Между нами и горизонтом (ЛП)

— Козуэй, мэм? Остров Козуэй?
— Да.
— Аварийно-спасательные службы уже отправлены на поврежденный корабль, мэм. Береговая охрана уже в пути.
— Как скоро они доберутся сюда? Все выглядит очень плохо. Не знаю, сколько времени у них осталось до того, как лодка пойдет ко дну. — Мои слова сливаются воедино. Чудо, что она вообще может понять, что я говорю.
— С минуты на минуту, мэм. Сохраняйте спокойствие. Если вам потребуется дополнительная помощь, пожалуйста, немедленно перезвоните.
— Спасибо. — Я вешаю трубку, не зная, что делать дальше. Кладу все еще спящую Эми на свою кровать и иду искать Коннора на балконе.
— Они утонут, — взволновано говорит он, протягивая мне бинокль. — Волны слишком большие. — Коннор дрожит так сильно, что все его тело вибрирует. — Мы должны что-то сделать.
Ветер рвется вглубь острова со стороны воды, ударяясь о скалы под домом и устремляясь вверх, унося с собой слова Коннора. Едва слышу, что он говорит, но ему очень страшно. Я отчетливо вижу страх в его глазах.
— Хорошо. Мы что-нибудь придумаем. Пойдем внутрь.
Коннор следует за мной, помогая мне, навалившись всем телом на французскую дверь, когда я пытаюсь ее закрыть.
— Иди к шкафу в коридоре. Возьми все одеяла, которые можешь найти, и неси их вниз к входной двери. Ты сможешь это сделать, Коннор?
Он кивает, ждет секунду, моргает и выбегает из комнаты. Я подхватываю Эми вместе с одеялом с кровати и бегу за ним по коридору. Через секунду уже достаю из комода в его комнате теплый свитер для Коннора и мчусь вниз по лестнице вслед за ним.
— Вот, надень это. Найди свои туфли. Принеси и Эми тоже.
— Хорошо.
Он бросается искать свои ботинки, а я бегу на кухню, все еще держа Эми изо всех сил.
Фонарик.
Аптечка из шкафчика над плитой.
Батончики мюсли.
Бутылка виски.
Складываю все эти вещи в сумку и вешаю ее на плечо, затем встречаюсь с Коннором у входной двери. Через несколько мгновений мы уже мчимся по подъездной дорожке в «Лендровере», Эми спит на заднем сиденье, Коннор прижимает бинокль к окну впереди. Свитер, который я нашла для него, слишком велик, как будто человек, который купил его для него, выбирал наугад на три размера больше. Манжеты свисают с его рук, а подол закрывает колени.
— Ты видишь береговую охрану? — спрашиваю я его.
— Нет. Свет погас.
Это плохой знак. Если корабль действительно загорелся, огонь не исчез бы сам по себе. Он погас бы только в том случае, если бы корабль затонул, а это самое худшее, что могло случиться. В зависимости от размера лодки и того, как далеко люди успели отплыть от нее, прежде чем она пошла ко дну, она утянет за собой все, что плавает на поверхности.
Часы на приборной панели «Лендровера» показывают 2:48. Почти три часа ночи. Остров должен был бы спать, но когда я мчусь по узким извилистым дорогам к пристани, в домах, мимо которых мы проезжаем, один за другим вспыхивали огни. Слухи распространялись. На пристани уже собралась небольшая толпа людей, в одних халатах и тапочках, в то время как другие успели надеть джинсы, рубашки и пальто, прежде чем выскочить за дверь.
«Скорая помощь», которая выглядит так, будто видела лучшие дни, припаркована на пирсе, красные и синие огни мерцают в ночи, и парень, которого я раньше не видела, расхаживает взад и вперед рядом с ней, опустив голову против ветра, разговаривая по мобильному телефону, который прижат к его уху.
— Останься в машине, пожалуйста, — говорю я Коннору.
— Но, Офелия! — Он выглядит встревоженным.
— Я серьезно. Оставайся в машине и следи, чтобы Эми не проснулась. Ты можешь сделать это для меня, пожалуйста? Ты можешь присмотреть за своей сестрой?
С минуту он молчит, открыв рот, но потом медленно кивает.
— Ты же скоро вернешься, да?
Коннор расстроен не из-за того, что пропускает действо. Он просто не хочет, чтобы я оставляла его одного.
— Я скоро вернусь, обещаю. Меня не будет всего пять минут, хорошо? Видишь здесь часы? Сейчас два пятьдесят восемь? Я вернусь до того, как они покажут три часа три минуты, клянусь.
 
