Целитель чудовищ - 1 (СИ)
Глава 4
Двигаясь к уставшим воинам, Стас был максимально собран. Хоть он и вслушивался в их разговоры, но в тоже время не позволял даже жестом этого показать.
Где-то вдалеке весело засвистели птички. Природа потихоньку приходила в себя после случившегося ужаса. На фоне творившейся вокруг жестокости это было довольно иронично.
— Ох, как же болит, — лежащий в грязи пожилой мужчина, скрючившись, зажимал колотую рану живота. Ордынцеву хватило лишь одного взгляда, чтобы понять, что в сложившихся условиях этому человеку уже не помочь.
Рана была мало того, что очень неаккуратной и глубокой, так еще и полная грязи. Видимо, раненный упал животом на землю и какое-то время полз, пачкая внутренностями траву.
— Отец, не беспокойся, я приведу лекаря. Он обязательно поставит тебя на ноги! — сидящий рядом с раненным стариком сын отчаянно схватил родителя за плечо.
— Генитиро, ты же сам знаешь, что настоящие лекари не станут ничего делать в столь сложной ситуации, — старик попытался успокоить сына. — А те шарлатаны, которые идут в обозе, вгонят меня в могилу еще раньше. Остается только позвать оммёдо. Может помощь духов окажется кстати…
Стас не стал дальше слушать, коль уж он в любом случае не мог помочь.
— Смотри, какую цацку я нашел! — один из асигару радостно пританцовывал, тряся рукой с красивым ожерельем из жемчуга. — Наверное, этот урод прихватил, когда захватил город Тибату. По любому растряс каких-нибудь богатых торгашей. Уж нам, бедным крестьянам, такого богатства ни в жизнь не видать!
— А ну отдай, — стоявший чуть в стороне боец вцепился в руку своего «товарища» и начал ее активно тянуть на себя. А так как он был крупнее, то делал это не без успеха. — Такому как ты дураку такие ценности ни к чему. Пропьешь и все, а я может еще своей принесу.
— Ах ты ёкай, и отрыжка злых духов! — двое копейщиков рухнули на землю и начали по ней кататься, осыпая друг друга тумаками и зуботычинами. Окружающие их бойцы начали лишь посмеиваться, изредка подзуживая каждого из драчунов.
Стас покачал головой, видя, как ожерелье, не выдержав давления разлетелось на жемчужины, которые ухнули в окружающую кровь и грязь.
Кто-то бросился в кучу малу, чтобы успеть собрать хоть что-то от чего потасовка вспыхнула с новой силой.
Десятки разговоров, драк, потасовок и конфликтов. Иногда недобитые враги успевали даже убить одного из победивших воинов, но его тут же затыкивали всей толпой.
Стас старательно запоминал, как люди вокруг строят предложения, как они ругаются и матерятся.
Его разум удивительно точно работал даже несмотря на все случившееся. Стас не знал, было ли это заслугой новой молодости или просто стресс подстегнул раскрыть скрытые резервы.
Видел он и как появившееся начальство в виде самураев наводит порядок. Случившийся разброд, как понял Ордынцев, произошел из-за критических потерь в высшем составе обеих армий. Обычными асигару оказалось просто некому управлять.
Однако среди всего этого хаоса были и полезные вещи.
— Ты слышал? Говорят, отряд из провинции Косю был полностью уничтожен. Им не повезло попасть под удар самураев и их всех уничтожили.
— Проклятые Отомото! Почему они решили пойти на нас войной?!
— Поговаривают, опять во всем виноваты проклятые кланы воителей.
— Да пусть они сгорят в свете Аматерасу! Если бы все воители сдохли, вот бы обычным людям жилось бы свободнее… — дальше собеседники понизили тон
Эта информация немедленно привлекла внимание Стаса, который двинулся следом за общающейся двойкой, стараясь держаться вне поля их зрения.
К сожалению, они больше ничего не сказали путного, однако они вывели Ордынцева к тем, кто это сделал.
Тройка присевших на вывернутое с корнями дерево асигару делились друг с другом наболевшим, попутно перемывая косточки начальству.
— …Слышал? Хотэка Косю погиб вместе со всем своим отрядом! Говорят, дрался он как настоящий дракон.
