Правительница Д'Хары (СИ)

Гарольд, высокий молодой человек с волосами цвета ржаного колоса, привлекал к себе чрезвычайно много внимания. Кэлен застала его в толпе обаятельных девиц, дочек приезжих лордов — что д’харианских, что коалиционных, завлекавших его, холостого лорда, своими обаятельными улыбками. Тот, завидев Кэлен, тепло улыбнулся и даже обнял ее. Исповедница немного опешила, но была приятно удивлена такому проявлению братской любви.
Она почувствовала, как Гарольд наклонился к ее уху и заговорщицки прошептал:
— Прошу, вытащи меня из этого «цветника». Я скоро не выдержу.
Кэлен не смогла противиться улыбке, промелькнувшей на ее лице. Она похлопала брата по спине. Ей было известно о его мыслях касательно женитьбы и красивых девушек — он не собирался обзаводиться женой ровно до того момента, пока власть не обязала бы его стать королем. А поскольку на данный момент правила Цирилла, серьезные отношения мало интересовали ее брата.
— Приятно вновь увидеть тебя, Гарольд.
— Не могу сказать того же в ответ, — когда девушки вокруг поймали на себе взгляд зеленых глаз Матери-Исповедницы, они мгновенно склонили головы и разошлись в разных направлениях. Брови Кэлен вопросительно взметнулись в ответ на его реплику. — Скажи честно, в Д’харе настолько плохая кухня?
Его длинные пальцы сомкнулись на ее тонком запястье, поднимая его повыше и показывая самой Кэлен, будто она раньше никогда его не видела. Женщина мотнула головой, отмахиваясь от темы и преувеличенно беззаботно улыбаясь.
— Жаль, я еще не успел хорошо познакомиться со своим новым сувереном — из слухов я извлек только то, что у него иногда плохо с чувством юмора. Впрочем, думаю, шанс еще представится, — Гарольд кивнул на Ричарда, стоявшего в десятке футов от Кэлен и занятого другими гостями. Хотя и было сомнительно, кто кем был занят. — А сейчас ты не была бы против поговорить наедине?
Кэлен вопросительно глянула на брата, желая обнаружить причину его предложения. Она заметила огонек тревоги в его глазах, перекрывший игривость и быстро перекинувшийся и в ее собственные.
— Что-то серьезное? — Кэлен уже поглядывала украдкой на Ричарда. Когда тот перехватил ее взгляд, она кивнула головой сначала на Гарольда, потом на выход из зала.
Рал одобрительно кивнул в ответ и тряхнул головой в сторону Бердины, стоявшей ближе всех других морд-сит к выходу, чтобы та вышла вместе с ними. Кэлен поняла намек и начала двигаться к дверям вместе с Гарольдом.
— Я и сам не уверен. Может быть, мои тревоги беспочвенны, а может быть, все действительно серьезно.
В этой свойственной ему неуверенности Кэлен узнала того Гарольда, с которым росла с самого детства. Он был до рези в глазах похож на Цириллу, хоть их и разделяло несколько лет, и оба унаследовали светлые волосы искрящегося теплого оттенка и характерные материнские черты — мягкие и в чем-то женственные, хотя нельзя было сказать, что это казалось дурным в ком-то из них.
Кэлен была больше похожа на свою мать, поэтому вряд ли между ней и этими двумя можно было угадать семейное сходство.
Как только резные позолоченные двери закрылись за их спинами, и по правое плечо от Кэлен, ближе к выходу, встала Бердина, люди оказались в полутьме и утратили возможность четко видеть лица друг друга.
— Гарольд, что-то случилось с Цириллой?
Кэлен затаила дыхание. Ее мучило плохое предчувствие, будто должно было произойти что-то дурное, и больше всего она боялась за сестру.
— Нет, нет, — Кэлен облегченно выпустила воздух из грудной клетки, — она писала в путевом дневнике, что снегопад задержал их, но к сегодняшней ночи они прибудут во дворец. Дело в другом.
— Хвала Создателю, что с ней все в порядке.
— Кэлен, я видел лагерь в часе езды от Народного Дворца, — глаза ее брата, цвета лесной хвои, выражали вселенскую настороженность и обеспокоенность.
— Лагерь? Что ты имеешь ввиду? — Кэлен и сама предполагала, какой будет ответ, но хотела убедиться. Она поджала губы.
— В нем были люди из Срединных Земель, — Гарольд задумчиво отвел взгляд, не смотря при этом ни на что конкретно. — Их было невообразимо много, раз в двадцать больше отряда, который я вел — от детей и до стариков, все в изорванной и слишком холодной одежде. Беженцы, это очевидно. К тому же, я боюсь, что они могут переносить болезнь.
 
