Хроники Некроманта Программиста том 3 (СИ)

Что интересно, я ни разу не видел в бою ни смуглого лысика, ни его драконессу. Как бы это странно не было, ни Шахас, ни Шесса не потащили никого из этой парочки на арену и лишь изредка махались друг с другом, после чего демоница где-то ныкалась из-за угрозы быть защекотанной до смерти.
При чем тут щекотка? Да было дело. Как-то раз, возвращаясь вместе с Ра’Ал после очередной порции тренировочных тумаков от Шахаса, я как-то не сразу обратил внимание на странную возню и звуки в нашем жилище. Когда мы зашли внутрь, застали Шессу и Шушу за очень сомнительным занятием. Демонесса с кляпом во рту отчаянно извивалась, пытаясь выпутаться из созданных магией золотых веревок, обвязавших её по всем канонам БДСМ-жанра. А на её спине восседала с донельзя довольной физиономией драконесса, в одной руке сжимая подозрительного вида черную свечку, а в другой не менее подозрительную кисточку.
При нашем появлении отчаянный взгляд Шессы наполнился надеждой. Что-то мыча через кляп, она умоляюще смотрела на нас со слезами на глазах.
— Приветик! — радостно поприветствовала нас Шуша и потрясла кисточкой. — Хотите ее пощекотать?
Я развернулся и вышел, прихватив с собой озадаченную Ра’Ал. Ящерку мне, конечно, было жалко, но в данной ситуации помочь ей я был не в силах. Да и в памяти еще свежи были воспоминания о печальной участи домика Чарта, посмевшего помочь игрушке драконессы сбежать.
— А что они делали? — полюбопытствовала Ра’Ал.
Ну вот и что мне ответить ребенку? Еще и тараканы подозрительно тихо себя вели. Они же там, у меня в голове, ничем таким не занимаются?
— Станешь постарше — поймешь, — попытался выкрутиться я и потрепал малышку по макушке.
Ра’Ал прикрыла глазки и с довольной мордашкой чуть ли не заурчала. Поглаживания по голове, определенно, её слабое место. Кстати, той же Шессе она не позволяет себя гладить. Обнимашки-то ладно, но стоит ящерке потянуться к её макушке, как малышка тут же начинает вырываться.
Могут ли поглаживания по голове у демонов иметь особый сакральный смысл? Стоит поинтересоваться как-нибудь.
…
И вот наконец наступил знаменательный день — строительство и подготовка огромного магического концентратора была окончена. Представлял он собой внушительных размеров открытую площадку. Вся её поверхность была покрыта утопленным в каменистую почву сложным узором из черных металлических прутков, покрытых рунами. Все они, словно паутинка, расходились из центра, где располагался огромный обелиск. Рядом с ним находилась невысокая круглая платформа из черной стали, а вокруг еще несколько десятков поменьше. Как и соединяющая их паутина, все платформы были испещрены магическими рунами, но, помимо этого, под каждой находился целый блок кристаллов-концентраторов. Но больше всего их было в центральном обелиске.
Помимо сбора маны в радиусе пары сотен километров и ее концентрации над круглыми платформами, весь этот магический массив мог вытягивать магическую энергию непосредственно из кристаллов. Для этого в центральном обелиске находилась специальная ниша, куда можно было загружать сырье тележками.
И все это добро в довесок было окружено еще шестью небольшими обелисками, формирующими еле заметный магический защитный барьер. Создан он в основном был как раз на случай внезапного бабаха кристаллов-концентраторов. Причем само плетение барьера было переработано Чартом на основе того, что я использовал в своих кристаллах-детекторах. То есть адаптировалось относительно воздействия на него. Плюс имп его немного доработал так, что, если попытаться спокойно пройти через него без магического усиления тела или какой-то подготовленной маги, барьер просто пропустит, не сопротивляясь. В ином случае, чем сильнее воздействие на него, тем мощнее сам барьер. По расчетам Чарта, он должен был поглотить большую часть маны в случае взрыва концентраторов. Так что поселение не сильно пострадало бы, а вот тем, кто на момент бабаха, окажется внутри… не позавидуешь.
