Беспощадный дикарь (СИ)

Но насколько он действительно защищает, если в полицейских отчетах подозрительно мало информации?
В моей памяти промелькнули воспоминания о том, как он и мама Фокса взяли нас троих в парк аттракционов на целый день. Он всегда был готов заставить нас улыбаться, чего бы это ни стоило. Я до сих пор не понимаю, как парень, который подбрасывал крошечные кусочки еды на нашей старой кухне, чтобы мы с Холденом тренировались ловить их ртом, может быть тем самым человеком, который отдал Фокса в приемную семью. Это не тот человек, который вырастил меня, и не знаю, как это переварить.
Недоверие терзает мои чувства, когда я наблюдаю за натянутой улыбкой отца, в то время как мама спрашивает Сэма о планах на колледж.
— Иллинойский университет в Чикаго? Как замечательно, — хвалит она. — Мэйзи досрочно поступила в Северо-Западный университет.
— Вы должны гордиться. — Сэм бросает ухмылку, которая должна быть мило и мне хочется ударить его. Он протягивает руку через спинку моего стула, играя с моими волосами. — Северо-запад не так далеко от того места, где я буду учиться. Тот же город.
— Это не так, — соглашается мама с расчетливым блеском в глазах. — Вы сможете навещать друг друга без необходимости поддерживать отношения на расстоянии.
— Отношения? — пролепетала я.
Об этом не было и речи. Я не буду сидеть здесь, пока мои родители, по сути, подставляют меня под ситуацию с Сэмом ради поездки. Буквально, к черту. Я отправлюсь в путешествие без их разрешения и покажу им два больших средних пальца, пока буду ехать на запад, никогда не оглядываясь назад. К черту колледж, к черту их жизненные планы и ожидания, к черту все.
— Просто рад, что мне не придется быть далеко от тебя, красавица, — бормочет Сэм, беря руку и поднося костяшки пальцев к своему рту.
Мне стоило огромных усилий не скривить губы от его слов. Мне это удается с трудом, но не могу контролировать то, как выпрямляется мой позвоночник. Сэм замечает это, его глаза слегка сужаются. Серьезно, как он может сидеть здесь и изображать из себя хорошего парня перед моими родителями после того дерьма, которое наговорил?
Мне все это надоело к тому моменту, когда с салатом было покончено. Я могу выдержать столько тонко завуалированных комментариев о нашем совместном будущем, что готова закричать прямо посреди ресторана. Уверена, маме это понравится.
Оттолкнувшись от стола изящным движением вместо жесткого толчка, который хотела бы сделать, я поворачиваюсь к Сэму. — Могу я поговорить с тобой минутку? На улице?
Высокомерие в взгляде насмехается надо мной. Засранец. Прежде чем ответить, он переспрашивает у моих родителей, отчего я еще больше злюсь.
Он дожидается папиного кивка, прежде чем наконец ответить. — Конечно, красавица.
— Извините нас.
Я не жду ответа родителей, прежде чем выйти из-за стола. Мое простое, но элегантное платье колышется при каждом целеустремленном шаге к свободе. Оно красивого голубого оттенка с тонкими бретельками, переплетающимися сзади, но я бы не купила его себе, предпочитая покупать винтажные вещи, когда есть возможность. Мой стиль сводит маму с ума, потому что я всегда ношу то, что удобно, например, одежду для тренировок или мои любимые подержанные вещи, а не дизайнерские лейблы, которые она хочет, чтобы носила.
Летнее солнце только — только опускается за скалистые горы, когда я выхожу на террасу перед стейк-хаусом. Здесь прохладнее, чем раньше, прохладный вечерний воздух холодит кожу. Я потираю руки, когда Сэм выходит за мной, расслабленный, с кривой ухмылкой и руками в карманах.
— Теперь ты можешь стереть этот самодовольный вид, — говорю я ему. — Здесь никого нет, чтобы посмотреть шоу.
Он поджимает губы, словно раздумывая над этим. — Я так не думаю и получаю то, что хотел. — Он сокращает расстояние между нами, обхватывает меня за талию, прежде чем я успеваю отстраниться. Сэм прижимает меня к своему телу и шепчет на ухо низким соблазнительным тоном, от которого у меня мурашки по коже. — И если ты будешь хорошо себя вести, я дам тебе то, что ты хочешь, маленькая шлюшка. Я получил разрешение твоего папочки трахать тебя, так что на этот раз тебе не отвертеться. Никаких друзей, чтобы вступиться за тебя, так что просто нагнись и возьми это, да?
 
