Клан Тора.Тетралогия (СИ)

Император Ямахито находился не просто в дурном расположении духа, он пребывал в ярости. В такие минуты, он знал по опыту, нельзя сидеть в помещении, надо прогуляться по дворцовому саду, постоять на деревянном мостике, слушая кваканье надувающих щеки лягушек. Поэтому встречу с начальником штаба Объединенного комитета начальников штабов император назначил в чайном домике на берегу пруда в дворцовом саду.
Рикусё господин Мияхара был мужчиной весьма крепкого телосложения, жилистым, подвижным, с быстрым пронзительным взглядом. К счастью, он принадлежал к числу настолько доверенных людей, что с ним можно было не стесняться в выражениях.
— Вы захватили свой танто? — вместо приветствия поинтересовался император, когда Мияхара с поклоном вошел в чайный домик.
— Никак нет, ваше величество.
— Интересно, почему? Или современные военные так далеки от понятий самурайской чести? Вашего господина, то есть меня, отымели. Дважды. А вы даже не думали о сёпукку.
— Я так не считаю.
— Что?
— Я не считаю, что вас, а следовательно и меня, отымели.
— Что же вы считаете, если не это? — голос императора едва не сорвался на визг.
— Я считаю, что мы, как уже бывало в истории нашей страны, столкнулись с грозным и опасным противником, для победы над которым потребуется консолидация всех сил и ресурсов, доступных вашему величеству. Отымели нас когда-то американцы, и тогда многие прибегли к сёппуку. Но сейчас не время самим себе животы вспарывать. Нужно принимать меры, чтобы такое не повторилось.
— Интересно, какие? — Император сощурился.
— Во-первых, я бы рекомендовал больше не доверять деньги и технологии сторонним исследовательским компаниям.
— Вы издеваетесь? — упавшим тоном спросил император. — Каким сторонним компаниям? Эти… Не знаю, как их назвать…
— "Тора", ваше величество.
— Вы решили поумничать? Я прекрасно знаю, как они себя называют. Но вот эпитет к ним подобрать затрудняюсь. Они напали на защищенный императорский центр! А вы говорите о сторонних каких-то компаниях. Что мы можем этому противопоставить?
— Они воспользовались фактором неожиданности и тем, что мы не считали этот объект достойным столь дорогостоящего и дерзкого нападения. Я предлагаю перевести все объекты по изучению магии под охрану сил самообороны. Всех профильных ученых собрать в нескольких независимых защищенных центрах, организовать защиту с учетом полученного опыта.
— Ну, допустим. — Император смягчился.
— И еще я бы нашими силами установил наблюдение за объектами, уже подвергшимися нападению.
— Это еще зачем?
— Возможно, нападения были лишь обманным маневром, чтобы мы считали эти объекты утраченными. А когда мы ослабим бдительность, эти "Тора" вернутся за тем, что им действительно нужно.
— Хорошо. Идея мне нравится. Действуйте.
  
Глава 12
 
Хорошая привычка — отсыпаться до полудня, хотя и совершенно не характерная для нашего национального менталитета. Ну что поделать, мы не на работе, а на войне. А на войне спишь, когда можешь, ешь, когда придется — а то вдруг и не придется, будет не до этого. Так что оставим в стороне вопящие от ужаса биоритмы, изнасилованные текущей ситуацией в извращенной форме.
Когда я спустился на кухню, то застал красноглазую Мизуки, чьи воспаленные глаза свидетельствовали о том, что она скорее всего так и не ложилась. Запах кофе, плотно висящий в воздухе, это только подтверждал.
— Ты хоть сегодня спала? — участливо спросил я.
— Некогда. В морге отдохнем, — отмахнулась Мизуки, и продолжала что-то листать в планшете, а вот это уже новость. Обычно этой древней палочкой-выручалочкой она пользовалась тогда, когда имплант уже не справлялся с потоком информации — пусть лучше уж чипы греются, чем нейроны в трубочку сворачиваются.
— Вчерашнюю информацию обрабатываешь? — я поставил турку на огонь, не люблю я казенный кофе из офисных кофемашин.
— Пытаюсь, — тяжко вздохнула она, и неожиданно, а точнее все-таки ожидаемо зевнула. — Тут столько всего…
 
