Забава для мажора (СИ)

— Бесы и есть бесы. Привет, Богдан, — здоровается с другом. — Мы с папой поехали. Ведите себя хорошо.
— Хорошо, тётя Олеся. В десять часов молочко и в люлю. Я прослежу за вашим мальчиком.
— Ну я на тебя рассчитываю тогда, Богдан. Памперс ему поменять не забудь.
Олеся закрывает дверь, а Дан ржёт, откидываясь на спинку дивана.
— Крутая у тебя мачеха.
— Ага, повезло. Во сколько выдвигаться будем?
— Давай еще матчик и можно ехать. Все равно рано никто не собирается.
Запускаю игру, разнося в этот раз друга всухую.
— Не плач, Алиса. Ты стала взрослой.
— Я — то ладно, сопли утру и забуду. А тебе сегодня может ой как подфартить. Прикинь, если достанется Крылова?
Блять. Я так — то уже успел забыть, ради чего мы собираемся. С Крыловой будет пипец как сложно. Мы друг друга терпеть не можем. Это раз. Два: она таскает очки со стеклами в мой палец и постоянно грызет ногти. Если очки еще ладно. Можно закрыть глаза. То ногти. Это… Не для моей брезгливой натуры, короче.
— Молись, чтобы не она, если не хочешь остаться без друга.
— Свечку поставлю. Собирайся иди. И мне футболку свежую дай, домой не охота заезжать.
— Сам выберешь. Где гардеробная и душ знаешь.
— Знаю, конечно. Я так, приличия ради спросил и чтобы избежать гнева ящера злобного, огнем плюющегося.
— Дан, угомонись сегодня уже.
— Не могу. Меня не отпускает чувство, что сегодня будет офигенное веселье. Интересно, Макс только наших позвал, или девочек из группы поддержки тоже? Там такие фигуристые чикули есть. Ммм…
— Вот скоро и увидишь. Костяну звонил? Захватим его или он сам приедет?
— Сам собирался. Недотрогу караулить будет.
— Если придет. Ни разу не приходила.
— Он надеется и ждет.
Понимающе переглядываемся и топаем собираться.
Разгоняю машину, кайфуя от отдачи железного коня. Сейчас бы откинуть верх и пронестись по пустому диаметру, но Дан не поймет. У него в глазах уже азарт горит. Кто — то из пацанов скинул фотки, что девочки — чирлидерши в полном составе прибыли.
— Меня не тревожить, не искать, не дергать. Понял? Эта рыженькая еще в прошлый раз на меня запала. Нехорошо заставлять девушку ждать.
— Кто о чём.
Ответить другу не дает громкая музыка, звучащая на улице. Слушаю знакомые биты, и кровь разгоняется по венам. Душа просит праздника и кто я такой, чтобы ей сопротивляться?
Войдя в дом принимаюсь оглядываться.
— Костяна ищешь?
— Ага, — соглашаюсь, высматривая вовсе не знакомую фигуру друга.
— Пойду у бара проверю. Заодно узнаю, пришла ли это заноза или опять наш Хатико будет страдать.
— Валяй. Найдете меня.
Беру левее, двигая к террасе. В районе бассейна тусит Алина со своей свитой. А если учесть, что я слился и проигнорил все её просьбы забрать из дома и подвезти… короче, лучше подольше с ней не пересекаться. Не хочу портить предвкушение очередной истерикой. Вообще пора ей объяснить, что конец.
— Рад, что пришёл. Уважаю.
На подходе к террасе натыкаюсь на Макса. Сбоку уже висит незнакомая девчонка, дуя губы. Вот интересно, кто им сказал, что выражение а — ля тупая утка возбуждает? Когда Лютова это изображает, у меня одно желание: достать иголку и проткнуть эти пельмешки. Интересно, на какой радиус брызнет гель? Или чем они себе там качают эти части тела?
— Да я вроде никогда и не бегал. Способ ты выбрал странный, конечно.
— Тем интереснее будет играть.
— Нуууу… может быть.
— Когда выберем?
— Сейчас все соберутся, и решим. Я ради этой цели хрень притащил с шарами, как в лото. Шиковать — так шиковать. Результат того стоит.
— Так хочется в лидеры? Другого способа нет?
— Погуляй пока, детка. — Макс выпроваживает девчонку, переключая всё внимание на меня. — Не лидером, Тёмыч. Не лидером. Тебе зад хочу надрать.
— До сих пор не отпустило, что Лютова меня предпочла?
