Койн (ЛП)

Опустив руку, я обхватил свой пульсирующий член и провел им вдоль влажной щели, а потом поддразнил головкой анус и надавил, отчего Хэдли вцепилась ногтями мне в предплечья.
— Я могу трахнуть тебя сюда. Прямо сейчас. Ты не скажешь и слова, — протянул я насмешливо. — Только заплачешь, как маленькая девчонка.
Хэдли всхлипнула, на ее прекрасные глаза навернулись слезы.
— Больно. Ты такой большой.
Я улыбнулся и толкнулся чуть глубже. По ее вискам покатились слезы, но Хэдли так и не оттолкнула меня.
— Проси меня сделать тебе больно, Хэдли.
— Койн.
Я медленно проникал ей в задницу, она была невероятно тугой и буквально пульсировала от жара. Будучи жестоким ублюдком, я даже не смазал ее. Должно быть, у Хэдли там все горело, как в аду.
Отстранившись, я легко толкнулся в ее влагалище, чем заставил Хэдли зашипеть, а потом снова пристроился к анусу. Надавливая, я пытался пробраться в ее задницу. Хэдли вся сжалась, отказываясь впускать меня. По моему лбу уже тек пот, забираясь в глаза.
— Хэдли, впусти меня, мать твою.
Она всхлипнула, но постаралась расслабиться.
— Сделай мне больно.
— Хорошая девочка, — похвалил я ее, а потом толкнулся внутрь. Она так сильно вцепилась в меня ногтями, что, скорее всего, пустила кровь. — А теперь прекращай, черт побери, царапаться и раздвигай свою задницу.
Хэдли вздрогнула, но послушалась и опустила руки. Такая хорошая девочка. Красивая и покладистая. Она стала раздвигать ягодицы, впуская меня внутрь, но мне все равно пришлось сильно давить и толкаться, чтобы полностью погрузить член. Ее тело не засасывало меня, о наоборот старалось вытеснить наружу. Отвергнуть. «К черту все это. Она моя». Я жестко рванулся вперед, заставив Хэдли закричать.
С ее губ сорвались рыдания, а пальцы снова стали впиваться мне в кожу.
— Тебе больно, детка? — спросил я.
Хэдли кивнула.
— Хочешь, чтобы я остановился?
Она отрицательно мотнула головой.
— Потому что тебе нравится, когда я делаю тебе больно?
Еще больше слез. Всхлипы. И кивок.
— Все потому, что ты хорошая девочка, — похвалил я ее. — Моя хорошая девочка. Которая принимает большой толстый член в свою задницу, несмотря на боль.
Я просунул два пальца в ее влагалище и согнул их внутри. Хэдли выгнула спину, сильнее сжав мой член. Точку G найти оказалось даже слишком просто. Она буквально пульсировала, нуждаясь в ласке. Я принялся гладить ее внутри снова и снова. Пальцы стали такими мокрыми. Хэдли сильно нуждалась во мне. Трахая ее пальцами, я также двигал и бедрами. Она плакала, содрогалась и вскрикивала. Ей было больно. Чертовски больно. Но все же Хэдли жаждала этого. Нуждалась во мне, черт возьми.
— Кончай на мои пальцы, красотка, и я наполню твою задницу спермой. Ведь этого ты хочешь? Или мне засунуть свой грязный член тебе в киску? Хочешь, чтобы я наполнил тебя семенем и сделал ребенка? Хочешь быть моей старушкой, так?
Мои слова свели ее с ума. Хэдли извивалась, хныкала и умоляла. Все, что слетало с ее губ, не имело никакого смысла. Лишь безумные искаженные слова, смешанные со стонами.
Я активно трахал ее пальцами, пока Хэдли не потеряла над собой контроль. Ее тело содрогнулось от мощного оргазма, сдавливая мои пальцы и член. Она буквально затопила меня своими соками. Я вырвался из ее задницы, с наслаждением услышав вырвавшийся у Хэдли крик, и тут же толкнулся в ее влагалище. Я стал жестко и быстро вбиваться в молодую киску своим большим зрелым членом, собираясь заклеймить Хэдли и наполнить спермой.
Я терял от нее голову.
«Терял, мать вашу».
А теперь вообще словно выпал из реальности.
Я трахал ее отчаянно, грубо, словно наказывал. Вбивался, пока ее вскрики не превратились в рыдания. И только потом со стоном достиг собственной разрядки. Я впился пальцами в ее бедра, и прижал к своим, а сам толкнулся так глубоко, как только мог. Член набух, а потом выпустил всю сперму из яйц, все до последней капли. Я все накачивал ее, пока не вымотался, а мое тело не истощилось. Рухнув на Хэдли, я уткнулся в ее волосы, запоминая их аромат.
 
