Особенности воспитания небожителей (СИ)
— Откуда ты тут взялась?! — возопил шиди из норы.
— Милый, я всегда была рядом. Настолько рядом, что практически на тебе. Кстати, не смей смотреть на посторонний бамбук такими глазами, если не хочешь, чтобы я сожгла всю растительность в Поднебесной.
— Значит, все-таки поясной медальон, — хмыкнул Юэ и протянул мне открытую ладонь, явно намекая, что не прочь получить выигрыш. Эх, а я ставил на подвеску с рукояти меча. Шиди ведь так его холил и лелеял… Ладно. Все веселье потом. Пора встретиться лицом к лицу с… отцом.
— Тут проход дальше, — доложил тем временем шиди. — Спускайтесь.
Глава 49
Янли:
Упс… так вот почему я забыла даже про планы побега, настолько меня захватила идея поковыряться во внутреннем мире демонов? Досадно.
Главное, побочный эффект мне не нравится. А еще не нравится то, что даже четкие опасения насчет матримониальных повелительских планов не могут перешибить азарт, с которым я продолжаю потрошить брюшную полость нечеловеческого трупа. Не зря я когда-то хотела вообще перейти на кафедру патанатомии…
— О! — Пальцы все же нащупали в зловонной жиже нечто явно постороннее. — Кажется… хм. Это был золотоносный демон?
— Какой? — удивился Тиньмо, заглядывая мне через плечо.
Я вынула руку из кишок и тут же сунула ее в ведро с водой. Прополоскала добычу и предъявила главдемону неправильной формы мятую штуковину величиной с половинку кедрового ореха. Золотую. А самое главное, внутри этого зернышка я каким-то непостижимым образом чувствовала притаившуюся жизнь. Недобрую такую жизнь, спящую в ожидании… чего-то. Интересно, это был не запах, запахи я филигранно отфильтровывала на вдохе, чтобы не умереть от сенсорного шока, дохлые демоны со вскрытым кишечным трактом — те еще ароматизаторы. Это было скорее похоже на смесь интуиции с МРТ. Неужели мои новые способности так шалят? Развиваются?
— Ее надо вскрыть аккуратно, — озабоченно констатировала я. — Если видовой особенностью этого демона не было питание драгоценными металлами или он не являлся существом, которое этими металлами испражняется, то значит, в его кишках эта штука посторонняя. Я бы решила, что он по ошибке проглотил, но она там не одна, а еще у двух других я что-то похожее через невскрытые стенки прощупывала. Надо разрезать и глянуть.
— Демоны не едят золото, — задумчиво констатировал Тиньмо, разглядывая находку. — И не… то, что ты сказала, тоже не делают. — Хм, какой приличный демон, даже не сквернословит. — Мы можем переварить камни и металл, но не потому, что мы ими питаемся.
— Желудочная среда у вас агрессивная, — кивнула я, азартно выковыривая следующий «орешек». — Судя по тому, как она окисляет нож, гораздо агрессивнее человеческой. Но золото — инертный металл, оно не боится кислоты. А камни, судя по вот этим наростам на стенках желудка, вы не перевариваете, просто дробите в песок. Который потом выводится естественным путем.
— И что это значит?
— Логика подсказывает, что после попадания в ваш организм паразиту нужно хорошее прикрытие, прежде чем он доберется до уязвимых частей тела. — Я потыкала пальцем в третий желтый орех. — Золотое покрытие подходит идеально: его не раздробить, только помнется, и не растворить в желудочном соке. А вот ниже, в кишечнике… Так, помоги мне вытащить вот эти петли. Вскроем сразу.
— Знаешь, — похоже, демона все же слегка проняло, — мне кажется, на сегодня хватит. Изучи то, что ты уже выковыряла из моих подданных. Нам пора отдыхать и ужина…
Тиньмо еще раз осмотрел живописные ошметки «подданных», размазанные по всей демонической столовой, и про ужин замолчал. А зря.
— Ну ладно… вскроем сначала то, что похоже на цисты, остальное потом, — согласилась я, тщательно заворачивая добычу в салфетку и пряча в карман. — Мне будут нужны еще трупы, желательно менее похожие на людей. Интересно же… А что там на ужин? Я проголодалась, кстати.
