Суженая для Темного. Попаданка из пророчества (СИ)
На том и порешили.
Через полчаса вернулась Сивил, лёгким кивком обозначила, что удовлетворена моим выбором вечернего платья, но на этом её одобрение закончилось. Обучая дворцовому этикету, мистрисса, как коршун следила за мной и вела себя высокомерно — каждым словом, каждым движением и даже интонацией выражала недовольство и уверенность в моём сокрушительном провале на предстоящей встрече с наследником. Я так и не поняла, почему — ведь моё поражение означало и поражение моего учителя, каковым в данный момент является она…
Сначала мы репетировали реверанс, а дворцовые официантки, одетые в длинные платья с белоснежными чепчиками и передниками, сервировали стол, притаскивая один за другим всё новые подносы съестного.
— Локти держите чуть ниже. Спину ровнее. Да опустите же плечи! Наклон головы должен быть едва заметным, изящным! Нет, вы решительно безнадёжны!
Не было и речи о том, чтобы в этих нервных условиях стащить что-нибудь съестное для Сягура — бедняжка покачивался на задних лапках у стола и с тоской медитировал на еду. Чёрный нос обнюхивал красиво украшенные блюда, но кахтул умудрялся сдерживаться, только жалобно повизгивал и охал.
— А теперь покажите, как владеете столовыми приборами.
Ну-у… Пожалуй, что никак. Батарея вилок, ложек и ножей, несколько тарелок и тарелочек, бокалов и бокальчиков, три разнокалиберных салфетки — и всё это на меня одну. Сивил без слов прочитала замешательство на лице нерадивой ученицы, мученически закатила глаза и начала нудно рассказывать — как, что, куда и почему…
Это была настоящая пытка! Урок длился часа три, не меньше. Мне пришлось съесть столько еды, что платье натянулось на животе, как на барабане, и в конце концов, я взмолилась:
— Можно чуть позже потренироваться? Больше ну никак не входит, честное слово!
Мистрисса остудила комнату ледяной улыбкой и поднялась со стула:
— Нет, лотта Шамье. Довольно. Вам надобно выспаться, на дворе уже ночь.
Сягур, фыркнув с предвкушением, потянулся лапой к аппетитной куриной ножке, но тут же отпрыгнул от стола, потому что Сивил властно скомандовала в распахнутую дверь:
— Уносите.
В комнату под обиженный вой кахтула вошли всё те же девицы в передниках и быстренько поволокли прочь немалые остатки еды. Мой маленький помощник, гулко сглатывая слюну, дождался, пока закончится этот невыносимый кошмар и завопил:
— Маринушка! Ой, прости, я хотел сказать Айрис! Ещё немножко, и я помру, слышишь? Пошли за ними, а? На кухню! Осторожненько!
— Потерпи ещё чуть-чуть, мой хороший, — ответила я, с состраданием поглаживая мягкую шёрстку, — Сейчас переоденусь, капельку посидим, а потом пойдём. Надеюсь, ночью там никого не будет.
Пушистик протяжно вздохнул, улёгся на пол и сложил лапы на груди на манер покойника.
— Ну чего ты?
— Ничего, — проворчал Сягур, — жду.
Нещадно давившее платье стянула с трудом, нацепила своё, куда более удобное и просторное, и, когда часы пробили час ночи, мы отправились на прогулку по дворцу.
Честно признаться, я понятия не имела, как буду оправдываться, если нас кто-нибудь застукает, и окажется, что девицам нельзя выходить из своих комнат. Но не морить же голодом маленького помощника! Это было бы бесчеловечно…
Зверёк резво бежал, ведомый одному ему слышимыми запахами приговаривая:
— Да-да, вот сюда они шли… Потом сюда… Ой, тут потайной ход — нажми во-о-он на тот камушек. Теперь по этой лестнице! Вниз, вниз! Сюда! Сюда!
К счастью, потайной ход освещался тускло горящими факелами, иначе можно было кубарем скатиться по многочисленным ступенькам, ну а без сопровождающего я бы враз заблудилась в беспрестанно петляющих коридорах. Слава богу, пустых.
— Стоп! — кахтул резко затормозил возле очередной двери, коих тут было великое множество, — это здесь! Всю еду носят отсюда, и отсюда вкусно пахнет.
Собственно, сейчас запах еды ощущала даже я.
— А людьми там не пахнет?
Сягур глянул на меня о-очень сердито.