— Тогда ладно.
Выхожу из машины, захлопнул дверцу и нажимаю на кнопку замка. Оглядев толпу, замечаю Майкла, парня, с которым познакомилась на вечеринке у Роуз, разговаривающего с другим парнем, который выглядит так, будто мог быть его братом. Увидев меня, Майкл махает рукой, приглашая подойти.
— Это «Посейдон», — кричит он. — Барахтается уже целый час. Из ниоткуда налетела буря. Несколько кораблей разбиты о береговую линию. Выше по течению поврежден танкер. Спасители сейчас там пытаются предотвратить утечку.
— А как насчет этих парней?
— Они собираются добраться до них, — говорит Майкл. — Но я уверен, что к тому времени будет уже слишком поздно.
Качаю головой, пытаясь понять, о чем он говорит.
— Значит, танкер имеет преимущество? Сколько людей на другом корабле?
Майкл пожимает плечами. Второй мужчина, примерно на фут выше Майкла, с седой бородой, плотнее запахивает куртку.
— Обычно танкеры в наши дни не так сильно укомплектованы персоналом. Все автоматизировано. Всем управляют компьютеры. Двадцать. Максимум тридцать.
— А на «Посейдоне»?
— Еще меньше. Это просто рыбацкое судно. Пятнадцать парней?
— Значит, береговая охрана имеет дело с кораблем, на борту которого больше душ. — В этом есть смысл. И тот факт, что трюм танкера, вероятно, был полон нефти, стоившей невообразимую сумму денег и способную вызвать стихийное бедствие, если ее не сдержать, не вызывает никаких сомнений. И все же это преступление, что людей оставляли тонуть. — Что же нам делать?
— Отсюда мы ничего не сможем сделать. Лодка Джерри не приспособлена для такой погоды. Другие лодки на острове еще меньше, чем его. Крошечное рыбацкое суденышко на три человека.
Майкл сжимает в правой руке связку ключей, зубья металла врезаются в его пальцы.
— Черт. — Он оборачивается, блуждая взглядом по лицам других встревоженных людей на причале. — Это безумие. Мы знаем этих людей там. Должен же быть какой-то способ добраться до них?
Однако, похоже, никакого решения не приходило в голову ни ему, ни его другу.
— Слушай, у меня дети в машине. Ты можешь дать мне знать, если я могу чем-нибудь помочь? — Указываю в сторону «Лендровера», где вижу бледное, взволнованное лицо Коннора над приборной доской.
Майкл обреченно вздыхает.
— Да, конечно. Думаю, что мы все застрянем здесь, как идиоты, со связанными за спиной руками, но я дам тебе знать.
— Спасибо.
Возвращаюсь в машину, Эми храпит, а Коннор сидит на краешке сиденья, подтянув колени к подбородку и натянув свитер на ноги, так что они совсем исчезли.
— И что они сказали? Кто-нибудь их спасет? — взволновано спрашивает он.
— Да, приятель. Береговая охрана уже в пути. Они скоро будут. — Эту ложь трудно произнести, так как она очень большая.
Никто не поможет бедолагам в воде. Никто не поможет, пока не станет слишком поздно. Жителям Козуэй остается лишь наблюдать, как умирают их друзья и близкие, а позже извлекать из воды тела, а не выживших.
***
Прошло несколько часов. Коннор заснул против своей воли, все еще сжимая бинокль в руке, а Эми продолжает храпеть. Я не смогла бы уснуть, даже если бы захотела. Появились еще люди с фонариками. Затем пришло еще больше людей, неся морские каяки и что-то похожее на деревянные каноэ. Парочка из них попыталась спрыгнуть в бурлящий океан, но каждый раз, когда кто-то пытался это сделать, их отбрасывало на берег волнами. В четыре, а может, чуть позже, солнце начало подниматься из-за горизонта, бросая на берег зловещий серый свет. Даже из машины я видела, как устало и безнадежно выглядели все вокруг, лица напряжены, лбы нахмурены так, что появились глубокие морщины.
 
Коннор укрыт одним из одеял, которые он принес из шкафа в коридоре; Эми уютно устроилась под моим одеялом. Странно, но мне не холодно, хотя при каждом выдохе изо рта валят клубы тумана, а руки посинели.