Глаза Кэлен тщетно пытались отыскать какую-то помощь в полумраке вокруг. Она мечтала зацепиться за что-то, чтобы вновь не пропасть в самой себе и не заставлять брата волноваться.
— В Срединных Землях уже происходит что-то очень плохое, Кэлен, и это может быть не только Чума.
В момент рука Бердины опустилась на плечо другой женщины, выдергивая ту из бездны, которая начала разверзаться внутри нее. Морд-сит мягко сжала пальцы.
Кэлен совладала с собой и тепло посмотрела на нее. Она вновь обратилась к Гарольду.
— То есть люди бегут из Срединных Земель и ищут поддержку в Д’харе?
— Скорее всего. Самое страшное, что мы не знаем наверняка, что вынудило этих людей бежать.
Кэлен старалась сохранять спокойное лицо, но дыхание будто скрылось в закоулках ее легких.
— Хорошо, что они все еще ищут поддержку у нас, а не у Имперцев, стоящих на границах.
Гарольд грустно улыбнулся.
— Боюсь, что есть и такие, но пока их меньшинство. Советую тебе быть осторожнее относительно многих лордов — они сильно изменили свое мнение, пока тебя не было. Кто-то из них ведет двойную игру, я уверен в этом.
— Спасибо, что рассказал обо всем.
Гарольд шутливо поклонился и напускным заискивающим тоном выдал свое любимое «все для Матери-Исповедницы». Кэлен обняла его, и брат слегка похлопал ее по спине в знак поддержки.
Заходя в зал, Гарольд взял Кэлен под руку. Он будто почувствовал трещинку в фундаменте самой Кэлен, несмотря на ее будто уверенную улыбку.
На самом деле она чувствовала себя смертельно уставшей.
 
========== Глава XII, часть I ==========
 
Включена ПБ
 
С самого утра день не заладился. Еще тогда, когда Ричард проснулся и не обнаружил Кэлен на другой стороне постели, он на мгновение почувствовал страх, а затем —недоумение. Нахождение ответа на вопрос потребовало больше минуты — в ночь перед свадьбой жених и невеста явно не должны спать в одной постели (идеалистически — и все предыдущие ночи).
Мужчину окутывало то состояние, которое называлось «не в своей тарелке» — он был раздражен и на взводе, похожий на разъяренное хищное животное, бессильное и загнанное в тупик. Тупик на собственной свадьбе.
И глядя на Кэлен, лучезарно улыбавшуюся ему и приподнимавшую одной рукой краешек подола своего идеально белого платья во время ходьбы, а другой державшей за руку Зедда, с темной косой практически до пояса и с беззащитной тепличной голубой розой в руках, он понимал, что она испытывала те же непонятные, звериные чувства.
Ее все еще худая и оттого немного мальчишеская фигура, которую он знал уже как пальцы собственной руки, облаченная в безукоризненное шелковое платье, украшенное одной лишь искусной вышивкой золотой нитью и неподражаемое в своей простоте, была лишена всяких недостатков, если они имели место быть. Коса, немного растрепанная, как теперь любили носить ее д’харианские женщины, все равно выделяла Кэлен среди других своей длиной.
И взгляд, пронзительный взгляд, который был достоин любого Рала, старался не быть растерянным и таким же бессмысленным.
Кэлен сделала несколько шагов и встала вровень с Ричардом на возвышении. Они вновь, спустя несколько месяцев, оказались вместе в той точке, где раньше сходились солнечные лучи, идущие из световых колодцев на самом верху залы. Теперь солнце было заслонено тяжелыми снежными облаками, из-за которых в зале царил легкий полумрак, несмотря на то, что время клонилось к полудню.
Невеста развернулась спиной к толпе безмолвных зрителей, трепетно в силу момента смотревших на нее. Она положила единственный цветок на пьедестал прямо посреди возвышения, возле которого стоял Натан Рал в качестве представителя рода, к которому теперь должны принадлежать и Ричард, и Кэлен. С другой стороны к нему присоединился Зедд, который выступал как посаженый отец невесты.