глаза и понять, что меня удерживает в полусидячем-полулежачем положении. Рука. Мужская рука которая крепко держит меня за талию под свитером. Я ощущаю тепло кожей. И дыхание на своей шее. Черт. Ярослав. Держит так, словно боится меня упустить. От такой картины меня кидает в жар, без того душно, а тут еще и это.
       Стараясь не разбудить мужчину, я выбираюсь из под руки Ярослава. Камин давно погас, свет луны лишь освещает большую комнату. Сколько может быть времени, даже не представлю.
       Перед тем как выйти из зала я укрываю спящего Яра теплым покрывалом. Почему то не решаюсь его разбудить.
       - Пап? Давно приехали? - прохожу на кухню, наливаю себе горячего ромашкового чая.
       - Часа три назад. Не решились вас будить, - отец закуривает сигарету и встает у открытого окна из которого веет морозной свежестью.
       - Давно ты куришь? - удивляюсь виду отца с сигаретой в руках.
       - Катерина не знает, но видя тебя я вспоминаю твою мать и меня тянет к этой гадости, - мужчина поворачивается к окну, отворачиваясь от меня, словно боится что я что-то замечу.
       - Я знаю, как не легко тебе, но мы оба стараемся жить дальше, верно? - я обнимаю отца за плечи и вдыхаю сигаретный дым. Самой иногда жутко хочется закурить.
       - Да. Где, кстати, твой парень? Оставила его мерзнуть у камина? - сажусь за стол и вдыхаю запах уже заварившейся ромашки.
 
       - Да, пусть отдохнет от моего общества, - улыбаюсь своим мыслям.
       - У вас все серьезно? - отец выкидывает окурок в мусорное ведро, закрывает окно и присаживается на табурет напротив меня.
       - Не знаю, - пожимаю плечами, делая глоток напитка.
       - Он на тебя смотрит с нежностью, - при этих словах я чуть не давлюсь чаем.