Танцуй! (СИ)
На столе лежали отрубленные руки и ноги, головы, с которых до сих пор подтекала лимфа, все это жутко пахло, а вдобавок вокруг большого стола стояли парни со спущенными штанами, выложив свое хозяйство на стол, и недовольно переглядывались.
— Я попозже зайду, — произнес он и тут же удалился.
— Вы! ВЫ!!! Вы в башне городского мага со спущенными штанами, возложили свои стручки на стол, на котором лежит по меньшей мере десяток тел в разобраном виде! — язвительно произнес учитель, заглядывая в глаза каждому ученику. — И вы после этого меня называете сумашедшим?!!
Рус, Грот и Бренд опустили взгляды и принялись прятать свое хозяйство в штаны.
— И это вам я доверил право голоса? Вы же извращенцы! — не переставая улыбаться, произнес Роуль. — Решено! Право голоса у вас я забираю! И чтобы каждый взял себе по одному магу своей стихии! Ничего слушать не хочу!
— А как же… — начал было Брэнд.
— Ты возьмешь кого-нибудь из воды, — тут же поправился Роуль. — Тьмы все равно нет.
— Мне тоже? — спросила Тук.
— Тебе из воздушников, — отмахнулся пырь.
— А почему ей воздушника?
— Чтобы неповадно было, — фыркнул учитель. — И вообще! С вашими совещаниями я опаздываю на экзотический ужин.
— Он опять кого-то сожрет, — кивнул Рус.
— Или снова будет пихать кабана в задницу белки, — кивнул Грот.
— Что я пропустил? — вскинул брови Бренд.
— Ой, это долгая история, — хохотнул Грот.
— Вообще-то он отправляется на урок к нашему некроманту, — вмешался Хойсо.
— Бим и Бом? — вспомнил Рус и взглянул на учителя.
Тот уже мечтающе закатил глаза и пробормотал под нос.
— Бим-бом, ходит кладбище столбом…
***
Рус глубоко вздохнул и взглянул на стоявшего перед ним мужчину. Его лицо было покрыто шрамами от оспы, на голове была приличная седина, а сам одет он был словно крестьянин.
— Габо, — представился он.
— Чего?
— Зовут меня Габо.
— Я еще ничего не спросил, — вскинул бровь начинающий пиромант.
— Почувствовал, что спросите, — пожал плечами ученик.
— И часто у тебя такое чувство?
— Изредка, но бывает. Не следил никогда.
Рус кивнул и указал на стул рядом. Габо уселся и выжидательно уставился на своего учителя.
— Учитель… в смысле Роуль, сказал, чтобы я взял ученика из своей стихии…
— Я видал остальных, — кивнул мужчина. — Другого с огнем нет.
— Нет, — кивнул Рус, не зная с чего начать.
— А если бы был, помоложе, кого взял бы? — хмыкнул Габо.
— Взял бы помоложе, — не стал скрывать парень. — Но уж как есть.
— Как есть… А на первом этаже…
— Ты про расчлененые трупы? — спросил Рус.
— Да. Это как бы…
— Это шутка, — попытался объяснить парень и тут же споткнулся. — В смысле, мы не для шутки их расчленили, а для…
Рус умолк и, вздохнув, постучал пальцами по столу.
— Давай начнем с другого. Кто ты такой, как силу почуял и как в город добрался? Чем занимался и что делал?
Мужчина почесал голову и начал рассказ:
— Отца моего звали Нагой. Испокон веков мы в Лесной деревне жили. Прямой родни у нас семь семей. Жили дружно и всегда с леса брали. Поля тоже, конечно, пахали, но основной промысел у нас пушнина. Ягоду и грибы тоже берем, но то для себя в основном.
— Как силу почуял? Ты ведь не здесь ее нашел? Я твое лицо помню. Ни радости, ни грусти. Вроде как так и должно было.
— Три года назад, как мышью хворь поймал, — задумчиво произнес мужчина.
— Болел?
— Да. Жену первой взяло. Потом сына. Я последним слег, — опустил взгляд Габо.
— И как?
— Жену забрало с концами. Сын живой. А я когда слег, так жаром взяло, что сначала постель прожег, а потом кровать полыхнула. Дом сгорел.
— Сын где?
— У брата оставил в помощниках. Долго судачили, как дом горел, и меня в нем похоронили. Два дня догорал, а когда с углей металл хотели забрать — меня нашли.
— А сюда как подался?
