Клан Тора.Тетралогия (СИ)

Хлопок, и небо перечеркнул дымный след — это Есида выпалила по гигантской голове из ПЗРК, целясь в самое уязвимое место дракона, в красное пятно на горле.
Ракета лишь раззадорила дракона, он даже не стал реветь, чтобы снести нас мощным воздушным потоком своего рыка. Он просто выпустил исполинскую струю пламени, накрыв все вокруг, и нас в том числе испепеляющей струей огня. Последнее, что я почувствовал, был испепеляющий жар, сжигающий меня заживо. Я заорал… и проснулся, неверяще глядя в потолок надо мной и склонившуюся голову Хитоми.
— Что, опять кошмары? — она погладила меня по щеке.
— Да, про тот день, два месяца назад.
— Точнее сто пятьдесят лет тому вперед, — она поцеловала меня в щеку.
— Осталось только подождать эти сто пятьдесят лет, — сказал я. — Время у нас еще есть.
— Есть, — она прижалась ко мне, и закинула ногу на мои. Ласково потерлась влажным мехом о бедро… — Но я довольна лишь одним.
— Чем? — я скосил глаза вниз.
— Что ты сдержал свое обещание, нии. И держишь его уже полгода, — промурлыкала она.
— Ну, — моя рука скользнула вниз…
— Что тут у вас случилось? Кто орал? — открылась дверь, и в комнату влетела Мизуки. Стучаться она так и не научилась.
— Рику опять снился тот день, — приподняла голову Хитоми.
— А я думала, ты ему пальцы не туда вставила…
Я спустил руку на пол, нашарил тапок и попытался кинуть его в Мизуки. Бесполезно — пущенный неуверенной рукой тапок не долетел до уклонившейся наглой девчонки.
— Иди к нам, — поманила ее Хитоми. — Замутим тройничок…
— Какой нахрен тройничок? Четыре часа ночи, — зевнула Мизуки. — В отличие от вас я предпочитаю отсыпаться одна… Ну или иногда одна.
— Ну тогда либо присоединяйся, либо закрой дверь с обратной стороны и не мешай мне пытать его с пристрастием, — Хитоми укусила меня за мочку уха.
— Ни стыда, ни совести! — прокомментировала Мизуки.
— Ага. Ничего лишнего, — промурлыкала Хитоми, и откинула простыню, прикрывающую наши сплетенные тела.
— Да пошли вы! — Мизуки хлопнула дверью так, что стена задрожала.
— Ну вот, обидели девчонку, сказал я.
— Ага. Возбудили и не удовлетворили, — сказала Хитоми. — Хотя я ей предлагала.
Ну да, ну да. Я помнил, как они несколько раз оторвались на мне вдвоем. Это было нечто.
— Ну действительно спать пора! — сказал я.
— Ты так думаешь? — облизнулась многообещающе Хитоми, и почувствовал ее пальчики, сомкнувшиеся на… Короче внизу. Нежные такие, умелые. — Ну вот, а говорил «спать пора!».
  
Глава 2
 
С утра мы сидели на нашей большой кухне, и пили настоящий обжигающий натуральный кофе. Здесь еще можно было его достать, поэтому я пристрастился к нему сразу. В том мире, откуда мы пришли, кофе был немыслимой роскошью, я его видел раза два, и то пробовал только раз, на приеме у начальника отдела специальных операций среди особо приближенных лиц. А что пили обычно? Воду, не всегда чистую, приправленную армейским набором стимуляторов и прочей химии. А вот до армии — что попало. Ребенок, оставшийся без попечения родителей, погибших в начале Возвращения, не мог себе позволить ничего больше затхлой воды из грязных баков в лагере беженцев. Да там и ели-то не каждый день, кому нужны дармоеды, которые отнимают еду у солдат, сражающихся за мир?
— О, а вот и Мизуки, — отвлекла меня от своих мыслей Хитоми. И вкрадчивым тоном спросила: — Как спалось, сладкая?
Встрепанная, с красными глазами Мизуки показала ей древний священный жест «фак». Хитоми расхохоталась. При этом она случайным движением задела поясок своего шелкового халатика, и он упал на пол. Полы распахнулись, а нижнего белья на Хитоми не было.
— Ой, — с деланным смущением сказала она, опускаясь на пол так, что халатик распахнулся полностью.
Я почувствовал, что мое обещание было выполнено не до конца, а Мизуки покраснела.
— Хватит уже старыми прелестями трясти, — мстительно сказала она.
— Старыми? У кого это старые, а? — глаза Хитоми опасно блеснули, а пальцы сжались в жесте «сейчас в рожу вцеплюсь». — Это кто старая?
 
