Койн (ЛП)

— Сколько тебе лет? — я сел на диван и кивнул ей на место рядом с собой.
— Уже можно.
— Не играй со мной, ребенок.
— Я не ребенок, — прошипела она.
— Тогда прекрати так себя вести, мать твою.
— Я уже взрослый человек, это значит, что ты не можешь держать меня здесь силой. На днях мне исполнилось восемнадцать. Я могу просто уйти.
Кровь вскипела от осознания того, что мудак Патнэм запихнул свой член в несовершеннолетнюю киску, поскольку я был чертовски уверен, что он не ждал, когда этот цветок расцветет. Хэдли уже заявила, что была не против всего этого дерьма, но дело не в этом. А в том, что ее втянули в мир, где ей совсем не место. Она раздвигала ноги для зрелых мужчин, хотя в это время должна была учиться в старшей школе. Будь я ее отцом, давно бы надрал ей задницу. Она бы никогда не сбежала от меня с кучей байкеров.
— Ты никуда не пойдешь. Садись, — приказал я. — Я устал, как проклятый, и мне не до твоих побегов.
Она протопала ко мне и плюхнулась на подушку. Несмотря на то, что Хэдли явно переполнял гнев, ее руки подергивались. Черт, бедняжка дрожала, как осиновый лист.
— Нет, тебе лучше отпустить меня, — нахально произнесла она. — Мое фото на каждом столбе от одного конца побережья до другого. Если кто-то меня заметит, то вызовет полицию. Тебе не захочется в это ввязываться.
— Попытаю счастье, — я схватил ее за бедра и потащил вниз по дивану, игнорируя протестующие крики, пока не улегся, найдя удобное положение. Хэдли продолжала упираться, но я крепко прижал ее к своей груди, чтобы она не убежала, пока буду спать.
— Отпусти меня! Ты вообще слышал, что я — сбежавший подросток, и все меня ищут? — голос у нее был пронзительным.
— А ты слышала, что мне плевать?
  
Глава 6
 
Хэдли
 
Тук. Тук. Тук.
Сердце бешено колотилось в груди. И не замедляло темп за последние несколько часов. Я с трудом справлялась с реальностью.
Со смертью Джуниора.
Он был мертв.
Мой друг детства и любовник.
В теле поселилась неприятная пустота. Тот же парень, что изменял мне снова и снова. Тот же, который ударил и делал гнусные намеки относительно моего будущего в МК. Для него я была не более, чем игрушкой, которую можно попользовать и выбросить.
Но Джуниор мертв.
Все его обещания оказались пустыми, даже самые ужасающие — ведь он больше не мог претворить их в жизнь. Из глаз потекли слезы. Новый Джуниор, не способный держать свой член подальше от Джус, был не тем парнем, которого я знала. Этот стал неудачником и мудаком. Мой же был любящим и милым, он заботился обо мне. Об этом парне я и скорбела.
Ну, насколько вообще возможно горевать в объятиях человека, который его убил. Голова шла кругом, когда я пыталась понять, как вообще докатилась до этого положения. Крупный мужчина с большим крестом на лице держал меня мертвой хваткой, мы с ним лежали на диване, а его тихое посапывание убаюкивало меня, даря ложное чувство безопасности.
Но все было не так.
Я ни с кем не могла быть в безопасности.
«Папа мог бы вытащить меня…»
Но от необходимости просить отца сделать для меня хоть что-то, кровь стыла в жилах. Если бы это зависело от меня, я бы никогда с ним больше не заговорила. Мне не нужна его помощь. Я лишь хотела сбежать отсюда. Подальше от этих людей. Прочь от этой жизни.
«Вдруг за мной явится Магна?»
Я вздрогнула от этой мысли.
— Замерзла? — хриплый сонный голос Койна заставил напрячься.
— Нет.
— Врушка, — он практически лег на меня, согревая теплом своего тела. — А теперь спи, — от его хриплого шепота возле уха сквозь все еще влажные волосы я снова вздрогнула.
«Ладно, может, я и замерзла».
И устала.
И измучена.
Буквально опустошена.
И, возможно, этот мужчина действительно ощущался, как гигантское одеяло.
Несмотря на все мои усилия держаться в сознании, чтобы сбежать, когда Койн погрузится в глубокий сон, я все же уснула. Злодеи в моих кошмарах не имели никакого отношения к тем людям, что жили в этом клубе. Нет, тех я хорошо знала.
 
