Во имя Чинхва! (СИ)

Зачем мне тотальный контроль, имитирование воли и полное подчинение? Ведь достаточно просто сделать из разумного марионетку на каких-то пять-десять секунд. Правда трудно за это время преодолеть самый основной инстинкт, тот который заставляет людей жить – инстинкт самосохранения. Но несколько психологических уловок, немного давления и даже он не помеха. Люди давно изучают себе подобных и ключи ко многим секретам на самом деле давно подобраны.
Я ощутил каждого разумного в палатке, потом всех в небольшом лагере и в конце концов дотянулся до каждого в радиусе несколько километров. Причем и своих союзников тоже просканировал, делая для себя закладки. Пара предателей точно затесалась в ряды зулусов. Ну даже скорее не предателей, а сочувствующих другой стороне конфликта. Потенциально эти люди могут стать перебежчиками или однажды воткнут асегай в спину.
Их я уничтожил в первую очередь, просто как будто нажал на кнопку. Потом перешел к лагерю и стал выключать солдат банту одного за другим, но хватило меня ненадолго. Чувство всемогущества стремительно таяло, медленнее чем тогда в степи, но быстрее чем хотелось. Но даже это уже совсем хорошо, значит есть шанс или даже твердая уверенность, что когда-то я получу поистине божественную силу и в одиночку смогу уничтожать многотысячные вражеские армии.
С уцелевшими после результата моего неожиданного прорыва в ментальных способностях, я расправился довольно быстро. Там работы было совсем немного. По итогу мы без шума получили пусть и устаревшее, но целое, неповрежденное, тяжелое оружие и боеприпасы. Ну и немного пленников, которых я намеренно оставил в живых. Теперь предстояло реализовать ту часть плана, на которую так и не согласился упрямый Мгонго.
Я уговаривал бравого генерала всем вместе покинуть ущелье и оставить англичан с носом. Но старый зулус небезосновательно доказывал, что если британцы увидят только намек на то, что мы можем всей армией выбраться из ловушки, то нас в ту же секунду же заблокируют и уничтожат. Поэтому многоопытный Мгонга остался со своими туземными магами и изо всех сил сопротивлялся штурму ущелья.
По его плану я с небольшой армией должен спуститься с гор, захватить заслон и воспользовавшись их техникой, провиантом и оружием продолжить поход к аэропорту. Я в принципе не имел ничего против такого толкового и логичного плана, только вот Мгонга настаивал на моем незаметном отходе, ну а мне почему-то хотелось отвлечь британцев на себя. Авось они отстанут от запертых в ущелье зулусов, тем более сковырнуть их оттуда весьма непростая задача.
Так что перед отходом предстояло шумнуть и я имел представление как это сделать наиболее эффективным способом. Имеющимися гаубицами были выцеплены местоположения складов с боеприпасами для британской артиллерии, благо я знал их точные координаты. На залп у нас будет несколько минут, потом враг вышлет вперед свои мобильные отряды и начнется гонка. Разумнее было уйти тихо и получить фору, а то и вообще исключить преследование, но спасение Мгонго и его людей стоило риска.
Мне всегда нравилась ночная бомбардировка. Но это если снаряды летят не на тебя, а на врага. На самом деле завораживающее зрелище. Стволы орудий выпускают десятки снарядов, а те уходя раскаленными болидами в небо, вдруг взрываются где-то вдали, окрашивая ночную темень ярким разрывом и огнями пожаров… И сегодня нам удалось должным образом поприветствовать британских коллег. Думаю, наш залп они запомнят надолго.
Сегодня была репетиция штурма, верные банту прощупали оборону зулусов и местные скалы. Вердикт – удар в лоб чреват большими потерями, артиллерию подтянуть до места событий довольно непросто. Узкие проходы, огромные валуны и возможно оставленные противником сюрпризы. Передовые части прежде, чем дойти до основного заслона зулусов обезвредили немало фугасов и мин. А сколько их еще лежит в земле?
Но все это мелочи по сравнению с тем, что враг загнан в ловушку и вскоре будет разбит. Конечно, ментат может и ускользнуть, если он бросит своих людей и воспользовавшись даром решит уйти в одиночку или с парой проводников никому не будет под силу его остановить. Но самое главное – это уничтожение так надоевшей войсковой группы, которая могла собрать вокруг себя сторонников Чаки и превратиться из снежного кома в огромную лавину.
 
