Особенности воспитания небожителей (СИ)
— Что такое паразиты? — удивился хозяин застолья и посмотрел на комочек в своих палочках слегка недоверчиво.
— О, — обрадовалась я, мысленно мстительно потирая руки, — это ты удачно спросил, как раз к столу. Сейчас расскажу тебе о том, какие бывают последствия у сыроедения. Про ленточных глистов слышал? А про мутирующие вирусы, которые столетиями живут в животных, но заражают лю… демонов? А про описторхоз? Нет? Так, короче, садись поудобнее, это будет долгий разговор!
Глава 36
— Хм, это было познавательно. Хотя не думаю, что столь мелкие низшие сущности могут выжить в желудке демона, способного растворять в себе без следа драгоценные металлы и камни. — Демон задумчиво подпер кулаком подбородок, длинным ухоженным ногтем другой руки вороша новорожденных мышат. Но в рот больше тащить не стал. Отодвинул подальше. Надо сказать, что во время лекции он пару раз все же слегка, почти незаметно, скривился и чуть-чуть позеленел, но в целом перенес ее на редкость стойко. Наверное, наглядных пособий не хватило, чтобы пронять как следует.
— Ну, пока не проведешь исследования, уверенности нет, — немного сбила градус его спокойствия я. — У демонических тварей и глисты должны быть демонические, если следовать логике развития. Нерастворяемые.
— Хм… хм… В жуках тоже есть глисты? — Мужчина щелкнул палочкой по крупному насекомому, пытающемуся вылезти из тарелки.
— Понятия не имею, я не специалист в демонической энтомологии.
— Значит, от подобной еды ты можешь легко заболеть и даже умереть, не переварив мелких сущностей. Поэтому тебе нужна исключительно вареная или жареная пища? — уловил главное похититель.
Вот именно, я, по правде говоря, больше опасалась за свой желудок, чем за здоровье незнакомых демонов. Поэтому кивнула:
— В целом вывод верный. Остальные пусть заботятся о своем пищеварении самостоятельно.
— Я узнаю… болеют ли другие демоны чем-то похожим на то, что ты описала, — озадачился похититель, в его глазах мелькнула перламутровая дымка почти детского интереса и легкой опаски. Но он тут же встряхнулся и подвинул ко мне глубокую миску с чем-то темным и каменным на вид.
— Тогда вот, держи. Это «Черепаха в железной рубашке». Она вареная… — Тут он предвкушающе улыбнулся и продолжил: — Рецепт ее приготовления достаточно забавный. Нужно взять живую столетнюю черепаху и посадить ее в холодный пряный бульон, а потом медленно и постепенно нагревать. Черепахе становится жарко, и она начинает пить бульон. В конце концов, когда температура воды становится невыносимой, черепаха умирает, наглотавшись бульона, и становится мягкой и вкусной снаружи и изнутри. Считается деликатесом.
— Высокая кухня во все времена была для извращенцев, которым делать нечего и время девать некуда, — прокомментировала я, давя приступы дрожи и тошноты. — Черепаху жалко, но, с другой стороны… вареных раков я тоже ела, там процесс не сильно отличается, если подумать. Как ее из этого панциря выковыривать?
— То есть будешь есть? — еще раз уточнил принц. — Хм. Я думал, скажешь мне, что это слишком жестоко, и…
— Так она все равно уже вареная, — пересилила я себя. Тут главное — не показывать страха, как и перед любым хищником. Иначе он просто разорвет тебя на кусочки. — Какой смысл обесценивать страдания несчастного животного? Легче ей от моего сочувствия не станет. Другое дело, что сама я в жизни не буду так заморачиваться: припечет мне с голодухи и в отсутствие другой провизии съесть черепаху — сварю и съем без этих долгих ритуалов.
— Ты странная, — повторил хозяин застолья. — Ты уверена, что ты не демон?
Он даже протянул ко мне руку и пощупал воздух перед моим лицом. Потом медленно убрал ее и склонил голову к плечу.
— Нет, точно не демон. Значит, ты еще более странная, чем я подумал сначала. Но от этого я чувствую еще большее возбуждение.
— Лучше ешь побольше, — поежилась я. — А то одним возбуждением сыт не будешь.