— Тебе же уже двадцать один, ты старушенция. А мне восемнадцать, — показала Мизуки язык.
— Ну а мне двадцать пять. Так что закончили тут лифчиками меряться, у нас еще дела, — прервал я их пикировку.
— Что у нас на сегодня? — уже серьезно спросила Хитоми.
— У тебя пока подготовка с Мизуки. Ты ее учишь рукопашному бою, а она тебя — теоретической магии. У нее кладезь заклинаний, неизвестных еще здесь.
— Лучше бы ты учил, — обиженно буркнула Хитоми.
— Мы позанимаемся с тобой сегодня вечером, Кошка. А мне нужно встретиться с аватаром.
— Не забудь социп, — сказала Мизуки. — Хоть местная дебильная система искусственного интеллекта нас и не видит, но при проверке полицией лучше предъявить им реальный.
— Точнее, сделанный тобой? — я уточнил это слово.
— Ну да. Местные компьютеры настолько примитивные и настолько уязвимые, что сделанный мной пройдет любую проверку.
Что правда, то правда. Накопленные за полтора века знания позволяли делать с местными сетями и серверами все, что угодно, а уж такой хакер как Мизуки, творила чудеса. Она и попала в «Тора» из-за своих способностей.
— Ты выяснила, что у них с магическим обеспечением?
— По большей части, — вздохнула она. — Магия тут, как ты знаешь, в зачаточной, точнее противозачаточной стадии. Они еще не дошли до самогенерации заклинаний, это будет лет через пятьдесят, так что пока используют мейнфреймы для их майнинга, и поэтому выходит у них это медленно и туго. Дзайбацу пока овладели первым уровнем теормагии, и перебираются на второй, частично его освоив.
— Составь список теормагов и мест, где они майнят, — сказал я. — Будем производить регресс, нам совсем не нужно, чтобы они быстро дошли до третьего.
— Ну третий им будет подвластен лет через тридцать, тогда они и додумаются до самогенерации. А уж наш шестой уровень, если все будет идти, как и шло, у них выйдет лет этак через сто.
— И тогда же придут драконы.
— И тогда придут драконы, — эхом повторила Мизуки.
— Ладно, все все поняли? И да, девочки, не ссорьтесь. Если вернусь и встречу вас с расцарапанными рожами, то обижусь.
— А мы их залечить успеем, — гундосо сказала Хитоми из бокала с кофе. — Ладно, шучу.
Я шутливо показал ей кулак.
Мы встретились с аватаром в парке Сидзюку Гёэн, огромном и зеленом. А что еще более ценно, как сказал аватар, здесь были места, недоступные для вездесущих камер «Реми» и полицейских наземных дронов. Только для коптеров, но двух мирно беседующих людей, не творящих никаких непотребств вроде распития спиртных напитков или публичного секса они не тронут, в их куцых интеллектронных мозгах не заложено причинять вред без необходимости.
Как выглядит Он, и как будет выглядеть сегодня аватар, я не знал. Ни одного раза в реале не повторялось, это были совершенно разные люди, в которых Он вселялся. Вот и сейчас, когда я зашел подальше в чащобу и стал ждать, послышалось цоканье каблучков, и на дорожке появилось милое создание нежного возраста, в легкомысленном платьице и босоножках, и широкополой шляпе. Лет шестнадцать-семнадцать, но, как всегда, внешность была обманчива.
Милое создание остановилось возле меня, сидящего на траве.
— Привет!
— Привет, — я встал, а девушка протянула руку и раскрыла ладонь. Я прикоснулся к ней своей ладонью. Контакт! Мир потерял краски и звуки, выпав из реальности.
— Ваша операция признана мною успешной. Ликвидацию Ивамото одобряю. Члены оставшихся восьми Синдикатов сейчас в панике, усилили меры безопасности.
— Какие будут указания?
— Как вы правильно предположили и предложили в прошлый раз, надо устроить регресс в области магии, чтобы не дать возможности ее развития. Сейчас синдикат Кубота-кай осуществил прорыв в прикладной магии второго уровня. Их мейнфреймы намайнили заклинание левитации.