Я проснулась от собственного всхлипа. В комнате теперь было темно, и мне стало интересно, когда Койн успел выключить свет. Мужской аромат этого байкера буквально окутывал меня.
— Шшш, — пробормотал он в полусне. — Все хорошо.
Сердце в груди защемило. Это напомнило мне о том времени, когда я забиралась к отцу в постель, а он отгонял от меня монстров. Тогда я чувствовала себя в безопасности. Однако давно уже забыла, что это за ощущение. И то, что я снова почувствовала его в объятиях Койна, меня смутило.
«Почему?»
«Почему он?»
Я подслушала, как Койн и другой парень говорили о девушке по имени Блэр. Очевидно, я была похожа на нее. Может, Койн все же не причинит мне вреда и отпустит.
«Но куда я пойду?»
«Домой?»
Я содрогнулась от этой мысли. Когда мама в прошлом году умерла от передозировки, папа изменился. Впрочем, мы оба изменились. Отец беспокоился о своем социальном положении в связи со смертью жены, которая могла плохо на нас отразиться, а я же едва могла дышать. Мама всегда была буфером. Успокаивала отца, прежде чем он слетал с катушек. После его яростные вспышки стали захлестывать и меня. Сперва существовали лишь проблемы с положением в обществе, но потом все стало куда серьезнее.
Не в силах больше терпеть все это — терпеть его — я сбежала.
Я итак собиралась уходить к Джуниору, просто думала, что все выйдет иначе. Что мы съедемся, когда я закончу колледж или что-то вроде того. Что я пройду к нему по проходу часовни. К будущему, написанному лишь для нас двоих. Оказалось, я лишь все себе вообразила. Только бегала туда-сюда. В основном, бесцельно. Не понимая, что у меня не было никакого будущего. Только оставшиеся воспоминания о прошлом, где я мечтала о невозможных вещах.
Теперь же я даже не знала, куда бежать.
Горло царапнул беспомощный всхлип. Глубокое дыхание Койна во сне стихло, комната погрузилась в тишину. Я почти ощущала его взгляд на затылке. Спустя мгновение он с удивительной нежностью коснулся моих волос пальцами.
— Такой девушке, как ты, самое место дома, с родителями, — хрипло прошептал Койн.
— Моя мать умерла, — эти слова вырвались вместе с горечью.
— Мне жаль, — твердость его голоса отозвалась в самом сердце. Я почему-то знала, что он действительно имел в виду то, что сказал, хотя с этим человеком мы только познакомились, причем при ужасных обстоятельствах. — А отец?
— Мы больше не разговариваем, — огрызнулась я, но не смогла сдержать дрожь.
Койн обвил рукой мою талию и зарылся носом в волосы. Я замерла, когда он стал вдыхать аромат моих волос таким простым и одновременно знакомым способом. И вместо того, чтобы испугаться, я почему-то расслабилась в его руках. От Койна пахло дорогим одеколоном, смешанным с ноткой сигаретного дыма и крепкого алкоголя. Мне вдруг захотелось перевернуться и прижаться к его груди.
— Девочкам нужен отец, — мягко проговорил он, от его слов и дыхания волосы на затылке шевельнулись.
— Только не этой девочке.
— И посмотри, во что ты вляпалась.
— Могла бы и сама выбраться.
Койн насмешливо фыркнул.
— Моя дочь тоже считала себя крутой… — я услышала улыбку в его голосе, а потом он вдруг напрягся. — Все отцы защищают своих дочерей, это в них заложено.
«Только не в моем».
Он подвел меня, когда я нуждалась в нем больше всего на свете.
— Я убегу, — предупредила я. — Куда бы ты меня не отвез, я там не останусь.
«Отлично, Хэдли. Расскажи плохому парню про свои планы».
Он намотал мою прядь на палец, а потом дернул, судя по всему выдрав пару волосинок, отчего глаза заслезились.
 
— Ты никуда от меня не сбежишь.
— Сбегу.
— Пока я не передам тебя в руки твоего чертова отца, теперь будешь у меня под присмотром. И ты все же глупый ребенок, если считаешь, что я хоть на секунду выпущу тебя из виду.