Ну а ментат, если не поймет, что ему тут не рады, рано или поздно поймается, есть знаете ли у Британской Империи опыт работы даже с таким сложным противником. Тем более судя по информации этот еще не вошел в полную силу, а значит уязвим. А пока лагерь спит, завтра простым солдатом предстоит много тяжелой работы.
Загнанная в угол крыса опасна своей неадекватной реакцией, поэтому брать мы ее будем не с наскока, а планомерно, медленно, но неотвратимо. Вначале подведем пушки, уничтожим огневые точки противника. Потом зачистка пехотой и повторить все несколько раз. Столько сколько заслонов поставит неизвестный полководец. Но у нас есть для этого полные арсеналы артиллерийских зарядов, тысячи хорошо вооруженных солдат и всемирно известное упорство британских офицеров.
Обдумывая все это, полковник Ливси позволил себе немного расслабиться. Дело практически выполнено и от дальнейших действий командующего объединенными колониальными войсками Британской Империи на землях Квазулу почти ничего не зависело. Так что можно расслабиться и спокойно наблюдать за дальнейшим развитием событий. Чтобы немного скрасить время ожидания и тяжелые бытовые условия военачальник позволил себе немного шотландского виски и драгоценного в этих местах Чеддера.
Приятное времяпровождение должна была скрасить секретарша, но она что-то мешкала, отпросившись на пол часа по каким-то личным вопросам. Черт! Какие личные дела, когда шеф хочет немного любви, которой так не хватает на поле боя. Тягучие мысли полковника прервал визг тяжелых бомб, обрушившихся на лагерь и последовавшие за ними взрывы.
В лагере началась страшная паника. Встревоженные солдаты выскакивали из палаток в одном нижнем белье и бежали сломя голову в разные стороны. Неразбериху усилило попадание вражеских снарядов в арсенал, где хранилось большинство боеприпасов. Последовавшая за этим массовая детонация мин, бомб и просто гранат и вовсе ввергла всю армию банту в состояние грогги.
Туземные офицеры бестолково носились из одного конца лагеря в другой и толком ничего не делали. А британские инструктора не могли найти тех, через кого ранее отдавали приказы, да и, честно говоря, своих рядовых подчиненных то не могли найти. Пока разбирались, пока формировали расчеты пожарников и спасателей, пока организовывали помощь раненым никто толком и не пытался понять, что происходит.
Лишь долгие десять минут спустя после завершения обстрела в одну светлую голову пришла мысль разобраться с причинами происходящего, а не тратить усилия на ликвидацию последствий. По ночному бездорожью в сторону предполагаемого местоположения противника бросились мобильные отряды на джипах и багги.
Однако на узких тропинках их встретили пулеметным огнем, минами, а кое где и просто засекой из подрубленных стволов пальм. Только после этого до полковника Ливси стало доходить, что скорее всего к осажденным пришла помощь. Причем настолько солидная, что оставленная под командованием британского офицера маленькая армия, которая должна была предупредить о нападении, оказалась полностью уничтоженной.
Эти умозаключения заставили полковника экстренно перегруппировать свои войска. О штурме ущелья пока не могло быть и речи. Против ментата и генерала Мгонго оставили лишь крепкий заслон, остальные войска выдвинулись против нового врага. Батальоны пехоты вгрызались в землю, готовясь к утренней атаке. Зулусы любили нападать в три-четыре часа утра, чтобы застать сонного противника в врасплох.
 
Артиллерия арсенал которой сильно пострадал отошла на задний план. В абсолютной темноте был сформирован бронетанковый кулак, предназначенный для контратаки. По данным разведки ни у зулусов, ни у их союзников из Степи сейчас не было достаточно сил, чтобы разбить армию, которая была в распоряжении Ливси. Правда ночь и навязанные противником условия битвы немного дезориентировали войска, но утром все должно встать на свои места. И бравые британские солдаты катком пройдутся по врагу.