— Хм, — сказал крапчатый звездун и вдруг бесцеремонно подхватил меня на руки. Я пискнуть не успела, как почувствовала свой лисий хвост в его руках. — Пока мы идем в мои покои, тебе лучше быть в этом облике. Мне не нравится, как на тебя смотрят… все.
Я только тявкнула с досады. И тут же попыталась зубами достать дурацкий ошейник, который на меня-лису нацепили. Он явственно и не очень хорошо влиял на мои мозги, заглушая все, кроме маньячного желания исследователя-потрошителя. А еще у меня вдруг закружилась голова, и тело бессильно обвисло в руках повелителя. Это еще что за?..
— Хм… — Тиньмо задумчиво поднял мою расслабленную тушку на уровень собственных глаз, покачал ее из стороны в сторону и слегка нахмурился. — Кажется, глядя на твое поведение, я успел забыть, что передо мной всего лишь хрупкая человечка. Твоей ци недостаточно даже для такой мелочи… — И после этих слов в меня полилась лава. Ну, мне так показалось.
Стало так больно, что я взвыла страшным лисьим воем и что было сил вцепилась зубами в то, что первое подвернулось, — в руку наглого демона. Прокусила до крови, подавившись солоновато-перечным вкусом.
Его энергия жгла и грызла меня изнутри, коварно подбираясь по меридианам к устало пульсирующим средоточиям разноцветия и особенно настойчиво атакуя нежную зелень у меня в груди. Чувствуя, что еще немного — и все, я снова яростно взвыла и вместе с повелительской конечностью выплюнула излишки его неправильной энергии.
Разноцветный вихрь прошелся изнутри по телу, словно промывая его, растворил уже впитавшуюся демоническую энергию и… вместо того, чтобы выбросить ее вон… м-м-м… съел? Поглотил? Утянул куда-то вниз, в алые сполохи жажды жизни. Притаился там, тихо мерцая и согревая меня, словно маленький костер в ночи.
— М-да. М-да. М-да. Почему ты такая неправильная, вот скажи? — Кажется, кто-то неподдельно огорчился… — Что ты наделала? Теперь минимум несколько дней нельзя менять твой облик! Так и будешь лисой. Если я попробую превратить тебя насильно, ты просто умрешь, а я не хочу. Я еще не… просто не хочу, и все.
Меня аккуратно положили на что-то мягкое и накрыли чем-то теплым. Голос Тиньмо жужжал и жужжал над головой, постепенно уплывая в сонный туман.
— Я рассчитывал на приятную ночь в постели с новой женой, и что в итоге? Не могу же я заниматься весенними утехами с лисой. Которая меня еще и покусала. Нагло. — Человеческий облик демона снова изменился на мерцающе-звездный, и большая рука, похожая на небесный купол, накрыла мою голову. Но в этих движениях, так же как и в интонации, не было ничего угрожающего, потому я только зевнула, фырканьем выражая свое отношение к наглым поползновениям. — Может, мне спеть тебе колыбельную, лисичка? Я придумал ее для сына, но могу протестировать на тебе. Она про уничтожение мира…
— Пожрать лучше дай, — поскольку из моего горла все равно вырывался лишь сердитый скрип, в выражениях я не стеснялась. — Потом. Утром…
Отчего-то вспомнились годы, когда работала три смены подряд без санитара, с одним водителем. Тогда на третьи сутки так же мир чуть звенел и казался сложенным из стеклянных кубиков: коснись неосторожно — и рассыпется. И так же все время хотелось не есть, а именно жрать.
В эмоциях и словах врачи скорой помощи в третью смену подряд себя не ограничивают.
— И сними уже этот долбаный ошейник! А то и тебя самого вскрою из одного исследовательского интереса…
Так тебе и надо, соблазнитель крапчатый. Хоть одно полезное дело вышло из твоих шуток с лисьим обликом: затащить в постель меня не получится. Еще несколько дней. Сам сказал.
А к тому моменту, как это станет возможно, я уже придумаю, как от тебя сбежать. Обязательно.
Потому что в постель я хочу ложиться только со своим недобитым горным лордом, а не с каким-то рогатым звездным небом… то есть демоном. Каким бы теплым и плюшевым он ни был.