Клан Тора.Тетралогия (СИ)

– Нам надо решить, кто сядет во главе стола, – на ходу сказал Ронин, покосившись на Кабаяси. – Думаю, это будешь ты. Я встану рядом, этого этикет не запрещает.
– Ну, сочту за честь, и все такое. – Кабаяси отвесил шутливый поклон.
– Клоунаду только не устраивай, – одернул его Ронин. – Это опускает твой статус в глазах подчиненных.
– Ну ты разошелся.
– Пока только разминаюсь.
Чтобы не нарушать этикет и расставить приоритеты, Ронин пропустил Кабаяси вперед, и лишь потом перешагнул порог кабинета. За длинным столом довольно вальяжно сидели главари банд. Одеты все были весьма разномастно, кто в кимоно, кто в юкате, кто в байкерских кожанках, кто в европейских костюмах. Но не это привлекло внимание Ронина.
У него уже вошло в привычку использовать магическое зрение при входе в любое помещение, чтобы сразу выявить невидимые для других опасности. Стоило ему настроиться на интерпретацию тонких энергий, он тут же различил под кожаной курткой одного из главарей пояс со взрывчаткой. Меньше секунды потребовалось Ронину, чтобы выхватить пистолет и выпустить пулю точно в голову ничего не подозревавшего главаря. В стороны полетели куски раздробленного черепа и мозгов.
Остальные главари отшатнулись от кровавых ошметков недоуменно вытаращились на Ронина, некоторые вскочили, выхватив оружие и приняв оборонительные стойки.
– Это ты тоже так разминаешься? – удивленно спросил Кабаяси.
– Всем успокоится! – велел Ронин. – У этого придурка под курткой взрывчатка.
Хасимото подбежал к трупу, расстегнул на нем куртку и кивком подтвердил, что взрывчатка действительно есть.
– Живо всем прочь из кабинета! – велел Ронин.
Главари поспешили покинуть опасное помещение, Ронин, Кабаяси и Хасимото тоже не стали рисковать и перебрались в зал.
– Где его люди? – негромко спросил Кабаяси.
– Как и все, несут дозоры на улице, – ответил Хасимото. – Это байкеры из шестнадцатого района.
– Снайперов не они выставили? – уточнил Ронин.
– Нет, снайперы мои, – успокоил его Хасимото.
– Уже лучше. Странно, что главарь, пусть и шпаны, нацепил на себя взрывчатку. – Ронин задумался. – Бред какой‑то.
– Ну, не бред. – Кабаяси покачал головой. – Во‑первых, нанеся урон нашему легендарному клану, он покрыл бы славой не только себя, но и свою задрипанную банду. Во‑вторых, может он не собирался сам взрываться. На поясебомбу проще пронести, но потом он мог ее оставить под столом, а сам выйти под благовидным предлогом.
– Как вариант, – ответил Ронин, всем видом показывая, что его не удовлетворили объяснения. – Откуда вообще известно, что он главарь?
– Ну… – Хасимото замялся. – У нас же собрание главарей.
– Отличный ответ! – Ронин глянул на него таким взглядом, что даже Кабаяси поежился. – Вы не знаете, кого впустили?
И тут в кабинете шарахнуло таким мощным взрывом, что вывернуло часть стены, ранив нескольких бандитов обломками.
– Дистанционный подрыв! – выкрикнул Ронин. – Приготовится к нападению!
Снаружи донесся грохот плотной стрельбы и несколько взрывов.
Бандиты, сидевшие за столиками, бросились к окнам и заняли оборону. Завязался ожесточенный бой. Судя по плотности огня, численность противника минимум впятеро превосходила силы защитников «Черного кабана».
Ронин бросился к двери черного хода, которая уже трещала от натиска, выпустил из пистолета остаток патронов, после чего сменил магазин на другой, с патронами, прокачанными магией. Распахнув дверь, он принялся лупить по всему, что движется, оставляя в рядах противника катастрофическое опустошение. Мало того, что при любом попадании обработанная магией пуля разносила человека в клочья, так еще и настильность траектории была, как у винтовки, что позволяло Ронину поражать любые цели на дистанциях уличного боя. По нему тоже открыли огонь, но теперь его плащ был оплетен намного более продвинутыми заклинаниями, чем раньше, что повышало уровень защиты до уровня защиты легкого бронированного меха.
– Кабаяси, выводи главарей через черный ход, я прикрою! – крикнул Ронин, отстреляв весь боекомплект. – Отвечаешь за каждого! И пулемет мне притащи!