— Торгаш с города ехал. Сказал, в Вивеке учить магии будут. Ищут тех, кого сила не обделила. Я сына оставил и в город подался.
— Силу хотел получить?
— Зачем она мне? — пожал плечами Габо. — Я лесом всегда жил. Тропки оленьи, дороги медвежьи. Где ягода, где гриб.
— А чего пришел тогда?
— Денег надо. Думал, после обучения денег подзаработать сыну на наследство. Он же у меня, получается, приголубленый. Брат он в обиду не даст, но… если выбор стоять будет: его дети или мой?..
— Понимаю. — кивнул Рус. — А дальше? Отучишься, заработаешь. Сыну соберешь денег и в наследство и на свадьбу. А после?
— В Лесное вернусь, — пожал плечами Габо.
— А если война грянет?
— Воевать понятное дело пойду, — спокойно пожал плечами мужчина и с прищуром спросил: — А не для войны ли вы сбор тут устроили?
— Пока не знаю, но одаренные силой точно не помешают, — пожал плечами парень. — Но война будет. Это точно. И не такая, как с Кусарифом.
Габо задумчиво уставился на столешницу. Положив на нее руки, он взглянул на свои мощные мозолистые руки и произнес:
— Война дело такое, — вздохнул он. — Те, кто воевать идут, они понимать должны, что не вернутся. Надо, чтобы дома тогда все без них могло остаться. Дети росли, и кто-то за семьей смотрел.
— Это ты к чему?
Габо поднял взгляд на Руса, выдержал паузу в несколько секунд и решительно произнес:
— Пять золотом. Мне нужно это, чтобы сын устроился и на свадьбу ему было. Будет пять золотых — я до конца пойду.
— До смерти? — уточнил Рус, смотря, как спокойно об этом говорит взрослый мужчина.
— До смерти, — уверенно кивнул Габо.
Рус поднялся и подошел к своему рабочему столу. Он достал оттуда небольшую шкатулку и вынул оттуда белоснежный мешочек. Сев обратно напротив ученика, он отсчитал из него пять полновесных монет.
— Это сыну, — произнес он, поставив стопку перед Габо, и залез в кошелек еще раз. Вторую стопку из пяти монет он поставил перед ним со словами: — А это тебе.
— А мне за что?
— Умереть в бою очень просто. Достаточно ничего не делать. Здесь такого не пройдет. Не до смерти ты пойдешь, а до победы.
— Тут уж как повезет.
— Еще раз. Здесь все немного по-другому. До победы, как бы там ни было, — надавил пиромант, не отпуская вторую стопку. — Смерть — это не причина бросать бой и войну.
Габо нахмурился и опустил взгляд на монеты, затем поднял на собеседника и уверенно кивнул.
— До победы.
***
На улице было откровенно мерзкая погода.
Серые тучи ползли по небу, но ливня сегодня так и не случилось. Вместо этого, шел мелкий противный дождь с холодными порывами ветра. Все это создавало впечатление, что мелкие капли в лицо летят от того, что в тебя кто-то плюнул.
— Итак! Некромантов будет два! — с довольной миной заявил Роуль, потирая руки.
— Она не некромант, — нахмурился Бом, кинув взгляд на сестру. — У нее сила воды.
— Да, но тебя ничего не смущает? — развел руками Роуль. — Сумерки? Кладбище? Легкая морось? Чувствуешь, как пахнет тухлятиной?
— Нет…
— Это все потому, что ты не глубоко еще выкопал, — отмахнулся Роуль и указал пальцем на лопату, которую ученик оставил с краю могилы, которую копал. — Но вернемся к нашим юным некромантам. Она с тобой, так? Так. Сейчас урок некромантии? Некромантии! Значит она некромант!
— Тогда я маг воды! Я ведь сижу на ее уроках?
— А то, что тебя обучает черт воде, тебя не смущает? — улыбнулся упырь. — И вообще! Где запах гнили? Где разлагающаяся плоть?
— В земле, — пожал плечами парень.
— Во-о-о-от! — протянул учитель и указал на лопату.
Парень расстроенно простонал и пошел за лопатой, а учитель взялся за грабли и протянул их девушке.
— А это вам, барышня.
— Зачем? — взяла девушка инструмент.
Несмотря на то, что ей было жутко страшно, она старалась не показывать своих чувств и отлично держалась. Выдавала ее только легкая дрожь пальцев, бьющаяся с безумной силой жилка на шее и слегка нервные движения.