Клан Тора.Тетралогия (СИ)

К полудню силы императорской гвардии и армейских подразделений оцепили центр Токио по линии Аракава‑Тосима‑Сибуя, выстроив хорошо защищенную дугу к северу от залива, она прикрыла Императорский дворец и прилегающие к нему деловые районы. Создав таким образом себе надежный тыл, силовые подразделения армии, полиции и гвардии получили возможность выдвигать мобильные зондеркоманды для зачистки города от якудза.
Преступные кланы настолько увлеклись разборками между собой, что оказались легкой мишенью для хорошо мотивированных и экипированных подразделений. Когда же главари якудза осознали, в какую ситуацию сами себя загнали, было уже поздно – основные позиции были утрачены, кланы несли колоссальные потери, и ни о какой консолидации криминальных структур уже не могло быть речи. Никто ни с кем не собирался договариваться, все были охвачены жаждой мести, а силы императора этим в полной мере воспользовались, нанося точечные удары хорошо подготовленными зондеркомандами. Якудза вынуждены были сдаваться или бежать из города.
В этот переломный момент Тора нанесла свой первый удар – Реми отключила авионику всех пяти ударных полицейских вертолетов, находившихся на тот момент в воздухе над центром Токио. Машины рухнули на городские кварталы, ломаясь о небоскребы и расплескивая топливо, после чего пять улиц и почти сотня зданий превратились в огненный ад. Тут же Аямэ провела вызов одновременно на все телефоны уцелевших главарей банд, включила их в общую конференцию и сообщила:
– Я говорю от имени клана Тора. Думаю, сам способ, которым я с вами связалась, говорит о наших нескромных возможностях. Сейчас вы ведете своих людей к гибели, потому что тех, кто выживет в межклановой войне, все равно уничтожат силовые подразделения, подконтрольные императору. О части нападений на якудза вы не могли не слышать, а теперь я скину вам на мониторы карту всех подобных нападений, чтобы не возникало иллюзий. Заодно фото машин, задействованных в карательных операциях. Все они принадлежат либо полиции, либо императорской гвардии. Император нанес удар по криминальному миру, и нанесет еще столько, сколько понадобится для полного уничтожения якудза. Я предлагаю вам альтернативу неизбежной и бесславной гибели. Суть ее в том, чтобы объединиться и выступить единым фронтом против императора, узурпировавшего власть. Часть кварталов, оцепленных войсками и полицией, сейчас пылают. Мы сбили пять вертолетов, и в наших возможностях полностью взять под контроль небо над городом, включая контроль над любыми дронами. У нас есть мощное противотанковое вооружение, опыт, решимость. Единственное, чего нам не хватает, так это живой силы для создания мобильных ударных групп. Всех, кто готов встать под знамя Торы или любого из Десяти Кланов, я прошу прибыть в одну из трех точек, выбрав ближайшую к вам. Координаты на ваших устройствах. Так же я установила на ваши устройства специальный код, по которому вы будете опознаны нашими людьми на месте, после чего вы получите необходимые инструкции, оружие и снаряжение. У всех нас теперь общий враг – император. И только от вас зависит исход этой битвы. Право жить привычной вам жизнью теперь придется отвоевать. Конец связи.
Уже через десять минут после сообщения Аямэ к Мацубаре, Ронину и Кабаяси начали подтягиваться те из главарей, кто решил отказаться от клановой войны и примкнуть к совету Десяти Кланов. С ними прибывали и подконтрольные им боевики. Без задержки начались инструктажи, формирование, вооружение и снаряжение мобильных ударных групп. Ронин и Кабаяси с помощью Аямэ установили надежную связь с назначенными командирами подразделений и получили возможность контролировать достаточно разрозненную, но уже неплохо мотивированную армию. Северным крылом командовал Кабаяси, западным Ронин, а на востоке был готов к наступлению лучший отряд под командованием Мацубары. С юга круг замыкал Токийский залив, а в центре круга находился дворец императора.
Не понимая, чем вызвано падение пяти вертолетов, императорская гвардия направила к местам катастрофы еще десять ударных машин с боевым обвесом. Но Мизуки, пользуясь поддержкой Аямэ и Реми, сделала то, что уже делала в этом мире – перехватила управление над системами наведения и управления огнем, после чего дала залп с вертолетов по позициям бронетехники. После того, как все вертолеты весьма эффективно отстреляли боекомплект по своим же, Реми отключила авионику, и десять машин рухнули на город так же, как первые пять.