 
В это время Хасимото как раз доставал из тайника на кухне и раздавал более серьезное вооружение, чем обычное стрелковое. Там были и легкие противопехотные гранатометы, и пулеметы, и даже два пятидесятизарядных фугасных огнемета. Хабаяси прихватил один для себя, повесил на шею пулемет для Ронина, и крикнул:
– Господа, прошу на выход. Тут мы как крысы в норе.
Упрашивать никого не надо было. Прозорливость Ронина, сходу нашедшего спрятанную бомбу, произвела на главарей неизгладимое впечатление и добавила сто очков его авторитету.
Кабаяси с тяжелым вооружением подоспел вовремя – противник, понесший потери от прицельного огня Ронина, начал приходить в себя и перегруппировываться.
– Нам надо прорваться всего через два квартала, к парковке у супермаркета, – объяснил задачу Ронин. – Там охрана, там куча людей, там полицейские патрули. Это затруднит организованное преследование, когда мы выйдем на оперативный простор и разбежимся во все стороны. Кабаяси, твоя задача увести людей. Я буду прикрывать. Огнемет мне оставь, тебе он только бегать помешает.
Кабаяси с неохотой отдал огнемет, но спорить не стал. Ронин взял пулемет, и, не пригибаясь, выскочил из двери на улицу, тут же накрыв противника плотным огнем. Каждая третья пуля в боекомплекте была трассирующей, что позволяло вообще обходиться без прицельных приспособлений, корректируя точность стрельбы по пылающим спицам трасс. Ронин бил с бедра, подвесив пулемет на ремне. Ответный огонь тоже не заставил себя ждать, но магия плаща гасила все опасные кинетические воздействия.
– Кабаяси, вперед! – заорал Ронин, стараясь перекричать грохот суровых пулеметных очередей.
Кабаяси едва не пинками выгнал на улицу перепуганных главарей, забрал у одного из них штурмовой автоматический карабин и, прикрывшись огнем, начал отводить группу в темнеющий между зданиями каньон переулка. При этом главари тоже немного пришли в себя, и принялись палить во все стороны.
Противник такого огневого натиска явно не ожидал, нервы у стрелков не выдержали, и они на время затихли, укрывшись за углами зданий и за парапетами крыш. Это дало время Кабаяси увести главарей в переулок, что значительно облегчало задачу Ронина.
Он рванул следом за отступающей группой, лишив противника возможности немедленно пуститься в погоню. Нападавшие рассчитывали на совершено иной ход событий, они заняли стационарные, достаточно хорошо укрепленные огневые точки, в надежде на огневую мощь. Они не собирались никого выпускать из здания, думали им хватит огня на уничтожение любой вырвавшейся на улицу группы. Вот только Ронин, вооруженный пулеметом и неуязвимый для пуль, внес в эту развлекательную программу серьезные коррективы.
Когда он тоже скрылся в переулке, нападавшие быстро очухались, но оказались в сложной ситуации. Часть из них укрывалась за углами зданий, и могла немедленно броситься в погоню, другой же части требовалось довольно много времени, чтобы оставить огневые точки на крышах и спуститься вниз. В результате им пришлось разделиться, и за Ронином бросилось всего человек десять. Их обуревали эмоции, в их представлении вырвавшаяся группа драпала со всех ног, поэтому и они поддали, ворвались в переулок, и попали под плотный пулеметный огонь Ронина.
Перебив всех до единого, Ронин принялся снимать на смарт‑очки трупы, чтобы зафиксировать их лица и татуировки для последующей идентификации. Покончив с этим, он бросился вдогонку за Кабаяси. Достигнув перекрестка, Ронин отложил пулемет и отстрелял весь боекомплект фугасного огнемета, наглухо заблокировав стеной гудящего пламени все пути, по которым могла направиться погоня.
Через полчаса, избавившись от тяжелого вооружения, Ронин и Кабаяси уже сидели в небольшой якитории, пили пиво и закусывали хрустящей курочкой.
– Хасимото звонил, – сообщил Кабаяси. – Ресторану кабздец, по нему из противотанковых гранатометов прошлись. Придется нам арендовать другой офис. Среди «кабанов», «ёкаев» и шпаны есть потери. Ну, как потери. Тех, кто защищал здание, вынесли всех. Сам Хасимото, судя по его словам, проявил чудеса храбрости и сбежал.