Чадо от профессора (СИ)

  
Пролог
 
ЛЕРА
— Мандаринка, шевели ножками, пожалуйста!
— Ну, мам, я устала, — протестующе бормочет Ксения, похоже, ещё толком не проснувшись.
— Ладно, иди сюда, — подхватываю дочку на руки и ускоряю шаг. — Если я опоздаю на пару, ты будешь оправдываться перед профессором.
— Договорились, — смеется маленькая проказница, накручивая мои волосы на пальчик. — Кабинет три пять семь.
— Точно. Спасибо, что напомнила, — улыбаюсь я не по годам грамотной девочке.
Моя гордость! Я сделаю все, чтобы у неё была жизнь отличная от моей. Пусть ради этого мне и придётся попотеть…
Но почему именно сегодня?! Первая пара в магистратуре! В новом городе! А в саду как назло отключили воду.
Показав пропуск охраннику, проскакиваю мимо проходной. Размашистым шагом, переступая по две ступеньки, преодолеваю лестницу. Оказавшись на третьем этаже корпуса, опускаю Ксюшу на ноги и облокачиваюсь на перила, чтобы отдышаться. Любопытный ребёнок тут же направляется изучать растения и разного рода стенды. Я не отвожу от неё глаз, боясь, что непоседа затеряется в толпе.
— Вы в порядке? — слышится над головой мужской голос.
О, этот голос… Он словно обволакивает мое тело. Строгий, мужественный. Как же он похож на…
Резко выпрямляюсь, и едва не теряю равновесие, наткнувшись на хмурый взгляд ореховых глаз. Они глядят так пристально. Заглядывают в самую душу. Как всегда…
Мужчина ловит меня за локоть, не позволяя упасть с лестницы. Руки все такие же сильные. Виски чуть тронула седина. И ему, оказывается, невероятно идет борода. Такой солидный. Словно вовсе не тот, о ком я ненароком вспомнила.
В медовом омуте его глаз мелькает неподдельное волнение, приводящее меня в чувства. Погодите-ка! Как такое возможно? Костя? В смысле… Константин Дмитриевич. Это действительно он? Что он здесь делает?
— Студентка, — одергивает меня мой бывший… преподаватель, — вам плохо?
Значит, даже не узнал? Вот как?
Тряхнув головой, словно пытаясь избавиться от наваждения, ухмыляюсь. Что ж, так и должно быть. Прошло столько лет. Да и я приложила немало усилий, чтобы стать другим человеком. Больше я не та наивная студенточка! А уж быть неузнанной этим негодяем мне и вовсе не привыкать!
— Я в полном порядке, — с вызовом бросаю я, задрав подбородок.
Костя хмурится ещё сильнее. А я вдруг очухиваюсь от шока неожиданной встречи, и оглядываюсь по сторонам:
— О, нет! — выдыхаю я испуганно, когда мужчина уже собирается уходить. — Ксюша!
Сердце пропускает пару ударов. Из-за этого мужчины я снова как дура! Это каждый раз ведёт к непоправимым последствиям! Где мой ребёнок?!
— Ксения! — кричу я на весь коридор. — О, малышка, пожалуйста!
От страха к горлу подкатывает тошнота. Бросаюсь по этажу, кидаясь на прохожих с расспросами. Не следовало нам сталкиваться! Не следовало смотреть в глаза этому мерзавцу! Боже, где же она???
Мой локоть вдруг оказывается в жестких силках. Поворачиваюсь и едва не вскрикиваю, снова обнаруживая перед собой причину всех своих бед.
— Не видите, я занята! — яростно выпаливаю я, пытаясь вырвать свою руку из крепкого захвата.
Звенит звонок на пару. И коридор начинает пустеть. В ужасе всматриваюсь вдаль.
— Вы вроде сказали, что в порядке? — не отстает профессор.
— Уже нет!
— Объясните толком, чтобы я мог помочь.
— Ребёнок! Маленькая девочка… Ещё секунду назад она стояла здесь! — трясясь от волнения, объясняю я, едва сдерживая слёзы.
Константин Дмитриевич тут же достает телефон и принимается кому-то звонить.
— Ксюша! — снова зову я.
Что делать? Бежать искать? Но что если она вернётся сюда, чтобы найти меня? А меня не будет… О Боже!
— Ее зовут Ксения, — выхватываю я из разговора Кости имя дочери. — Маленькая…
Отодвигает телефон от уха:
— Сколько ей лет?
— Три!
— Одета во что?
— Красная жилетка и джинсы.
Отвечаю на автопилоте, сама ещё не осознавая, как это должно помочь. Но вдруг срабатывает университетское радио. Мужской голос объявляет о пропаже моего ребёнка.
 