— Да уж. И кто теперь принесет родственникам погибших хоть что-то из вещей погибших для обряда погребения? Не хотел бы я, чтобы с нами такое произошло. Да и быть поминальным курьером участь из последних.
— Угу, — второй крестьянин печально покачал головой. — Говорят если не провести обряд, то твоя душа будет вечно скитаться по всему миру без надежды на покой. А там недалеко и до того, чтобы все возненавидеть. Ну а дальше понятно, прямая дорога в ёкаи.
— А ты откуда все это знаешь? — удивились его собеседники
— Да, заходил к нам однажды один бродячий монах. За вкусную похлебку и крышу над головой, он нам рассказал зачем существуют обряды…
«Значит Хотэка Косю», — Стас пониже опустил голову, чтобы его ухмылку никто не заметил: «Это здорово упрощает мою задачу».
Ордынцев остановился. Требовалось подбить имеющуюся информацию под общий знаменатель.
В животе мужчины неприятно заурчало, время уже подходило к середине дня, а он так ничего и не поел, хоть очень много нервничал, дрался и ходил.
Плюс, не стоило забывать, что в момент переноса у него была ночь, и он вскоре собирался поспать. Теперь же был наоборот день.
Ордынцев потряс головой и тут же пожалел об этом, когда ее прострелило болью.
«Как там говорил этот Канси? У них всегда есть хорошая еда? К тому же, если верить его словам, некий „Господин Тэйчи“ далеко не самый плохой господин. Прибавим сюда его приглашение и скажем прямо это пока что лучший выбор, который у меня есть. Хоть этот Канси и невероятно мутный тип».
Внезапно под животом что-то зашевелилось.
«Леви!» — Стас быстро огляделся, удостоверившись, что никого рядом нет и, отогнув ворот кимоно, посмотрел на змейку.
Та выглядела откровенно плохо. Мужчина с ужасом отметил капельки крови засохшие возле ноздрей его любимицы.
— Тише моя хорошая, — Ордынцев погладил ее кончиками пальцев, успокаивая. Шевеления прекратились, и Левиафан снова замерла, видимо, потеряв сознание.
«Долбанные местные», — со злобой подумал Станислав, двигаясь следом за остальными воинами прочь от места сражения: «Долбанное средневековье с его звериными законами и абсолютным пренебрежением к человеческой жизни. Я же пытался мирно договориться, но нет. Обязательно нужно выбрать плохой вариант. И где ты теперь? Потихоньку гниешь в овраге и если местные крестьяне говорили правду, скоро восстанешь каким-нибудь богомерзким ёкаем».
Мужчину передернуло: «Очень надеюсь, что все эти разговоры, всего лишь болтовня необразованных крестьян, а не вполне себе реальные факты об этом мире. А то не хотелось бы проснуться ночью и обнаружить у себя в постели безлицого мертвяка».
В данный момент командиры отрядов старательно собирали оставшихся в живых раскиданных повсюду бойцов и направляли их назад к обозу и палаткам.
Выжившие в большинстве своем были радостными и веселыми. Благодаря мародерке в их карманах позвякивала медь и серебришко. Золота не было, так как ему неоткуда было взяться у обычных асигару.
Стасу не к кому было присоединится, но он все же сумел занять место в одной из самых крупных колонн, где на него не особо обращали внимание.
То и дело к возвращающимся асигару подходили стайки призывно хихикающих женщин, одетых в разноцветные юкаты, вариацию летнего кимоно, прикрывающиеся широкими веерами.
Не надо было быть семи пядей, чтобы узнать в них представительниц одних из самых древних профессий. Ночные бабочки, шлюхи, проститутки или куртизанки — у них много имен, но суть, как не крути, одна.
Тем не менее, когда впереди показались бесконечные ряды тканевых палаток, стало понятно, что требуется что-то решать.
— Извините, — Стас вежливо поклонился остановившемуся воину лет тридцати. Тот тоже был ранен и замер, чтобы отдохнуть, опершись о копье.
— Че тебе сопляк? — асигару мазнул по Ордынцеву раздраженным взглядом. — Пошел демонам в жопу. Я не хочу разговаривать.
Стас недоуменно замер. К своим тридцати двум он как-то отвык от претензий к его возрасту. Правда в ту же секунду он вспомнил о чудесном омоложении, которое предоставил этот мир, и некоторая часть раздражения исчезла.