— Рассказывай! — потребовал я. Надо ее окончательно утомить, а потом спатки уложить, мне бойцы на полном мозговом издыхании не нужны.
— Попробую, уж слишком большой объем информации пришел вчера, да и вы с Хитоми приперли вот это вот, — она постучала по небольшому черному ящику памяти, который запасливая Хитоми дернула из сервера перед нашим отходом. — Ну начнем с того, что как я вчера и говорила, началось производство брейнфреймов. Пока штучное, экспериментальное, даже не мелкосерийное, с подавляющим процентом брака, но все-таки производство. И профессор Такахаси, разработавший эту технологию, сам стал одной из жертв своего изобретения.
— Что-нибудь похожее на то, что мы извлекали из мехов адептов?
— Ну если сравнивать паровую машину и мотор-колесо, то похоже. Это брейны первого поколения, а в мехах адептов стояли мозги уже пятого, да еще и со стертой памятью.
— Ага. И с тремя рефлексами — жрать, трахаться и бежать.
— Не путай солдат Восточно-Азиатского Союза и мехов. Но да, мозги им потрошили конкретно.
— Особенно пленных. Сами-то адепты не хотели закончить существование в железном теле, — сказал я, ощутив неприятный холодок.
Ну да, что вполне естественно. Другое дело, что попавшегося Потрошителя, как мы называли механомагов, быстренько пускали в расход за его грязную работенку, обычно разнося картечью в упор голову. За все хорошее, так сказать. Но вот только они вынимали мозги из пленных в условиях полевого госпиталя — магия и медицина далеко ушли вперед, в отличие от откатившихся назад этических норм.
— Эту технологию мы уже не успеем уничтожить, она стараниями Такахаси расползлась по миру. Ох, вечно мне эти ученые-энтузиасты…
— Пока не почувствуют это на собственной шкуре, — я бросил в кофе два кубика сахара. — Профессор, я думаю, был не рад, когда с ним сделали то же самое.
— Мало того, даже просил прекратить его страдания, — кивнула Мизуки.
— А вот то, что он сдал? Что ты выяснила на основе анализа его информации, которая хранилась не на сервере, а в его мозгах?
— Тут вообще бомба. Информационная, но большая и убойная. Знаешь, кому принадлежала та лаборатория?
— Какому-то клану, ты, наверное, уже выяснила…
— Только не клану, а тэнно-ка.
— Императорскому дому? — я чуть не выронил дымящуюся ароматным паром чашку.
— В точку, — подтвердила Мизуки. — Именно так.
— Ну тогда это действительно информационная бомба. Если об этом узнают СМИ или противники императора…
— Ну про СМИ мы уже говорили, это дело закончится разделкой редактора и его репортеров. А вот противники — да, учитывая то, что нынешний император популярностью, мягко говоря, не пользуется, и как мы видим из будущей истории, совершенно заслуженно. Другое дело, что "шатать режым" нам не надо, его и так со временем сожрут. Но иметь это в загашнике — почему бы и нет. Что тэнно-ка не просто не следит за этическими нормами, но и вовсю их нарушает. Другое дело, что доказать это будет не трудно, а очень трудно — все, что есть, это слова мертвого профессора, пусть и подписанные его цифровой подписью. А самого профессора нет и уже давно — это если еще доказать, что лжепрофессор был связан с императорским домом. Зря вы не обыскали его дом.
— Ну сама понимаешь, тут выбор был такой — либо провести операцию, либо шмонать его дом, разбираясь в оставленных сюрпризах и рискуя вызвать тревогу.
— А вот это — само собой не доказательство, — Мизуки подняла лежащее на столе удостоверение. — Полиция тоже умеет заметать следы и скажет, что это подделка и такого сотрудника у них никогда не было, либо он скоропостижно скончался от несчастного случая, что собственно и произошло. Так что все шито-крыто и никаких доказательств.
— Ладно, все что есть.
— Тут, кстати, полный список заклинаний, которые были намайнены не только в этой лаборатории, но и в лабораториях других кланов. И насколько я могу судить по исходникам, не все из них получены или переданы легально.