«Я не смогу тебя оставить».
Только не сейчас, когда эти ублюдки шлялись по моей территории и искали ее.
Хэдли попала под перекрестный огонь.
Я нежно поцеловал ее в ухо.
— Хорошая девочка. Такая хорошая, черт возьми. А теперь одевайся. Мы навестим твоего друга.
— У меня там не было друзей, — упрямо отозвалась Хэдли.
— Тогда ты не расстроишься, когда я убью его.
*****
Все уставились на меня, когда я вошел на скотобойню с Хэдли в обнимку. Она переоделась в джинсы и толстовку, став невероятно прилипчивой с тех пор, как я едва не разорвал ее своим членом. Тонкие пальцы сжимали мою футболку, и голову Хэдли тоже пристроила ко мне. Я не мог сказать, что это меня не устраивало. Наоборот, когда она была так близко, мне это нравилось. Даже чертовски сильно.
Я шлепнул ее по все еще нывшей заднице — той самой, которую бурил еще пятнадцать минут назад. Хэдли вскрикнула.
— Сядь вон там, рядом с Бермудами.
Бермуды опустился на скамейку в углу и похлопал Хэдли, приглашая сесть рядом. Я бросил на него предупреждающий взгляд, который он без сомнения истолковал верно. От Хэдли буквально разило мной. А сперма все еще капала из влагалища, поскольку я запретил ей ее вытирать. Мне хотелось, чтобы все почувствовали, что она моя.
— Президент нашел себе киску, — со смешком произнес Дракон. — Должно быть, она что надо.
Проигнорировав его, я направился к мужчине, сидевшем на стуле возле пылающего камина. На голову ему набросили мешок, а тело крепко привязали веревкой.
Сдернув материал, я посмотрел на мужчину сверху-вниз.
— Хаммер? — воскликнула моя девочка. — Что ты здесь делаешь?
Все его лицо покрывали синяки и кровь. Без сомнения, дело рук Пэйна.
— Пришел за тобой, сучка. Скучала?
Хэдли задрожала, и Бермуды прижал ее к себе. В обычной обстановке я бы разозлился из-за этого жеста, но сейчас меня больше взбесило то, как Хаммер смотрел на нее. Словно она кусок мяса, который он мечтал съесть.
«Моя».
Я подошел к ножовке, висевшей на колышке, и бросил на него злобный взгляд.
— Хаммер, да? Звучит так, словно ты обожаешь ножовки.
Его глаза расширились.
— Чувак, какого хрена?
— Это мне нужно задать этот вопрос. Ты пришел на мою территорию. Должно быть, у тебя большие яйца.
— Ч-что ты хочешь? Информацию? — он настороженно смотрел на инструмент в моих руках. — Я не верен Магне.
— Очевидно, достаточно предан, чтобы явиться сюда, — рыкнул я. — Зачем ему Хэдли?
Хаммер покачал головой.
— Я не знаю. Он хочет ее киску?
— Ложь.
— Я же сказал, что не знаю, черт возьми!
Я шагнул к нему, и он вздрогнул. Дракон рассмеялся.
— Она ценна для него? — потребовал я.
— Я понятия не имею, мужик. Ну же, давай просто поговорим.
— Я пытаюсь, но у тебя нет ответов ни на один чертов вопрос.
Когда я опустился перед ним на колени, он задергался. Его запястья были привязаны к стулу. Я пристроил металлическое зазубренное лезвие чуть выше веревки, где кисть соединялась с рукой. Когда я начал пилить плоть и кости, его крики зазвучали потусторонне. Спустя немного времени его рука упала в грязь.
— Дракон, — рыкнул я. — Огонь.
Он тут же схватил запястье и несколько раз с диким хохотом врезал Хаммеру по лицу его же рукой. Пэйн подошел с клейкой лентой и стал заматывать кровоточащий обрубок под не прекращавшиеся крики Хаммера. Лицо Дракона было чуть веселее, чем нормально в таких обстоятельствах. Наконец, прекратив избивать его, он бросил обрубок в огонь.
 
— Скажи, зачем Патнэму понадобилась девушка? — спокойно спросил я Хаммера.
Байкер давился рыданиями, но все же кивнул.
— Он… он любит ее как племянницу.
Его слова напугали меня.
— Что? Он же собирался ее трахнуть.