 
В рядах гвардейцев и полиции началась паника – танки и бронетранспортеры горели, всюду валялись изуродованные взрывами тела, начались многочисленные пожары.
Ронин вывел свою ударную группу из трехсот человек с западного направления, снарядил дальнобойную винтовку пулями с магической прокачкой, и приготовился принять данные по корректировке огня от Аямэ.
– Наги активизировались, – довольным тоном сообщила она. – Среди людей паника, так что ящерицы пытаются восстановить дисциплину. Даю координаты, где активность нагов очевидна. Остальные данные даст разведка.
Ронин принял на смарт‑очки координаты, перекинул их на карту, затем на 3D‑проекцию городских кварталов, с точным азимутом для стрельбы, а так же с учетом баллистического возвышения, текущего направления и силы ветра.
Введя данные в прицел винтовки, Ронин выпустил набитую магией пулю. Она пронзила более семисот метров пространства и ударила в стену здания на повороте улицы, издав долгий визг рикошета. В тот же миг высвободилась магическая энергия нанесенных на пулю плетений, и в радиусе почти ста метров все живое разнесло на атомы. При этом техника, здания, грунт, оружие, не претерпели вообще никаких изменений. Над позициями бойцов просто образовалось облако пыли, а винтовки со стуком посыпались на асфальт.
– Чисто! – сообщила Аяме. – Людей не знаю сколько накрыло, но трем нагам точно капец.
– Вперед! – приказал Ронин. – Нужно занять оборудованные позиции, пока с тыла не подогнали подкрепление.
В это время с востока, где находилась ударная группа Мацубары, прилетела такая же как у Ронина пуля, но, когда улица обезлюдела, по ней в тыл противника прорвался не отряд, а Хитоми в звериной морфе под скрытом.
Пользуясь магическим зрением и сверхвысокой мобильностью, Хитоми помчалась по улице, сохраняя невидимость, прямо через укрепления противника. Все, кто случайно оказывались у нее на пути, лишались голов, конечностей, а то и отдельных внутренностей, выливали на асфальт литры горячей крови. Но никто не успевал понять, что произошло, и уж тем более не успевал открыть огонь. Хитоми пробивалась через наспех развернутые уличные укрепления и живую силу противника, как молния, не встречая никакого сопротивления, но чиня катастрофические разрушения.
Ее магическое зрение цепко фиксировало местоположение нагов, пытающихся восстановить дисциплину в рядах дрогнувшего противника, а имплант передавал эту информацию в мозг Мизуки, которая засела с модернизированной гаусовкой на крыше доминирующего небоскреба за пределами оцепления.
Стоило в поле зрения Хитоми оказаться нагу, Мизуки проводила коррекцию прицела прямо с импланта, и выпускала пулю, скорость которой мало отличалась от скорости ворвавшегося в атмосферу метеорита. Разогретый трением о воздух снаряд яркой спицей прошивал пространство и разносил рептилоида на порционные куски мяса. Флюоресцирующая кровь летела брызгами во все стороны, вызывая еще большую панику в рядах ничего не понимающего противника.
Всего через пять минут в восточной части оцепления царил полный бардак. Если императорская гвардия еще как‑то держалась, то отряды полиции оказались полностью деморализованы сокрушительной мощью невидимого противника, которому не получалось оказать даже подобия сопротивления.
По команде Аямэ Ронин тоже инициировал невидимость плаща, и рванул с запада вперед с той же целью, что и Хитоми с востока. Конечно, ему до скорости и смертоносности Хитоми было, как до Луны от Юпитера, продвигался он намного медленнее, но и ему, за счет невидимости и умелого владения вакидзаси удалось посеять не слабое смятение в рядах противника. Его клинок превратился в веер отточенной стали, рассекая плоть с эффективностью промышленной мясорубки. При этом боевая группа Ронина, наступая, вела плотный поддерживающий огонь, что здорово облегчало работу, но не могло причинить Ронину вреда – заклинания плаща надежно останавливали как вражеские, так и дружеские пули.