— Почему ты не зовешь меня по имени? — вдруг спросил он, когда от черепахи остался один панцирь. Вот же дурь на самом деле: сто лет животина растет, а если ее тупо жрать — то там мяса на два укуса. Вообще того не стоит. Уф… что он там спросил? Ой.
— М-м-м… склероз? — предложила я объяснение.
— Что? — не понял демонический товарищ.
— Память плохая.
— Настолько, что не помнишь имени самого могущественного демона в трех мирах, к которому сама и взывала? — хищно и опасно улыбнулся похититель. Кажется, ему что-то не понравилось в моем ответе. Сильно не понравилось. А что делать, другого нету.
— Совсем память плохая, — мгновенно отмазалась я, подальше отодвигаясь от стола и от опасного демона. — Вот просто дыра на дыре. Наверное, головой часто ударялась.
— Когда это ты успела? — Красиво очерченная бровь чуть изогнулась скептически.
— Не помню! — с готовностью заморгала я.
— Вот как… Я ненавижу, когда мне лгут, смертная. Или что-то скрывают… — В комнате начали сгущаться сумерки, будто кто-то высасывал из пространства весь свет. Кожа моего похитителя тоже пошла темными волнами, а глаза загорелись тем самым лунно-желтым. И запах снова изменился. Я всем существом ощущала его раздражение и зарождающуюся бурлящую ярость.
— Клянусь своей жизнью: понятия не имею, как тебя зовут. Если и знала — то забыла! Ритуал был сложный, а я маленькая еще! — И подняла три пальца к небу, глядя на демона честными глазами сиротки Марыси. Одновременно мысленно прикидывая, что ближе всего драпать под кровать в спальне. Она как раз за дверью, дверь раздвинута, и я вижу цель. Там щель узкая, я влезу, а вот этот амбал с его широченными плечами — точно нет.
— Клянешься? — Спецэффекты слегка поутихли, но взгляд демона все равно не сулил ничего хорошего.
— Ага! — подтвердила я и рванула с низкого старта. Одно мгновение — и ужом скользнула под богато убранную лежанку, распугав несколько пищащих подушек. Уф… фу, здесь пыльно.
— Пчхи!
Рядом послышался звук медленных, но неотвратимых шагов, будто я участвовала в фильме ужасов и к кровати величаво топал то ли каменный гость, то ли еще какой чужой монстр.
— Это первый и последний раз, когда я прощаю тебе подобное. Но знай, девочка, — под кровать заглянули два ярко светящихся желтых прожектора, — ты жива лишь благодаря моему интересу. Если мне хоть на секунду покажется…
— Чихать тоже нельзя? — уточнила я осторожно, воспользовавшись паузой в его словах. Он, конечно, весь грозный. И реально страшный. И вообще. Но я уже заметила, что его можно сбить с настроя неожиданным вопросом или странным действием. Тогда демоническое любопытство пересиливает злость, и шансы уцелеть повышаются на глазах.
— Чихать? Что это? — предсказуемо озадачился он.
— Апчхи! — Грязи тут было и правда многовато. — У тебя плохо убирают, мне пыль в нос попала. А когда такое происходит, то организм человека непроизвольно пытается вытолкать ее наружу. И получается такой вот… а-апчхи! Я не могу… остановиться… Пчхи!
Это что? Землетрясение? Почему кровать дрожит и подпрыгивает?
А… нет. Это просто могучий демон, рассевшись на ней, бессовестно ржет.
— Меня зовут Тиньмо, смертная. Советую запомнить это имя накрепко и не уронить ни в какую… дыру памяти. Иначе пожалеешь.
— Если не будешь бить меня по голове, точно не забуду! — пообещала я, мысленно трижды послав этого гордого имяносца по заветному трехбуквенному адресу. Чтоб он туда пошел… и обратную дорогу забыл!
Глава 37
Юншен:
— А что я должен был подумать?! — сердито гудел басом господин Тан, неодобрительно сжимая в сильных пальцах крохотную фарфоровую чарку. На этот раз привычная посуда была заполнена не жасминовым чаем, а крепким рисовым вином, которое глава поместья себе сам и налил, проворно выудив из некоего ящика. — Посыльный какую-то околесицу бормочет, я только и понял, что дома беда. Вернулся — вроде не горим, но у женщин во дворах лица, словно сорокам горшок с блестящими колечками показали. Сюда сунулся — и что увидел?!