Первыми испытателями сего грандиозного магического массива, к моему удивлению, стали Шахас и Шуша. Хоть и казалось странным, что вождь лично идет испытывать на себе нечто, обладающее нешуточной потенциальной угрозой, но по факту он единственный, кто мог пережить возможный взрыв без каких-либо последствий. Ну а драконесса — попросту помешанная на всяких магических приблудах и артефактах маньячка, потому ничего удивительного, что она первой полезла испытывать новую приколюху.
 
Когда Шахас уселся на платформу рядом с центральным обелиском, а шуша на одну из маленьких платформ, Чарт удаленно активировал массив. Потоки маны медленно растекались от центрального обелиска, постепенно зажигая магические руны на платформах и соединяющих их в единую паутину металлических прутьях. Когда система была полностью активирована, над платформами начала концентрироваться мана. Ее плотность вскоре достигла такой величины, что возникло видимое глазу физическое проявление маны в виде алого тумана. Медленно он затянул все внутреннее пространство, так что с трудом можно было различить лишь силуэты.
— Уф! — Шуша выскочила наружу спустя пару минут. — Слишком круто!
От всего её раскрасневшегося тела валил легкий пар. Похоже, для нее такая концентрация огненной маны оказалась своего рода сауной. И, несмотря на явное отсутствие желания вернуться обратно в пекло, она все же выглядела довольной.
Так что в пределах магического массива остался лишь Шахас. И только когда спустя минут тридцать закончились кристаллы в центральном обелиске, и туман из маны стал редеть, а вскоре от него вовсе осталась лишь легкая дымка, вождь встал с платформы и направился к нам. Под взором множества пар глаз, ожидающих его вердикта, он подошел к нам с Чартом и возложил каждому руку на плечо.
— Превос-с-сходно, — изрек Шахас и повернулся к Джероху. — Это отличное мес-с-сто для прорыва. Тебе с-с-стоит попробовать.
Посланник немного помолчал, после чего не без помощи пространственного артефакта материализовал в руке причудливый кристалл. Обладая специфической формой, он напоминал небольшую звезду, излучающую невероятно яркое золотое свечение. Но самое главное, что этот маленький с виду кусочек кристалла обладал просто каким-то невменяемо-чудовищным запасом маны. Правда, атрибут этой маны был крайне специфичен и чем-то напоминал магию, которой пользовалась Шуша.
— Подготовь, — сказал Джерох, протянув Чарту кристалл.
— Подожди немного, стоит проверить, как отреагирует массив на другой тип маны, на чем-то менее ценном, — сказав это, имп передал короткое указание одному из демонов-ящеров.
Тот, прихватив нескольких сородичей, минут через десять прикатил несколько тележек, наполненных демоническими ядрами зверей и кристаллами со смешанной маной. Все это добро было засыпано в специальную нишу центрального обелиска.
Чарт вновь активировал массив и вновь все внутри начало затягивать туманом из маны. Вот только на сей раз он был самого настоящего серо-буро-малинового цвета. И, судя по выражениям лиц окружающих, для них сие зрелище выглядело мерзким. Чарт пихнул меня локтем в бок.
— Ты же хотел много максимально грязной маны? Ну что ж, валяй, а то добро пропадет, — он кивнул в сторону массива.
Естественно, отказаться от такого я не мог, и мне откровенно было пофиг, что остальные считают такую ману грязной. Они просто фишку не секут.
Так что, зайдя внутрь массива, я принялся быстренько впитывать полезную вкусняшку, попутно оценивая эффективность обелиска, вытягивающего и распыляющего ману из кристаллов и ядер, работающего в тандеме с концентраторами. И, надо сказать, были как плюсы, так и минусы. Главным минусом все же являлась довольно значительная потеря маны, в сравнении с тем, сколько я лично напрямую качал из кристаллов. В противовес этому общая скорость поглощения была несоизмеримо выше, по факту через обелиск выкачивалась мана сразу из сотен кристаллов. Сам бы поштучно я их осушал в разы дольше. Вот и получалось увеличение объема впитываемой маны в ущерб энергоэффективности.