Усмехаюсь. Может, причина, что я её терплю столько времени, тоже в этом? Поиграть на нервах конкурента? Не помню, с чего началось наше соперничество. Мне кажется, оно было всегда. И чем старше мы становились, тем тупее становились способы выявить первого. Сегодня, видимо, наша тупость достигнет апофеоза.
 
Но и отступить… не дождется!
— Если тебе интересно, этот вариант она сама предложила.
Ох у ели, ох у ели… а ещё у сосны, твою мать. Мог бы и раньше догадаться.
— Давай, Лютова, записывай по порядку номера и фамилии девчонок всей параллели.
— Тех, кто здесь? И себя можно? — Алина пробегается глазами по помещению. Народ веселится вовсю, заливаясь коктейлями. Кто — то уже успел налить в бассейн пены, чтобы устроить пенную вечеринку. В такую погоду самое то, чтобы алкоголь вышел.
— Не тупи, а? Всех пишешь, кроме себя. Как готова будешь, скажешь.
Пока Алина издевается над ручкой, спрашиваю Костю, не видел ли кого — нибудь особенного.
— Нет их здесь, расслабься.
Горецкий сворачивает лист с фамилиями:
— Правила все знают. Ни под каким соусом никто, кроме нас, не должен знать об игре. Начало отсчета — понедельник, срок месяц. Способы любые, в пределах закона. Готов?
— Давай.
— Крути барабан, Лютова.
— О, а можешь голосом Якубовича результат объявить? — Ну куда ж без Дана.
— А кто это?
— Богдан, не отвлекай её. У нее сегодня важная миссия. — Макс хоть и улыбается, а смотрит остро. Нервничает? — Вытаскивай.
— Номер восемь.
Разворачиваем список.
Бл@ть…
7.
Лия.
Утро субботы начинается более чем неожиданно. Я привыкла, конечно, что Дашка немного сумасбродная, но чтобы так!
— Хватит спать, пока солнце в попу не уперлось! Подъем, Жемчужная!
Подскакиваю на кровати, растирая глаза. Вчера мы до двух часов проболтали с Олей, потому сегодня обе спим, как убитые.
— Дашка!? Ты здесь откуда? Как?
— Ка́ком, блин. Как все цивилизованные люди, на машине.
— На… какой машине, Даш?
— А ты на кухню выходи, сама увидишь.
Подружка хитро прищуривается, и, подмигнув, удаляется.
Быстро натягиваю спортивные штаны и футболку, приглаживаю волосы и топаю в пищеблок. Умывальник, к слову, есть только там. Ну и на улице еще, но сейчас холодновато умываться вне помещения.
Щурюсь, не до конца проснувшись, и переступаю порог. Замираю, занеся ногу. Охренеть! Девочки так, конечно, не выражаются, но… Два раза охренеть!
— Он что здесь делает!?
Совершенно невежливо тычу пальцем в непрошенного гостя, сидящего за столом и мирно попивающего чай из… моей кружки, между прочим!
— Фу, как невежливо, Лия.
Краснею, потому что он прав. Но блин! Блин-блин-блин! Как Стёпа оказался на этой кухне?! Кааааак!? Однажды мы выбирались сюда классами, да. Но чтобы он… и на дачу?
— Я в шоке. — Закатываю глаза. — И привет, конечно. Но сначала все равно в шоке.
— Ладно тебе. — Дашка лыбится рядом. — Мы соскучились.
Верю. Что Дашка соскучилась. Хоть мы продолжаем видеться, но мало. Раньше мы постоянно вместе были. Но Степан! Он и… Правда соскучился? Я же уверена была, он на меня внимание не обращал. Пару раз не в счёт.
— Очень, — подаёт голос парень, а я аж дергаюсь от неожиданности. — Такую красавицу у нас забрали.
Слушайте, а может я это? Сплю? Бывают же такие сны, чтобы как в реалити. Ну потому что не может сам Степан Нечаев такое сказать!
— Ты б себя видела со стороны. — Дашка снова смеется. — Давай, умывайся и на улицу выходи. Сёмка с дедом уже шашлыки нанизывают.
— И Семён здесь?
— Ну куда ж без него? Верный паж. — Стёпа встаёт из-за стола и проходя мимо наклоняется и чмокает меня в макушку.
Сразу происходят две вещи. Во-первых, я фактически в обмороке. А, во-вторых, шарахаюсь и прикладываюсь об угол дровницы. Нога практически мгновенно припухает и начинает разливаться здоровенный синяк. Зато уверена могу быть: я точно не сплю.
— Дааааш, — шепчу подруге, когда Нечаев выходит во двор, — это что сейчас такое было? Ты видела это? Или у меня болевой шок и глюки?