— Нашла собаку!
— Разумеется, ты не собака, ты намного умнее, — подольстила я своему помощнику, — наверняка сможешь различить пусто там или нет. И по запаху, и по звуку. Попробуй!
Пробухтев себе под нос что-то неразборчивое, но точно нелицеприятное, пушистик притулился к двери и закрыл глаза. Я нервничала, что в любой момент кто-нибудь может прийти хоть с той, хоть с другой стороны, но дёргать его не стала.
Спустя пару минут Сягур отмер:
— Кажется, на кухне никогошеньки нет. Может, мне зайти? Я ж невидимый, если что, подумают — сквозняк.
Ага, конечно, сквозняк. Тяжёлая каменная дверь распахнулась из-за лёгкого сквозняка, которого, кстати, в потайном ходе вовсе не наблюдалось. Но других вариантов я не придумала и потому согласно кивнула.
— Давай. Удачи.
А сама с грехом пополам втиснулась в небольшую нишу за углом. Спряталась, так сказать.
— Иди сюда, Айрис! Тут пусто! — Почти сразу послышался довольный голос моего помощника, а следом за ним громкое чавканье, эхом пронёсшееся сквозь потайной коридор.
Я заперла дверь и огляделась.
Ну что? Кухня поистине королевских размеров. Всё чисто, аккуратно. Я прошлась по периметру, разглядывая посуду, плиты, шкафчики и прочее имущество. Очень удивили два «холодильника»: в одной глубокой нише на толстых ветках висели колбасы и разнокалиберные куски копчёного мяса на косточках и без, в другой — рыба. Самое интересное, что ни холод, ни вкуснющий до невозможности аромат не выходил за пределы этих ниш.
Сягур сидел как раз возле мясного «холодильника» и сосредоточенно жевал. В одной лапе он держал хорошо покусанную кральку колбасы, в другой — ножку, но уже не куриную, а куда более внушительных размеров.
— С собой надо бы чего-нибудь прихватить, — заметил он, отправляя в рот остатки колбасы и сцапав со стола огроменную булку, — а завтра ночью снова придём сюда подкрепиться.
— Лотта, ваш зверь не лопнет от обжорства? — голос прозвучал в тишине пустой кухни так неожиданно, что мы с Сягуром одновременно вздрогнули, причём зверёк уронил копчёную ногу, но тут же подхватил её, видимо, готовый сражаться за пропитание не на жизнь, а на смерть.
Вот! Я же точно знала, что мы ещё встретимся! У потайного входа, кривя губы в подобии иронической улыбки, стоял знакомый маг. Тот самый, который спас меня в таверне от шайки головорезов. И выглядел точно так же, как во время нашей первой встречи.
Я почему-то и обрадовалась, увидев его, и испугалась, из-за чего не сразу поняла смысл фразы. А когда поняла — испугалась ещё сильнее.
— Вы его видите? — севшим голосом спросила, стараясь не поддаваться панике.
— А разве не должен, лотта… Как твоё имя?
— Айрис. Айрис Шамье.
Мужчина подошёл к ошарашенному кахтулу и на мгновение замер.
— Вот оно что, теперь понимаю. Плетение, которое делало его невидимым, исчерпало ресурс. Сила закончилась. Если хочешь, чтобы твой не в меру прожорливый зверь и дальше оставался невидимым, вовремя напитывай заклинание силой.
— Спасибо, — прошептала я, пока не зная, как реагировать на эту, очень своевременную подсказку, — и вы не выдадите нас?
— А должен? — маг едва заметно приподнял чёрные брови.
Я обречённо усмехнулась.
— Не должны, но… можете.
— Как ты очутилась во дворце, Айрис Шамье? — спросил мужчина, не удосужившись ни подтвердить, ни опровергнуть мои страхи.
— Посланник отправил. Приехал искать суженую для Тёмного принца, и во время проверки его камень засверкал.
— Любопытно. Помнится, моя проверка не выявила в тебе даже капли магии. Надень-ка кулон ещё раз.
Он достал знакомое украшение. Казалось, что бесцветные камни спят глубоким сном, но едва коснувшись моей кожи, они радостно вспыхнули и засверкали необычайно красивым, насыщенным лиловым светом. Шею окутало приятное тепло, а в районе солнечного сплетения появилось удивительное ощущение, будто всё встало на свои места. Что «всё» и на какие «свои» места — не знаю. Но точно встало.