— Отвали от меня, — огрызнулась я, сильно наступив на палец, чтобы он отпустил меня.
— Ах ты, сука!
Ярость пылает во мне, горячая и ослепляющая. Он явно не усвоил урок, который преподали ему Девлин и Коннор. К черту мир и любовь в его случае. Он ничуть не изменился.
Тычу пальцем в его грудь. — Сегодняшний вечер ничего не значит, ясно? Я здесь только для того, чтобы отправиться в путешествие, пока родители не загнали меня в ловушку жизненного плана, который для меня составили. — Я с отвращением смотрю на него сверху вниз. — И если ты когда-нибудь думал, что я позволю прикоснуться ко мне после того, как ты назвал меня членосоской и пристыдил, ты чертовски ошибаешься. Никогда не позволю тебе прикасаться ко мне.
— Это ты ошибаешься. Они сказали, что ты легкая и любишь грубость. — Он поднимает руку, чтобы ударить меня, изрыгая мерзкую чушь, пока он замахивается. — Я сделаю тебя своей, и ты будешь кричать мое имя так громко…
Удара не последовало. Я не поняла, что закрыла глаза, когда готовилась к удару, потому что не могла увернуться, но когда открыла их, Фокс встал между мной и Сэмом, впиваясь пальцами в руку так сильно, что кажется, что он в нескольких секундах от того, чтобы сломать запястье, если сожмет сильнее. Рот Сэма открыт в шоке, потому что Фокс, казалось, материализовался из тени без единого звука.
Облегчение и досада накатывают на меня. С одной стороны, это мой бой, и я сама с ним разберусь. Нехорошо было, когда Девлин и Коннор вступились за мою честь в кино, и то же самое касается Фокса. С другой стороны, более низменная часть пляшет вокруг его спасения.
— Если ты еще хоть раз поднимешь на нее руку, я убью тебя на хрен, — рычит Фокс смертельным тоном. Все его тело напряжено для борьбы, как у хищного животного, готового вырваться из клетки. — От тебя не останется ни кусочка. — Его хватка крепнет, и Сэм издает болезненный стон, когда Фокс наклоняется и говорит сквозь стиснутые зубы. — Я заставлю тебя исчезнуть.
Боже, почему, когда он так угрожает Сэму, мое сердце учащенно бьется, а между ног пульсирует жар?
  
17
 
ФОКС
 
Мне пришлось вмешаться. Повезло, что припарковался в неприметном месте на своем Harley, ожидая, пока в задней части ресторана официант, которого я подкупил, чтобы украл для меня жетон сотрудника лаборатории Нексус, заберет его. Мэйзи меня совсем не заметила. Как только я увидел, что она выходит, а за ней следует парень, который, как она клялась, не был, пока я зарывался пальцами глубоко в нее, во мне вспыхнули собственничество и защита. Именно поэтому я избегал ее, как только Колтон подтвердил, что она вернулась в Риджвью.
Видя, как этот придурок накинулся на Мэйзи, огонь разгорелся в моей крови, но как только он поднял руку, я слетел с мотоцикла и поймал, прежде чем он успел дать ей пощечину, быстрее, чем я когда-либо двигался в своей жизни.
Мэйзи стоит позади меня, испуская напряженный вздох и я скрежещу зубами. Меня не беспокоит, что она видит настоящего монстра, которым я способен быть, но слабая часть внутри, которая отказывается быть уничтоженной, вспыхивает от беспокойства, что она, наконец, убежит.
— Ты в порядке? — спрашиваю я.
— Нет, черт возьми, ты сейчас сломаешь мне руку, психопат, — кричит Блейк, извиваясь всем телом, чтобы вырваться.
С ворчанием я усиливаю давление на сухожилие под большим пальцем. Уголок моего рта приподнимается при звуке боли, который он издает, извиваясь в поисках облегчения, которое не наступает. Леви научил меня всем известным ему приемам, чтобы сделать кому-то чертовски больно.
— Я не с тобой разговаривал, придурок. — Мой взгляд возвращается к Мэйзи, ожидая ее ответа.