Не могу поверить! Это кошмар какой-то! Слёзы непроизвольно брызгают из глаз.
— Успокойтесь. Это вам никак не поможет, — Костя сжимает мой локоть сильнее.
— Пожалуйста, — шепчу я, едва сдерживая истерику. — Моя девочка.
Вновь направляюсь вглубь коридора. Ее нигде не видно. Возвращаюсь к лестнице, где Костя снова разговаривает с кем-то по телефону.
— Я понял. Какая аудитория? Угу. Спасибо, Игорек, — кладет трубку. — Пойдёмте, Лера.
— Что? Куда? А вдруг она вернётся сюда?
Костя хватает меня за руку и буквально тащит за собой по длинному коридору.
— Аудитория триста пятьдесят семь, — бормочет он себе под нос. — Это здесь.
— Что здесь? — недоумеваю я.
Я знаю, что у меня здесь пара. Но не собирается же он запихнуть меня туда, пока мой ребёнок бродит неизвестно где?! Пока я предаюсь своим абсурдным паническим фантазиям, Костя открывает дверь и входит в кабинет.
— Студентка Ксения, вас к ректору вызывают, — усмехается он, глядя куда-то вглубь аудитории.
— Я слышала по радио. Но я ещё не все стихи рассказала! — слышится протестующий детский голос.
Чувствую, как от облегчения снова начинаю рыдать:
— Ксения Валерьевна! — врываюсь в кабинет. — Ну, ты у меня получишь!
— Мама! — доча бросается ко мне в объятия, словно мы сотню лет не виделись. — Я договорилась с профессором. Он не будет ругать тебя за опоздание.
— Бестолочь! Если бы ты не сбежала, я бы и не опоздала, — отчитываю я дочку, крепче прижимая к груди. — Как же ты меня напугала.
Голова кружится. Приходится опереться на дверь.
— Вернёмся к изначальному вопросу: вы в порядке? — слышится мужской голос над головой.
— Д-да.
Разжав объятия, пытаюсь встать. Но ноги не слушаются.
— Игорь Николаевич, боюсь, мне придётся освободить вашу студентку от занятия. Обеих, — Костя подмигивает Ксюше, и предательница улыбается ему во все свои молочные зубы. — Пойдёмте, я провожу вас в медпункт, Валерия.
Костя помогает мне подняться. Не противлюсь. Лишь потому, что действительно чувствую себя неважно. Неожиданно навалившаяся слабость, видимо стала последствием стресса. Надо бы померить давление, пока я не рухнула в обморок, тем самым напугав Ксюшу.
— Дочь, никогда! Запомни, никогда больше так не делай! — отчитываю я ребёнка, пока мы идем по длинному коридору.
Костя держит меня под локоть, и я чувствую неловкость. Оттого и строю из себя строгую мамочку, чтобы отвлечься.
— Мам, ну ты же сама мне номер сказала. Вот я и пошла…
— Никогда! — снова повторяю я. — Без мамы никуда нельзя ходить! А если бы там были медведи? Они бы съели мою Мандаринку! — не удержавшись, улыбаюсь доче.
— Мишки-ми-ми-мишки! — поет Ксюша.
— О, я тоже знаю эту песню, — вдруг отзывается Костя и начинает тихо подпевать моей дочери.
Вот как? Знает? Конечно, у него тоже уже есть дети. Подавляю неприятное собственническое чувство, нарастающее в груди. Меня-то даже не узнал! Что с него взять? У него таких глупеньких студенток как я вагон был.
Все время в медпункте, Костя развлекает Ксюшу. Хотя скорее она его. Блещет так сказать всеми своими знаниями, начиная от математики, заканчивая тем, где живёт Дед Мороз.
— Константин Дмитриевич, ну у неё давление восемьдесят на сорок, — почему-то обращается к Косте медсестра.
Словно он неразумного ребёнка привёл, ей богу!
— Я таблетки выдам. Но ей бы отдохнуть не помешало. Да поесть чего.
— Понял, — кивает Костя, поднимаясь с дивана. — Мы можем идти?
— Да, Константин Дмитриевич, — лебезит девушка в коротюсеньком халатике, протягивая мне блистер с таблетками.
Да у неё же там все белье видать! Знаю я, что бы моя бабуля сказала, если бы эту свиристелку увидела… Как же бесит!
— До свидания, Константин Дмитриевич! Заглядывайте к нам почаще!